В офисе было удивительно монотонно. Игорь знал, что ему надо приступить к работе, но время пока что терпело. Вдохновение, по мнению многих, не требующееся технарям, упорхнуло куда-то в дождь.
— Ольшанский!
Он оглянулся на зов. Лёшка сунул голову в дверной проём, воровато оглянулся, словно подозревал, что может увидеть здесь кого-то нежелательного, и зашёл наконец-то в кабинет. Программисты, привыкшие к визитам начальства или ещё кого-нибудь, на него никоим образом не отреагировали.
Зашипел только Магнус. Ему всё ещё не нравилось, что от Лёшки пахло псом, и посему кот, гордо вильнув хвостом, предпочёл удалиться.
— Ты не знаешь, почему Регины нет? Мне у неё спросить кое-что надо, — Алексей как-то совсем уж суетливо оглянулся, хотя никто у него за спиной не стоял. — И трубку не берёт. Может, случилось что?
— А я откуда знаю? — удивился Игорь. — Я с ней контактирую так же часто, как и ты. Нет и нет. Когда подчинённые жалуются на отсутствие начальства?
— Может быть, спросить у твоего Севы?
Ольшанский скривился.
— А этому-то откуда знать?
— Ну… — Лёшка выразительно скосил глаза на Всеволода, и Игорь понял, что слухи, прежде только едва-едва зревшие, уже расцвели буйным цветом и задели всех участников не слишком хорошей истории о семейной жизни Регины Михайловны. Он этого не одобрял, но не был готов и бросаться грудью на баррикады, то есть, вставать на защиту женщины и требовать массового уважения по отношению к ней. Всё-таки, это было дело Регины. Если она не могла сама оградить свою личную жизнь, то что поделать?
Алексей, кажется, понял, насколько Игорь не хотел вникать в тему личной жизни начальства, и только вздохнул.
— Марина предлагает встретиться где-нибудь ещё раз, — протянул он. — Может быть, сходить куда-то? Они с Сашей вроде поладили…
— Ага.
— А то Марине было бы неплохо завести нормальную подругу, а не сидеть в компании своей работы и доделывать то, что не успели коллеги… И твоя Саша, наверное, тоже не проиграла бы от общения с кем-то нормальным. А?
— Ага, — равнодушно, почти не слушая, кивнул Игорь.
— А то тут Вера твоя приходила… То есть, не твоя, конечно…
Он встрепенулся, оглянулся на остальных и умолк под уничижительным взглядом Игоря. Вера давно была запретной темой, и поминать её вслух с утра пораньше казалось не самым благодарным делом. По крайней мере, Игорь не хотел впускать в и без того мрачные мысли ещё и её.
— Она, знаешь, — откашлявшись, продолжил Лёшка, уже так серьёзно беременна.
— И зачем ты мне об этом рассказываешь?
— Просто так. Может, тебе интересно.
— Нет, ты ошибся. Нисколечко не интересно.
Лёшка вздохнул, но комментировать не стал. Было видно, что ему совершенно не доставляет удовольствие равнодушная реакция Игоря.
— Она говорила, — ещё раз кашлянув, решился Алексей, — что очень хочет с тобой повидаться на досуге. Я решил, что правильно будет предупредить, пока такая неожиданность не подстерегла тебя дома.
— Спасибо, — несколько неискренне промолвил Игорь. — Так что? Куда ты там хочешь сводить Марину?
На плечо, услыхав о развлечениях и понравившейся ему девушке, заскочил Магнус. Он, казалось, нюхом чуял, когда мог получить лишний кусок мяса. Игорю подумалось, что кот ещё обязан потребовать у него что-то вроде взятки за молчание. Саша не настолько хорошо понимала мяуканье, чтобы различить в нём фразу "Вера хочет зайти к вам в гости", но всё равно, Ольшанскому казалось, что вокруг слишком много лишних свидетелей.
Лёшка вздохнул.
— Давай выйдем? Надо кое-что тебе продемонстрировать.
— Давай, — безмятежно согласился Игорь и с завидной покорностью последовал за ним.
В коридоре царил самый настоящий хаос и шум. Игорь не замечал этого до того момента, как Лёша выволок его из кабинета, и, признаться, был поражён.
— Ты точно не знаешь, где Регина? — уточнил Алексей. — Потому что когда она не пришла ранним утром, у нас начались проблемы. Никто не хочет работать. На кухне настоящий аншлаг, все шатаются по коридорам, и о том, что надо делать, все забыли. У нас в отделе тестеров никого нет, я зашёл сегодня спросить о проекте, а девушки уже развернулись и ушли.
— Надо же, как быстро.
— Говорят, что Регина потерла хватку.
Игорь закатил глаза. Даже если она её и потеряла, распрощаться следом и с доходом точно не собиралась. Он не сомневался в том, что начальница будет требовать результаты до последнего вздоха.
— Сегодня, — решил он, — просто наблюдаем. Если Регина не объявится в ближайшие несколько дней, то будем думать, что делать.
Он вздрогнул, услышав, как кто-то быстро помчался вниз по лестнице.
— У Толи тоже никого, — подытожил Лёша. — Никогда раньше такого не было, даже когда Регина отсутствовала.
— Не было, потому что она не давала повода, — согласился Игорь. — А сейчас расслабилась и перестала следить за этим. Ничего, справимся. Меня скорее волнует то, что ты в этом слишком заинтересован. Выглядит необычно, как на твою обычную лень.
