89
3 февраля 2018 года
Суббота
Хотя звук на самом деле был довольно тихим, Саша вздрогнула, когда зазвонил телефон, и вздрогнула довольно заметно. Игорь только протянул руку, чтобы щёлкнуть по кнопке блокировки, но Александра укоризненно на него взглянула, призывая всё-таки поднять трубку.
— Номер неизвестный, — попытался оправдаться Игорь. — Может быть, какой-то очередной спам или "Купите наши самые лучшие пылесосы и больше никогда ничего не делайте", м?
— Не выдумывай, — строго оборвала его Александра. — И не веди себя, как хрюшка, — она поднялась, взяла телефон и силком буквально вложила его Игорю в руки. — Давай. Вперёд.
Ольшанский раздражённо закатил глаза. И почему он никогда не мог по-человечески отказать своей жене? Она вообще не слушалась и, кажется, всегда следовала букве закона — только кто этот закон написал, Игорь понятия не имел.
Он раздражённо провёл пальцем по зелёной полосе, втайне надеясь, что это всё-таки реклама каких-нибудь очередных ненужных товаров. Или, к примеру, его опять зовут на курсы по программированию — вот уже двенадцатый год! Сколько времени ещё должно пройти с момента окончания школы, чтобы никакие "оксфоры" и "гарварды", не обладающие ничем, кроме громкого сворованного названия, не беспокоили его на тему изучения какого-нибудь паскаля?
— Это Игорь Ольшанский? — уточнил женский голос.
— Да, — подтвердил Игорь. — А вы, позвольте, кто?
— Это же Ирина Александровна! — соизволила всё-таки представиться его собеседница. — Ты не узнал?
— А должен был? — поразился чужому хамству Игорь. — И почему вы позволяете себе… А, — он наконец-то вспомнил. — Ирина Александровна. Да, я вас вспомнил. Что вам нужно? — он отложил трубку в сторону и театрально громким шепотом сообщил Саше: — Моя бывшая классная руководительница.
Девушка едва сдержала громкий смешок, до того недовольную гримасу состроил Игорь, и легонько ударила его по плечу.
Ответить жене Ольшанский не успел; классная руководительница опять активизировалась и решила, что выдержала достаточную паузу, чтобы разжечь в Игоре любопытство.
— Как ты знаешь, — протянула она, забыв о том, что обращается к своему бывшему ученику не то что не на "вы", а даже без доли уважения, хотя должна бы — ведь она общается со взрослым человеком, — каждое первое воскресенье февраля твой класс собирается на встречу выпускников…
— Честно? — не сдержался Игорь. — Понятия не имею. Меня мало интересуют встречи выпускников.
Кажется, Ирина Александровна чем-то поперхнулась — по крайней мере, из трубки донёсся её кашель. Игорь предполагал, что поперхнулась она его самоуверенным ответом.
— Очень плохо, — отметила она, — что ты игнорируешь такие важные мероприятия, как встреча выпускников, и не поддерживаешь отношения с людьми, которые были тебе близки. Но в этом году юбилей, десять лет, как вы покинули стены нашей школы… Потому я решила, что должна лично проконтролировать, чтобы все пришли.
— А если я не могу? — не удержался Игорь. — Занят? Нахожусь в другой стране? Не испытываю желания никуда приходить?
Саша раздражённо скрестила руки на груди и строго взглянула на него, словно желала пришпилить этим взглядом к полу и заставить всё-таки куда-то выбраться.
— Это неуважение к школе! — своим нисколечко не изменившимся за десять лет противным голосом заявила Ирина Александровна. — Завтра в обед будет официальная часть с концертом, в восемь все собираются идти в ресторан, чтобы уже в неофициальной обстановке пообщаться… Там же будет вскрыта бутылочка с желаниями!
Игорь вспомнил, как десять лет назад с трудом подавил желание написать что-нибудь вроде "увидеть своего классного руководителя в гробу" — потом просто впихнул пустой листок, — и вздохнул.
Жаль, что не написал. Встреча была бы фееричная.
— Ладно, — сдался он. — Я подумаю. До свидания, Ирина Александровна.
Трубку Ольшанский успел положить первым.
— Не пойду, — сообщил он Саше. — Ни за что на свете. Я с трудом вырвался из этого змеиного клубка! И сделал это не для того, чтобы вернуться в него снова.
Александра, кажется, была с его мнением радикально не согласна.
— Ты неправ, — промолвила она. — Разве тебе не хочется ну хоть разочек посмотреть на них всех?
Игорь отрицательно покачал головой.
— А показать, что ты намного лучше?
Он неопределённо пожал плечами. В одиннадцатом классе Игорь был одним из немногих, кто постоянно учился — остальные, даром, что на носу были вступительные экзамены, слишком увлекались отношениями или своими подростковыми проблемами. Он не имел на личные отношения времени; впрочем, даже если б оно и было, то никому не был бы нужен. Игорь тогда был долговяз, безгранично худ, в зеркале напоминал себе чучело, а постоянные олимпиады подарили замечательный зеленоватый цвет кожи и круги под глазами…
Может быть, оно того стоило — вернуться и посмотреть, во что превратились все остальные?
— Ладно, — вздохнул Ольшанский. — Уговорила. Я пойду.
Саша победоносно улыбнулась.
