— Магическая радиация пустоши, — отмахнулся я, ставя банку с отростком на стол. — Я очень тронут твоей заботой и тем, что ты за меня переживаешь, но сейчас у меня нет времени на разговоры, да и к тому же…
Дядюшка меня уже не слушал. Как только я поставил банку на стол, он всё своё внимание переключил на неё. А потом и вовсе сорвался с места, подлетая к столу, наклоняясь и рассматривая отросток со всех сторон.
— Это… Это то, о чём я думаю? — он перевёл на меня немного расфокусированный взгляд. В таком неадеквате я его ещё ни разу не видел.
— Понятия не имею, о чём ты думаешь, — честно ответил я, обходя его стороной, чтобы выйти из комнаты. Точнее, попытался это сделать.
— Откуда это у тебя, отвечай! — перегородил мне дорогу дух престарелого Давыдова, у которого точно было не всё в порядке с головой, как бы он ни хотел доказать мне обратное.
— Из себя вытащил. Это напало на меня в Мёртвой пустоши. И у меня сейчас действительно нет времени, чтобы разбираться в изменённой флоре и фауне. А также с тем, что долбанутые на всю голову маги-извращенцы с ними делали, раз они вот такими стали.
— Точно оно! Не может быть! Считалось ещё во времена моей юности, что эта разновидность Сильфия была несколько веков, как полностью истреблена, — он развёл руки в стороны, полностью перекрыв мне проход. — Во времена, когда целительская магия ещё существовала в нашем мире, это магическое растение широко использовалось для создания лечебных эликсиров, настоев и мазей. Конечно, насчёт магии — это бабьи сказки, — он махнул правой рукой. — Если бы она существовала, то отголоски находились бы, а их нет. М-да… — он нахмурился, а потом тряхнул головой и продолжил. — Существуют легенды, что тот, в ком зародился корень этого растения, становится неуязвим для развития множества болезней. Но к тебе это не относится, конечно, из-за твоей, хм, сущности, — призрак опустил руки и отплыл в сторону, давая мне дорогу. — Что ты собираешься с ним делать?
— Ничего. Хочешь, забери себе и играйся в своё удовольствие, — пожал я плечами. Если в медицине худо-бедно я разбираюсь, благодаря памяти Дениски и прочитанным книгам, то в ботанике и фармацевтике абсолютно нулевой. И менять этот факт никоим образом не собираюсь. Я, конечно, хотел изучить этот отросток в надежде, что приобрёл какое-то неизвестное оружие. Но дядюшка меня разочаровал, сказав, что это очередная лекарственная дрянь. Так что интерес к отростку у меня пропал чуть больше, чем полностью.
— Ты… Ты это серьёзно? — глаза дядюшки загорелись потусторонним фанатичным блеском.
— Абсолютно. Всё, я пошёл, вернусь не скоро.
— Стой. Мне нужно вот это, — протянул он мне список, который успел настрочить за несколько секунд. Я даже вчитываться не стал, просто протянул его замершему Егорычу, успевшему вернуться, чтобы узнать, где меня засосало.
Денщик во все глаза смотрел на предка рода Давыдовых. Похоже, при жизни он Фёдора знал, но вот то, что тот стал после смерти призраком, вызвало недоумение.
— Егорыч, в Твери возьмёшь ещё вот это по списку. И да, это дух всеми уважаемого Фёдора Васильевича Давыдова, — я решил всё-таки уточнить, кто такой этот прозрачный дядька, — хамоватый, нудный, но вполне безобидный. Хотя способный воздействовать на предметы на физическом уровне. Потом более близко познакомитесь, а сейчас у нас есть дела.
Денщик кивнул и пулей вылетел из дома, не забыв выхватить у меня из рук протянутый список.
— Я могу начать его выращивать? — бережно беря в руки банку, спросил у меня призрак.
— Если гарантируешь, что эта дрянь не будет на всех кидаться, делай с ней, что хочешь, — махнул я рукой и вышел из дома, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Глава 10
— Князь Михаил Кимович Безносов к его величеству императору Александру, — объявил дворецкий и отступил в сторону, пропуская в малый тронный зал высокого подтянутого мужчину лет сорока на вид.
— Проходи, Миша, проходи, — император Александр стоял возле стены с картиной, на которой его давний предок бился с одним из некромантов Мёртвой пустоши. В то время она, правда, не была Мёртвой, и на картине это было видно вполне отчётливо. Картина поражала реалистичностью. Здесь ничего не было приукрашено, соперники были явно достойны друг друга.
— Ваше величество, вы меня вызывали? — князь поклонился, останавливаясь недалеко от императора.
— Да, Миша, вызывал, — Александр повернулся к своему ближайшему другу. — Ты же слышал, что произошло с Димой?
— Уже что-то известно? — Безносов смотрел на императора с тревогой.
— Нет, пока нет. Все, кто были связаны с заговором, мертвы. Полковник Большаков ничего сказать следователям не может. Его проверили с помощью кристалла истины, Афанасий не знал о заговоре.
— Как он мог пропустить заговор в своём ведомстве? — поморщился князь.
