«Блаженством равен тот богам,
Кто близ тебя сидит, внимая
Твоим чарующим речам,
И видит, как в истоме тая,
Из этих уст к его устам
Летит улыбка молодая».
Можно себе представить, какие ссоры в семье Сапфо вызвала эта молодая женщина. Хараксу пришлось увезти Родопу назад в Навкратис, подальше от сестры-соперницы. Но то ли боги, с которыми Сапфо так свободно общалась в своих произведениях, решили отомстить за подопечную, то ли Хараксу просто не суждена была счастливая жизнь с Родопой, но он потерял ее. В эту прекрасную женщину влюбился сам фараон и сделал ее своей любовницей. «Бедный брат, охваченный любовью к прелестнице, воспылал страстью к ней, нанеся себе ущерб, соединенный с позором. Обеднев, он плавает на легких веслах по лазурному морю и теперь неудачно ищет богатств, неудачно потеряв их. Он ненавидит меня за неправдивые упреки. Вот что дала мне свобода, вот что дал мне любящий язык», — так писал Овидий о тогдашнем состоянии Сапфо.
Сапфо посвящала свои бессмертные творения и многим другим женщинам. Аттида, Иорго, Телезиппа, Анактория, Гонгилия — для кого из них звучал голос поэтессы: «Я спою для моей возлюбленной. Вперед, моя божественная лира, — говори!» Но любовь для Сапфо всегда неразрывно связана с ревностью, а значит, и со страданиями. «Я видела ее, она рвала цветы… молоденькая девушка, с цветочной гирляндой, опутывающей ее прекрасную шею», — это Сапфо написала об Аттиде. Эта ее ученица, пожалуй, чаще всего заставляла сердце поэтессы обливаться кровью в приступах ревности. Как часто Сапфо проводила в слезах ночи напролет, так и не дождавшись, что красавица Аттида разделит с ней ложе. «Неужели, Аттида, это она очаровала твое сердце! — восклицала ревнивица, имея в виду Андромеду. — Женщина дурно одетая, не знающая искусства походки, в одежде с длинными складками». И с горечью продолжала: «Любовь, разбившая мои члены, снова обуревает меня, сладострастная и лукавая, точно змея, которой нельзя задушить». Любовь часто приносила Сапфо боль. Шло время — и та или иная воспитанница покидала ее. Кто-то из них выходил замуж, и тогда Сапфо могла с грустной улыбкой сказать: «Что колечком своим так гордишься ты, дурочка!» А потом вылить тоску расставания в таких строках:
«Мертвой быть я хотела бы…
Плача, так она дом покидала мой.
Вот, что в миг тот сказала мне:
„О, как страшно страдаю я,
Псапфа! Нет, не хочу расставаться я!“
Ей же так отвечала я:
„С чистым сердцем езжай к себе,
Только помни, тебя как любила я…“»
Однако Сапфо писала не только о любви. «Сапфо, поющая о красоте, говорит прекрасным и сладким слогом — и об эротах, и о весне… и все прекрасные слова как бы вотканы в ее поэзию; некоторые же она изобрела сама», — писал о поэтессе Деметрий Фалерский. Ее стихотворения, описывающие природу родного Лесбоса, завораживают. Читая эти строки, мы как будто сами находимся на этой древней земле, где вечерами «сладко пахнет анис и медуница».
«Сверху низвергаясь, ручей прохладный
Шлет сквозь ветви яблонь свое журчанье,
И с дрожащих листьев кругом глубокий
Сон истекает».
Ее стихи действительно звучали «сладко», ведь писала Сапфо на прекрасном эолийском диалекте. Она использовала свой, особый стихотворный ритм. Впоследствии подобный стих был назван «сапфическим». Ее гимны, оды, эпитафии, элегии, застольные песни пользовались большой популярностью у современников благодаря возвышенности и в то же время поразительной простоте. Ведь Сапфо — обычная женщина, любящая красивые одежды, украшения, цветы; ее, как и всякую красавицу, больше всего страшит старость. Вчитайтесь в эти строки. Разве можно было более точно выразить страх перед грядущим уродством, безысходность и в то же время смирение?!
«Будет день — и к вам, молодые девы,
Старость подойдет нежеланной гостьей,
С дрожью членов дряблых, поблеклой кожей,
Чревом отвислым, —
Страшный призрак!»
…И смерть ее окутана легендой. Считается, что Сапфо покончила жизнь самоубийством, бросившись с Левкадской горы в море. Поэтесса, воспевавшая любовь к женщине, искала в темных водах забвения из-за несчастной любви к надменному юноше! Предание повествует о молодом Фаоне, который за деньги перевозил людей с Лесбоса на противоположный берег. Однажды прекрасная Афродита обернулась старухой и воспользовалась услугами кормчего. Фаон не захотел брать деньги у старой женщины. Богиня щедро отблагодарила вежливого юношу, подарив ему особую волшебную мазь, которая сделала его самым прекрасным мужчиной на земле. В сети этой красоты и попала, говорят, уже немолодая Сапфо. Впрочем, вполне возможно, что речь в этой легенде идет вовсе не о нашей героине, а о другой Сапфо, известной куртизанке, жившей намного позднее поэтессы. Эта путаница в именах привела к тому, что в дальнейшем жизни двух различных женщин связали в одну биографию, создав образ талантливой, но изысканно-распутной лесбиянки.
