Он сел в воображаемую «Скорую помощь» и поехал: «Б-ррр». Наоми советовала ему не ехать слишком быстро. Вдруг оба превратились в хирургов и спасли ребенку жизнь. (Эрик хотел, чтобы Наоми была медсестрой, но та возразила, что и девочки могут быть хирургами, так что кое-что изменилось!) После того как жизнь «дочки» была спасена, они вернулись к сценарию Наоми – хвастаться ребенком перед друзьями.
Стили игры Наоми и Эрика в равной мере очаровательны и восхитительны. Однако правда состоит в том, что «девчачьи» игры предлагают гораздо лучшую подготовку для брака и семейной жизни, поскольку они сосредотачиваются на отношениях. Как правило, мальчики не играют в игры с отношениями и домашними темами.
Поскольку игра придает особое значение социальному взаимодействию и чувствам, к концу детства девочки получают хорошее «образование» в области эмоций. Мальчики же учатся, как побеждать. Их опыт в области совместной игры и быстрого разрешения конфликтов позднее станет полезным качеством в зале заседаний совета директоров или на стройплощадке. Но он станет помехой в браке, когда речь зайдет о значимости понимания эмоций, стоящих за точкой зрения жены.
Разница в дальнейшем лишь углубляется, так как по мере взросления мальчики реже играют с девочками и упускают возможность учиться у них. Хотя примерно 35 процентов лучших друзей дошкольного возраста – мальчики и девочки (как Наоми и Эрик), к семи годам этот процент стремительно падает практически до нуля. И до наступления половой зрелости люди разного пола общаются мало или вообще не общаются. Это – феномен, распространенный во всем мире. Такой добровольной изоляции дано множество объяснений.
Занимательная теория, выдвинутая психологом Элеанор Маккоби из Стенфордского университета, совпадает с моими результатами о принятии влияния. Маккоби выяснила, что даже в очень юном возрасте (один-два года) во время игр мальчики разрешают командовать только другим мальчикам, в то время как девочки готовы подчиняться и девочкам, и мальчикам. В возрасте примерно с пяти до семи лет девочки пресыщаются таким положением дел и больше не хотят играть с мальчиками.
В бродвейской постановке «Дикарь» мужчина рассказывает, что, будучи женатым в первый раз, он увидел, как жена убирает ванную комнату, и поинтересовался: «Мы переезжаем?» Когда он был холостяком, они с соседями по комнате озаботились уборкой ванной только однажды – как раз по случаю переезда. Многие молодые мужья обнаруживают, что должны научиться у жен многому касательно содержания дома.
Видели бы вы страдальческое выражение лица типичного молодожена, когда он находится в салоне домашней утвари. Он не знает и не интересуется разницей между тафтой и чинцем[5]. Все узоры на фарфоре и серебре для него удивительно похожи. Больше всего он думает о том, что это занимает ужасно много времени, а если он вдруг неловко повернется, то «попадет» на сумму в 10 000 долларов, потому что все полки стеклянные и расположены на расстоянии двух футов друг от друга – наверное, чтобы запугать парней типа него. Как он отреагирует? Довольно скоро он услышит собственный голос: «Эй, вот красивый узор!» – так родится еще один эмоционально-интеллектуальный муж.
Я считаю, что эмоционально-интеллектуальный муж – следующая ступень в эволюции. Это не означает, что он выше других мужчин в плане личных качеств или моральной устойчивости. Он просто понял нечто очень важное для женатого человека: как почитать свою жену и выражать ей свое уважение.
Возможно, новоиспеченный муж сделает карьеру меньшим приоритетом, чем семья, поскольку его понимание успеха пересмотрено. В отличие от мужей другого типа, он естественным образом воплощает три первых принципа в повседневную жизнь. Он интересуется жизнью жены. Он культивирует нежность и восхищение по отношению к ней. Он внимателен к жене в повседневной жизни.
Это приносит пользу не только его браку, но и их детям. Исследование показывает, что супруг, который позволяет жене командовать, имеет все шансы стать прекрасным отцом. Он знаком с миром своих детей и знает все об их друзьях и их страхах. Поскольку он не боится эмоций, то учит детей уважать собственные чувства – и себя. Ради них он может пропустить футбол, потому что хочет остаться в их памяти как отец, у которого было для них время.
Этот мужчина ведет содержательную и интенсивную жизнь. Наличие опоры – счастливой семьи – дает ему стимул эффективно творить и работать. Поскольку у него сильная связь с женой, она будет обращаться к нему не только со своими проблемами, но и с радостями. Когда город проснется и увидит первый снег, его дети побегут будить папочку, чтобы и он смог это увидеть. Дорогие ему люди будут заботиться о нем в старости и горевать после его смерти.