— В том-то и дело, что именно этих людей набирал не он. Дима внезапно для всех поменял дату отъезда и приказал ехать с ним исключительно Большакову. Словно чего-то опасался. Охрана же была выделена губернатором Тверской губернии. Его уже допросили. К нему было применено какое-то сложное воздействие, и он был абсолютно уверен в том, что это охрана Великого князя.
— М-да… — Безносов потёр подбородок. — Но план оказался всё же не слишком продуманным, иначе его высочество не был сейчас жив.
— Я же говорю, он изменил дату неожиданно для всех, включая меня, — Александр снова повернулся к картине. — Я вызвал тебя, чтобы попросить отправиться в это проклятое Аввакумово. Ты один из сильнейших боевых магов. К тому же я тебе доверяю, как и Дима. Император помолчал, а потом добавил: — Этот упрямец категорически отказался ехать в Тверь. Он остался в Аввакумовской больнице, и… в общем, сам понимаешь.
— Это большая честь для меня, ваше величество, — и князь поклонился. — Я немедленно выезжаю, чтобы составить компанию его высочеству и позаботиться о его безопасности.
Князь вышел из малого тронного зала и направился к ожидающей его машине. Он уже два года, как овдовел, а его сын проходил службу на Дальнем Востоке, поэтому дома никого, кроме нескольких слуг, не было. У него теперь не было даже денщика. Старый Василий скончался пару месяцев назад, и князь откровенно скучал, сидя дома и игнорируя все приглашения.
На улице перед дворцом его ждал автомобиль. Устроившись на подушках в салоне, он кивнул смотрящему на него в зеркало водителю: — Домой. А через час на вокзал. Я выезжаю по приказу его величества в Тверь.
Водитель отвёл взгляд от зеркала и принялся смотреть на дорогу, а машина тронулась, плавно набирая ход.
Дома князь сразу же прошёл в свою спальню. Остановившись у зеркала, он принялся себя разглядывать.
— А он ничего, — наконец произнёс князь, а в зеркале отразились сверкнувшие красным глаза, — в форме. Женщинам это нравится. И так удачно именно его направили к тринадцатому!
Асмодей, а это был именно он, вытащил чемодан и бросил его на кровать. Он ограничил контакты с прислугой, чтобы никто не заподозрил, что с хозяином что-то не так. Но это привело к тому, что многое приходилось делать самому. Поморщившись, он начал собирать вещи.
Когда-то, ещё до падения, Асмодей был ангелом. А точнее, серафимом. Одним из сильнейших ангелов. Сильнее него были только архангелы. Чтобы вселиться в тело человека ему всё ещё было нужно разрешение, и его удалось получить у этого одинокого человека, приближённого к императору.
Это было сделать несложно. Всегда следует в первую очередь рассматривать подобных кандидатов, которые переживали не самые лучшие времена: периоды отчаяния, тоски и безразличия к окружающим. Князь даже ничего не потребовал взамен, хотя Асмодей был готов к тому, что тот в обмен на своё тело попросит вернуть ему жену, как это было всегда в любых мирах и во все времена. Даже варианты продумывал, как вытащить душу покойной с небес, не привлекая внимания пернатых, но обошлось. Правильно говорилось в отчётах по этому миру: «в сделки с демонами, как и с ангелами, тут никто не верит и заключает их крайне редко».
Сначала Асмодей хотел играть по-крупному и завладеть телом самого императора. Но сделать это было непросто и довольно рискованно. Слишком сильная и волевая личность, что немного удивило князя Ада, которая никогда не позволила бы падшему ангелу рулить своим телом. Поэтому пришлось долго присматриваться к окружению его величества, пока его выбор не остановился на князе Безносове.
Во всём этом был определённый плюс: бывшие пернатые родственники не могли зафиксировать его прогулки по человеческим реальностям. Так что можно было без помех разузнать, что здесь происходит, и как во всё это оказался замешан тринадцатый. По последним данным, он находился как раз в этом Аввакумово. И вроде гулял не так давно по Мёртвым пустошам, где сгинул в это же самое время элитный отряд демонов. А потом можно будет немного повеселиться, когда полностью освоится, не без этого.
Асмодей снова посмотрел в зеркало, и глаза в очередной раз блеснули красным. Так, нужно держать себя в руках. Ещё не время раскрывать свою сущность. И он мрачно улыбнулся, вернувшись к прерванному занятию.
Я лежал на диване в крошечной ординаторской и читал нечто чрезвычайно увлекательное под названием «Военная клиническая токсикология» А. Ф. Шепеленко, хотя сейчас с удовольствием занялся бы чем-нибудь другим, например, начал приводить тело в порядок и натаскивать себя в магии. Ну не всё же на демоническую ауру надеяться. Она, увы, не во всех случаях могла помочь.
Вот только я не мог покинуть больницу, пока не прислали бригаду опытных врачей для круглосуточного наблюдения за цесаревичем. А заниматься здесь — ну это такое себе…
В ординаторскую вошла Настя и села на стул возле дивана, на котором я валялся. Она долго смотрела на меня, а потом наклонилась и немного приподняла книгу, чтобы прочитать название.
— Ты почему домой не идёшь? — спросил я девушку, роняя книгу на живот.