К сожалению, судьба большинства произведений Сапфо неизвестна. В III–II вв. до н. э. все ее стихотворения и элегии были объединены в десять книг. В копиях эти сборники существовали еще в раннем Средневековье. Но в эпоху костров инквизиции огню предавали и менее «богохульные» книги…. Так или иначе, но долгое время бессмертные строки стихотворений Сапфо существовали только в виде цитат в работах других авторов. И все же, несмотря ни на что, мы и сегодня с удовольствием читаем слова любви, написанные две с половиной тысячи лет назад.
Сапфо стала наставницей в творчестве для Горация и Катулла. А Сократ говорил о ней как о своей наставнице в вопросах любви. Ведь любовь для Сапфо была не просто чувством, она стала ее дорогой на Олимп, тернистой и ухабистой. «Я любила, я многих в отчаянии призывала на свое одинокое ложе, но боги ниспослали мне высшее толкование моих скорбей… Я говорила языком истинной страсти с теми, кого сын Киприды ранил своими жестокими стрелами…. Пусть меня бесчестят за то, что я бросила свое сердце в бездну наслаждений, но, по крайней мере, я узнала божественные тайны жизни! Моя тень, вечно жаждущая идеала, сошла в чертоги Гадеса, мои глаза, ослепленные блестящим светом, видели зарождающуюся зарю божественной любви».
Саломе-Андреас Лу
(род. в 1861 г. — ум. в 1937 г.)
Выдающаяся женщина, стоявшая у истоков психоанализа, автор двадцати художественных произведений и 120 критических статей и трактатов, книги «Эротика», а также воспоминаний «Прожитое и пережитое». Любимая женщина философов Ницше и Рэ и поэта Рильке.
Бытует мнение, что мужчины обращают внимание на красивых женщин и предпочитают жениться на глупых. Умные дамы, презрительно именуемые «синими чулками», остаются в одиночестве, втайне мечтая о любви и семье. История жизни Лу Саломе опровергает эти постулаты, в который раз доказывая, что у каждого правила всегда есть исключения.
Наконец-то в 1861 г. обрусевший полунемец-полуфран-цуз Густав фон Саломе мог сказать о себе, что он абсолютно счастлив. К 54 годам он сделал неплохую карьеру при дворе Александра II, дослужившись до генеральского чина и дворянского звания. Дом его был богат и выходил окнами на Зимний дворец. В нем, с присущей немецким женщинам аккуратностью, заправляла его 40-летняя супруга Луиза, осчастливившая мужа шестью сыновьями, а теперь подарившая долгожданную дочь. Девочку нарекли именем матери, но в семье называли Лелей, Лелечкой. Она росла окруженная любовью родителей и преданной дружбой братьев. Маленькая принцесса среди своих рыцарей. Ее баловали, ею восторгались, но Луиза не стала капризной кокеткой или зловредным сорванцом. Вслед за братьями она тянулась к знаниям, много читала, свободно владела французским и немецким языками, а вот русский знала похуже. Девочку интересовало все: культура, философия, политика. С подругами ей было скучно — у них на уме одни флирты и развлечения. Поэтому с отцом и братьями она была связана не только родственными, но и духовными узами. Общение с ними сформировало ее представление о мире, населенном мужчинами-защитниками, мужчинами-братьями. Позже Луиза скажет: «Весь мир казался мне населенным братьями».
Луизе исполнилось 17 лет, когда умер отец. Мир изменился. В образовавшуюся пустоту хлынули неуверенность и сомнения. Обуреваемая чувством непоправимой утраты, она бродила по Петербургу и однажды зашла в часовню голландского посольства. Пастор Гийо вел службу необычно. Его оригинальная, психологическая и философская трактовка Библии нашла глубокий отклик в душе Луизы. Она обратилась к нему за советом, и он стал ее духовным наставником. Пастор Гийо, человек образованный и интеллектуальный, открыл перед девушкой глубины философских мыслей Руссо, Канта, Спинозы. Юная барышня поразила его четкостью восприятия и рационально-философским складом ума, свойственными обычно людям, умудренными жизненным опытом. В течение двух лет их серьезные занятия перемежались доверительными личными беседами. Вскоре пастор почувствовал, что он не только покорен умом Луизы, но и влюблен. Его не смущала ни разница в возрасте (а ведь ему 42 года), ни то, что он женат и воспитывает двоих детей. Пастор готов был развестись и просить руки своей юной наставницы.
Мать Луизы, ничего не подозревающая о тайных занятиях дочери, пришла в ужас от такой перспективы. Но завороженно ловить каждое слово наставника и позволять нежно называть себя Лу (он не мог произнести домашнее имя Леля правильно) вовсе не означало, что девушка собирается замуж. Она прагматично, без ореола романтики и сентиментальности смотрела на жизнь и понимала, что, связав себя брачными узами, лишится свободы. Независимость женщины в семье — понятие нереальное, а Луиза фон Саломе не собирается попасть в кабалу. Она ожидала получить от контакта с мужчиной только интеллектуальное общение и дружескую привязанность. Пастора эти требования не устроили, и разрыв оказался неизбежным. В память о своей «первой большой любви» Саломе оставила за собой имя Лу, с которым она и вошла в историю.