сообщить королю об открытии Южного материка и добиться прав на управление им. Есть и третья версия: два других корабля сами ушли от начальника экспедиции, и тот после долгих поисков был вынужден один идти к берегам Мексики. Как бы то ни было, 23 декабря 1606 г. Кирос прибыл в Акапулько. Расчеты его не оправдались: открытая им земля оказалась не материком, а всего-навсего группой островов. Хотя и достаточно больших…
Выход кораблей из Кальяо. Рисунок 1626 г.
Бегство навстречу славе
Темная история расставания Кироса со своими соратниками в гавани Нового Иерусалима завершилась тем, что каждый из участников конфликта (если таковой был) пошел своей дорогой. Кирос направился в Кальяо, а капитаны двух других кораблей, Луис Ваэс Торрес и Диего Прадо-и-Товар, простояв в бухте Сантьяго-и-Сан-Фелипе в бесплодном ожидании начальника экспедиции около 2 недель, решили распечатать пакет, в котором содержались инструкции на случай гибели Кироса. Эти инструкции предписывали следовать в поисках новых земель до 20º ю. ш. и, если ничего не будет обнаружено, идти в Манилу. Торрес и Прадо обследовали открытую землю, обойдя ее кругом, и, убедившись, что это не Южный материк, а просто обширный архипелаг, направились к Новой Гвинее. 20 июля 1606 г. корабли достигли ее юго-восточной оконечности и двинулись дальше вдоль южного побережья острова. Они шли в водах Кораллового моря, усеянного мелями и рифами, обходя бесчисленные мелкие островки и преодолевая встречные ветры и течения. В начале сентября Торрес, ставший во главе экспедиции, пришел к выводу, что дальше идти нельзя из-за мелей и встречных течений. Он распорядился повернуть на юго-запад и повел корабли в открытое море. 3 октября 1606 г. испанцы сделали открытие огромной важности: они обнаружили остров Принца Уэльского, лежащий у полуострова Кейп-Йорк – самой северной оконечности Австралии. Пройдя проливом Эндевор, между островом Принца Уэльского и полуостровом Кейп-Йорк, корабли повернули на северо-запад и снова подошли к берегам Новой Гвинеи. «В этой стране, – писал Торрес, – я впервые увидел и железо, и китайские колокола, утвердившие нас в уверенности, что мы находимся вблизи Молуккских островов».
Педро Фернандес де Кирос
Взяв курс на северо-восток, Торрес через Молуккские острова направился к Маниле, куда и прибыл весной 1607 г. Трудно сказать, открыл ли Торрес Австралию, но несомненно, что он был первым европейцем, прошедшим через пролив, отделяющий Зеленый континет от Новой Гвинеи и впоследствии названный его именем. Он доказал, что Новая Гвинея, северный берег которой уже был известен португальцам и испанцам, – не часть Южного материка, а огромный остров. Правда, об этом открытии мир узнал лишь спустя 160 лет: испанские власти засекретило эти, как и многие другие, сведения, так что пролив между Австралией и Новой Гвинеей был «потерян» на долгие времена. Только в 1762 г., когда английский десант высадился в Маниле и захватил правительственный архив, мир смог узнать об испанских открытиях в Тихом океане.
Голландский путь в Ост-Индию
В начале 1590-х гг. голландский моряк Корнелис Хаутман из-за долгов оказался в лиссабонской тюрьме. Среди его товарищей по заключению было немало опытных мореходов-португальцев, побывавших и в Индии, и на Молукках. От них Хаутман получил множество сведений о морских путях на Восток – сведений, которые обычно хранились в глубокой тайне. На волю Хаутман вышел обогащенный знаниями, которые не купишь ни за какие деньги. И вскоре он уже стоял во главе эскадры из 4 кораблей, снаряженной на средства голландской торговой компании «Общество дальних стран», в будущем получившей название Ост-Индской.
Флот Хаутмана берет курс на Индийский океан
В 1595 г. четыре корабля Хаутмана покинули Голландию. Семнадцать месяцев понадобилось голландцам, чтобы достичь Суматры, откуда флотилия проследовала к Яве. Хаутман не дошел до Молукк, но ему удалось закупить на Яве большой груз ценных товаров. В 1598 г. Хаутман вернулся на родину, потеряв в пути два корабля. Результаты его путешествия оказались судьбоносны: португальская монополия на торговлю с Ост-Индией отныне прекращала свое существование, голландские купцы вступили в непосредственный контакт с малайскими правителями. Путь для голландских кораблей в Южные моря был открыт.
Вокруг мыса Горн
В 1615 г. группа голландских купцов из города Хорн (Горн) снарядила в Южные моря экспедицию на двух кораблях, руководить которой был назначен опытный капитан Виллем Схаутен. Плавание через Атлантику прошло без приключений, но у берегов Южной Америки один из кораблей сгорел. Его команда перешла на второе судно – «Эндрахт». В середине января 1616 г. Схаутен провел корабль на юг. 24 января (в Южном полушарии это была середина лета) с борта «Эндрахта» увидели гористый берег – юго-восточный выступ Огненной Земли, а на востоке – другой берег, также высокий. Обе земли разделялись проливом, воды которого буквально кишели огромными китами; чтобы избежать столкновения с ними, голландцам пришлось маневрировать. Миновав пролив и выйдя в открытый океан, Схаутен понял, что открыл новый, ранее неизвестный путь вокруг Южной Америки. К вечеру на горизонте опять открылась земля. Она вся состояла из высоких, покрытых снегом гор и кончалась острым выступом, который Схаутен назвал мысом Горн – в честь города Хорн.