Другой тип мужа и отца – очень печальная история. Он отвечает на утрату абсолютного лидерства праведным гневом или чувствует себя невинной жертвой. Он может стать более авторитарным или уйти в себя, защищая то малое, что у него осталось. Он не особенно почитает и уважает других, потому что занимается поиском почитания и уважения, которые ему обязаны оказывать окружающие. Он не позволит жене командовать, потому что боится лишиться своей власти. Но поскольку он никого не слушает, его тоже не особенно хотят слушать. Поскольку ему не удастся установить сильную эмоциональную связь с детьми (и внуками), он станет обузой в старости и не вызовет сильной печали после смерти.
Разделение власти в семье – относительно новая тенденция. Пришла она следом за значительными социальными изменениями, когда женщины надели брюки и устроились на работу, а мужчины перестали быть единственными кормильцами в семье. В какой-то момент женщины начали задаваться вопросом: почему я и работаю, и занимаюсь домашними делами, и воспитываю детей, а он только работает, а потом отдыхает?
Столетиями от мужчин ожидали ответственности за свои семьи. Это чувство передается от отца к сыну множеством неуловимых способов, и пересмотр роли мужа может стать вызовом для многих.
Мужчины могут сопротивляться влиянию своих жен, потому что до сих пор считают смещение ролей временной причудой, или в надежде на то, что маятник качнулся до крайней точки и скоро все вернется на свои места.
Однако давайте посмотрим, при каких условиях возможен этот «возврат», обратившись к особенностям жизни некоторых древних племен.
Согласно исследованию антрополога Пегги Сандей, общества с доминированием мужчин характеризуются следующим.
1. Пища достаточно скудна и повседневная жизнь трудна. В окружении таится опасность.
2. Мясо больших диких зверей почти всегда ценится больше, чем другая пища. Охота на больших диких зверей – почти всегда исключительно мужское занятие.
3. Мужчины не принимают участие в заботе о потомстве и его воспитании. Они могут заботиться о детях, но не о младенцах.
4. Ограниченное женское присутствие в священных символах культуры, особенно в создании мифов.
Когда условия жизни изменились – пищи стало достаточно, климат перестал быть чересчур суровым, а принудительно принятые законы обеспечили людям ощущение относительной безопасности, – культура сместилась к равноправной, в рамках которой мужчины и женщины поделили власть.
Учитесь уступать
Можно выделить основное отличие между двумя категориями мужей. «Новый» муж понял: в жизни часто необходимо уступить, чтобы выиграть. Когда вы едете по современному городу, то попадаете в пробки или сталкиваетесь с неожиданными препятствиями, которые не дают проехать обычным законным способом. Есть два варианта, как можно поступить. Один – остановиться, ощутить праведный гнев и настаивать, чтобы раздражающее препятствие было устранено. Другой – попытаться объехать его. В первом случае вы явно заработаете сердечный приступ. Второй подход (который я называю уступкой ради выигрыша) приведет вас домой.
Классический пример того, как муж уступает, чтобы выиграть, – сиденье унитаза. Среднестатистическая женщина возмущается, когда муж оставляет его поднятым, хотя ей требуется всего миллисекунда, чтобы опустить его. Так что мудрый супруг может заработать у жены максимальное количество очков, просто опустив сиденье. Он лишь улыбается своей сообразительности, когда это делает.
Принятие влияния – умение, которое вы можете отточить, обратив внимание на свое отношение к супруге. В повседневной жизни это означает – работать над первыми тремя принципами, следуя советам и выполняя упражнения из глав 3, 4 и 5. А когда возникает конфликт, ключ к его разрешению – готовность к компромиссу.
Например, Чад, разозливший Марту тем, что трудился допоздна в день приезда ее матери, если и не мог работать меньше обычного, то мог бы, наверное, изменить свой график. Скажем, поработать допоздна в другой день, чтобы помочь Марте подготовить дом. Может быть, жена или бабушка могли бы отвести сына на футбольную тренировку в субботу (традиционно это обязанность Чада), чтобы Чаду можно было в это время поработать.
Если в целом муж учитывает мнение жены, но по какому-то конкретному вопросу возводит стену, важно разобраться, что стоит за этим упорством.
Одна из супружеских пар, за которыми мы наблюдали, Тим и Кара, столкнулись с подобной дилеммой. Они постоянно спорили по поводу его друга Бадди, которого Кара считала кем угодно, но не другом. Не имея работы, он часто воевал со своей подругой, у которой жил, а заканчивалось все выпивкой и падением на диван в их гостиной. Кара опасалась, что Бадди плохо повлияет на Тима и рассматривала его частое присутствие в доме как вторжение и угрозу.
Однако если она пыталась поговорить с Тимом, тот заявлял, что это его дом и он может приглашать, кого захочет. Кара не соглашалась с мужем, и тот возводил стену. Это злило ее до такой степени, что она начинала кричать. Тогда он говорил, что проблема в ней, а не в Бадди. Кару выводило из себя отношение Тима. С ее точки зрения, он отказывался признавать, что это и ее дом, и она хотела, чтобы он принимал решения совместно с ней.