— Вот видишь, — произнесла она. — Я слышу от тебя вполне здравые мысли. Что это умерло в лесу, что ты решил выходить немного в люди?
Игорь прищурился.
— Ты же на свою точно не идёшь? Тогда пойдём со мной, — он взял жену за руку и с мольбой заглянул ей в глаза. — Ну пожалуйста, Саша! А то я там взвою от скуки — сидеть одному в каком-то ресторане. И теперь рядом с собой Ирину Александровну, чтоб её совесть не замучила, что она своего "любимого" ученика десять лет не видела…
Саша усмехнулась. Не так давно она сама рассказывала о том, что ни за какие деньги не согласилась бы увидеть своих одноклассников, а теперь Игорь звал её к чужим.
— Ладно, если тебе от этого будет легче, то я пойду, — подчинилась наконец-то она. — Но только давай не очень надолго?
Игорь согласно кивнул.
— Я там больше часа не выдержу. Моя школа — тот ещё карцер, — улыбаясь, сообщил он. — Так что можешь не переживать. Это точно будет быстро.
Саша, кажется, не могла разделить его уверенность, но понимала, что Игорь может вообще отказаться от идеи куда-либо идти, потому спорить не стала. Наверное, ей не хотелось находиться среди чужих людей, тем более, общаться с теми, кого она видит впервые в жизни, но Игорю что-то подсказывало, что к своим идти Александра не хотела ещё больше.
А ещё он искренне надеялся, что компания, пусть даже состоящая из незнакомцев, поможет ей немного развеяться и забыть о своих печалях.
88 — 87
88
4 февраля 2018 года
Воскресенье
В ресторане было шумно. Это место было точкой встречи уже последние двенадцать или тринадцать лет, Игорь помнил, как они отмечали здесь выпускной — отвратительное, между прочим, вышло празднество, — и никогда больше не ходил в это заведение. И вот сейчас, переступая порог и втягивая носом аромат еды, нисколечко не изменившей свой состав за последнее десятилетие, Ольшанский едва сдержался, чтобы не повернуться спиной к присутствующим и не сбежать. Но Саша, державшая его за руку, не позволила бы этого сделать.
Ирина Александровна вместе с другими классными руководителями стайкой кружилась по ещё полупустому залу. Остальные должны были подъехать позже, кто-то опаздывал, кто-то и вовсе решил не приходить. Игоря она заметила почти сразу, но, переглянувшись с коллегами, кажется, попыталась выяснить, чей это ученик.
Учительница не изменилась ни капли. В её движениях всё так же было много шума и беспардонности, а ещё — много крика и шума на ровном месте. Игоря всегда забавляла её манера ходьбы. Ирина Александровна размахивала руками, обильно жестикулируя, бегала туда-сюда, умела громко говорить, но специально шептала, чтобы собеседнику приходилось придвигаться поближе и прислушиваться к каждому её слову.
— Простите, — теперь она подбежала к Игорю, как всегда, проявляя инициативу в том, чтобы кого-то выгнать или заставить работать. — Вы из какого года выпуска? Представьтесь пожалуйста!
Игорь смерил её раздражённым взглядом, повернулся к Саше с видом "я же тебе говорил", а потом вновь взглянул на Ирину Александровну.
— Игорь Ольшанский, — он склонил голову в шутливом полупоклоне, памятуя, как это движение в дедушкином исполнении раздражало его классную руководительницу. — Не узнали? Как жаль. А вот вы практически не изменились.
Ирина Александровна хихикнула, очевидно, посчитав это комплиментом своему хорошему виду, хотя Игорь имел в виду совершенно другое, и залепетала:
— Да, мы ведь так давно не виделись… А девушка, простите?
— Моя жена, Александра, — представил её Игорь. — Саша, это Ирина Александровна, мой классный руководитель.
Учительница не сдержалась, и её пристальный взгляд буквально приклеился к рукам Игоря и Саши — высматривала кольцо. Казалось, ещё немножко, и она выбежит на улицу, чтобы взглянуть, приехали ли они на общественном транспорте или на своём авто.
Пытаясь сбежать от этого совершенно не смешного представления куда подальше, Игорь увлёк жену за собой, помог ей снять пальто и в поисках места, свободного от Ирины Александровны и её бурного внимания, потянул куда-то вглубь ресторана.
Знакомых лиц хватало. Одноклассники узнавали его легче, чем бывшая классная руководительница, многие, впрочем, тоже удивлялись, скорее тому, что Игорь пришёл, чем тому, как он выглядел сейчас, разумеется. На одном из столов обнаружилась и та самая заветная бутылка, и фотоальбом с выпускными фотографиями, и Ольшанский, сравнивая их тогдашних и нынешних, подумал, что не так всё и изменилось. Они просто стали взрослее, и он, наверное, тоже — в людях уходили подростковые угловатость и затравленный взгляд, они расправляли плечи и пытались дальше идти по жизни с уверенностью, хотя далеко не у всех это получалось.
Кто-то остался и вовсе таким же. Кто-то сильно поправился, кто-то, напротив, исхудал. Мало кто пришёл со своими вторыми половинами, хотя были те, кто мог похвастаться уже и счастливыми браками, и детьми, а некоторые — даже разводами. Об этом рассказывали довольно бурно, делились сплетнями, узнанными друг о друге на протяжении если не десяти лет, то последнего года точно.