Голландцы атакуют лодку аборигенов с «Эндрахта» и шлюпок
Выйдя в Тихий океан, Схаутен взял курс на северо-запад и, пройдя через архипелаг Туамоту, 24 июня подошел к большой группе островов, которую 250 лет спустя назовут архипелагом Бисмарка. Пройдя вдоль цепочки мелких островков, протянувшихся вдоль неведомого берега большой земли (это был длинный и узкий остров Новая Ирландия), «Эндрахт» через два дня достиг северного побережья берега Новой Гвинеи. Открыв несколько небольших вулканических островов, а у экватора – архипелаг Схаутен, голландские моряки проследовали к Молуккам, где уже имелись голландские торговые фактории. По возвращении в Амстердам Схаутен опубликовал свой «Дневник, или Описание удивительного путешествия», в дальнейшем выдержавший около 40 изданий.
Стычка в Заливе Убийц
13 августа 1642 г. из порта Батавия (ныне Джакарта) вышли два небольших голландских судна – «Хемскерк» и «Зехан». Над флагманским «Хемскерком» развевался вымпел начальника экспедиции – капитана Абеля Янсзона Тасмана, состоявшего на службе у Голландской Ост-Индской компании.
Инструкция, полученная Тасманом от генерал-губернатора Нидерландской Ост-Индии Ван-Димена и руководства Ост-Индской компании, ставила перед экспедицией ответственную задачу: ей предстояло найти таинственный и, возможно, сказочно богатый Южный континент, который манил мореплавателей на протяжении столетий. Авторы инструкции даже предусмотрели встречу с обитателями неведомого континента, подробнейшим образом предписав Тасману, как вести себя в этом случае.
Достигнув Маврикия, Тасман повернул на юг, а затем взял курс на восток, борясь с западными штормовыми ветрами и снежными шквалами. Он, конечно, не встретил никакого материка, и лишь 24 ноября с борта «Хемскерка» увидели высокий берег. Новооткрытую землю Тасман назвал Землей Ван-Димена (ныне Тасмания). 2 декабря, обойдя полуостров, носящий ныне имя Тасмана, мореходы впервые высадились на берег. Их удивила высота и мощь деревьев с ароматной смолой – так европейцы впервые познакомились с эвкалиптами.
Абель Тасман
От Земли Ван-Димена корабли Тасмана двинулись на восток. 13 декабря 1642 г., после девятидневного плавания через акваторию, позже названную Тасмановым морем, голландцы увидели землю. Величественные снежные вершины сияли в солнечных лучах…
Так была открыта Новая Зеландия.
Тасман назвал увиденную им землю Staten Landt – «Земля [Голландских] штатов». Ночью на берегу были замечены огни. Утром голландцы увидели два каноэ, шедшие от берега. Подойдя ближе, люди с каноэ принялись что-то выкрикивать, голландцы кричали им в ответ, но ни моряки, ни аборигены не могли понять друг друга. Спустя некоторое время каноэ развернулись и ушли в сторону берега.
На следующее утро к кораблям пришло еще одно каноэ. Аборигены снова пытались вступить с голландцами в контакт, но безрезультатно. Поскольку туземцы, казалось, выглядели дружественными, после небольшого совета на борту «Хемскерка» голландцы решили подойти к берегу так близко, насколько это возможно.
Тем временем к голландским судам подошли еще семь каноэ. Капитан «Зехана», присутствовавший на совете у Тасмана, немедленно отправил на свой корабль шлюпку с посыльным, чтобы тот предупредил младших офицеров быть начеку. Передав приказ, посыльный уже возвращался обратно на «Хемскерк», как вдруг одно из каноэ стремительно ринулось наперерез. В мгновение ока посыльный и два гребца-матроса пали, сраженные стрелами… Трое уцелевших моряков из всех сил гребли к «Хемскерку». Им удалось благополучно достичь корабля. Каноэ аборигенов тем временем уже скрылись за уступом берега.
Каноэ маори и корабли Абеля Тасмана в заливе Убийц
Голландские корабли немедленно подняли якоря и начали ставить паруса. Вдалеке показались 22 каноэ, наполненные туземцами. Еще 11 уже стремительно шли в сторону голландцев. Подпустив их поближе, Тасман приказал открыть огонь. Залпом двух пушек было убито несколько туземцев. Каноэ развернулись и быстро пошли к берегу. В память об инциденте Тасман назвал залив, где произошли эти события, заливом Убийц.
С этой первой встречи европейцев с маори – коренными жителями Новой Зеландии – за последними прочно закрепилась репутация коварных убийц, а позднее еще, как выяснилось, и людоедов. Практически каждая встреча европейских мореплавателей и маори заканчивалась кровопролитием. Залив Убийц еще раз подтвердил свое мрачное название, когда на его берегу погибли 25 французских моряков из экспедиции Н. Марион-Дюфресна (1714–1772). Пришлось сражаться с маори и знаменитому капитану Джеймсу Куку (1728–1779). Именно после его плаваний Новая Зеландия стала широко известна в мире.