— Не пойми превратно, но дедлайн не дремлет. А я не уверен, не потеряю ли зарплату и работу, если завалю проект.
Игорь закатил глаза. Меркантильные Лёшкины интересы умудрялись сочетаться с самыми абсурдными проявлениями лени. Он и сейчас, вероятно, оживился только после того, как половина сотрудников умчалась прочь с работы, не соизволив завершить задачи на этот день или неделю.
— Слушай, — не удержался Ольшанский от вопроса. — Я понимаю, дедлайн. Но всё равно на тебя не похоже. Вы не раз заваливали сроки…
— Игорь, — вздохнул он, — у меня у одного сотрудника отмечено невыполненными шесть задач подряд без уважительной. И что ты думаешь? Никакой реакции от Регины.
Игорь присвистнул. Обычно он не доводил до такой катастрофы, потому, вероятно, был и не в курсе ситуации.
— Регина потеряла управление, — без сомнений заявил Лёша. — и если она продолжит в том же духе игнорировать работу и заниматься своей личной жизнью, но наша фирма успешно прогорит. И ты об этом прекрасно знаешь. Сделай что-то.
— Но почему я? — удивился Ольшанский. — У меня, прости, нет кровного интереса. Я могу устроиться на такую же должность куда угодно. Никаких акций у меня нет, а денежные вложения я в нашу фирму не делал!
Лёша посмотрел на него на диво серьёзно, холодно прищурив глаза. С недоверием даже. Потом одёрнул футболку и выдавил из себя кривую улыбку, преисполненную не то сомнения, не то желания сказать в лицо правду, сразу же, без сомнений.
— Ольшанский, ты ведь у нас единственный действительно ответственный человек, радеющий за дело, а не за свой карман. Я раньше думал, что это ты так от Веры бегаешь, но теперь понимаю, что ошибся. Работа действительно доставляет тебе удовольствие. И ты замещал Регину. Если ты притворишься, что она и в этот раз оставила тебя на месте начальника, все поверят.
Логика была железная. Лёша тревожно посмотрел на приоткрытую дверь своей комнаты и отправился туда с воистину обречённым видом.
Игорь удивился. Ему казалось, что на фирме всё хорошо. Их проект справно продвигался, сроки никто не проваливал, и слышать, что у остальных такая проблема, было неожиданно.
Он пообещал себе, что подождёт до среды. Если Регины не будет, то придётся что-то делать. Или срочно писать заявление об увольнении, потому что смысл в работе на утопающий корабль? Не надо быть глупой крысой, сбегающей в море, надо быть умным купцом и покидать дырявые судна ещё до того, как они вышли из порта.
Впрочем, кому он лгал? Игорь даже не сомневался, что останется до последнего, если будет нужно. Лёшка прав: ему почему-то всегда больше всех надо.
Вопрос состоял в том, стоило ли что-то с собой делать.
240
5 сентября 2017 года
Вторник
— Не берёт трубку?
Саша осмелилась задать этот вопрос только тогда, когда они сели в машину и подняли окна, чтобы на скорости не заливало дождём салон. При коллегах она, разумеется, проявляла свойственное ей чувство такта, потому не говорила о Регине и делала вид, что всё в порядке. Пятеро даже утром не явились на работу, тестировщики дружно проводили время на кухне, а все остальные наводняли коридоры и комнату отдыха, предпочитая находиться подальше от компьютера. Даже забивший тревогу Лёшка, казалось, потерял всякое желание трудиться. Отсутствие начальства расслабило всех, кого только могло, и их группа оставалась единственной не слишком подверженной этому неблаготворному влиянию. Впрочем, главную роль играло то, что Игорь им не сообщил о вестях, так сказать, с полей.
— Нет, — вздохнул он, отвечая на Сашин вопрос. — Пять вызовов, и все впустую. Вызов не сбрасывает, судя по всему, связь у неё есть. На почту — молчок. Хоть ты на голове стой с этой Региной! Придурок, — он ударил ладонью по рулю и просигналил автомобилю впереди. — Может быть, ты уже наконец-то соизволишь сдвинуть свой жирный джип с места?!
Обладатель массивного чёрного джипа, разумеется, его выражения не слышал, потому что не послушался и продолжил игнорировать зелёный свет. Игорь пробормотал себе под нос несколько ругательств, чувствуя, как вскипает, но постарался успокоиться. Саша только коснулась его руки, очень осторожно, будто бы пыталась успокоить.
— Всё будет хорошо, не волнуйся. Не верю, чтобы Регина просто так оставила своих людей и уехала куда-то.
— Да я тоже не верю, но похоже на то.
— Ты ведь не знаешь всей ситуации.
— Не знаю, — согласился он, — но делаю поспешные выводы, исходя из своего не слишком богатого, но всё же существующего жизненного опыта. Что бы там у неё ни случилось, Регина слишком увлеклась личной жизнью.
— Не нам её осуждать.
Игорь вместо этого вновь просигналил автомобилю спереди. Его обладатель под какофонию звуков из образовавшейся пробки соизволил проехать метров триста, а потом, у следующего светофора, остановился вновь.
— Да что ж такое! — воскликнул он. — Этот придурок сдвинется когда-нибудь с места или нет?