– Нет, это очень важно! – упрямился генерал. – Я повторяю свой вопрос: где ты сейчас находишься?
У Федотова мелькнула мысль, что ему вынесен смертный приговор, от которого ему уже ни за что не отвертеться.
– Генерал, забудьте обо мне, – сказал Федотов в трубку и хотел уже нажать кнопку выхода.
Но тут его левый бок обожгло страшным ударом. Федотова отбросило в сторону, из руки выпал телефон, отскочив на недосягаемое расстояние.
В следующее мгновение в глаза ударил яркий свет от фонаря.
– Не двигаться, подонок! – услышал Федотов знакомый голос.
«Гордеев? – пронеслось в голове Михаила. – Жив?»
Гордеев стоял над Федотовым с автоматом, к которому был прикреплен фонарь.
– Не надо светить! – взмолился Федотов. – Убери свет!
– Не уберу, – ответил Гордеев. – Лечь на живот, руки за спину. Живо!
Федотов сделал еще несколько движений, отползая. И тут же нащупал у себя за спиной холодную рукоять ТТ. Последний шанс! Сохраняя страдальческое выражение лица, он резко выхватил пистолет из-за спины.
Несколько пистолетных выстрелов прогремели в темноте.
Гордеев успел отшатнуться. Но не удержал в руках автомат, выронил. Ударившись о камни, немедленно погас и фонарь.
Гордеев тихо шарил по земле в поисках автомата.
В руке Федотова вспыхнула зажигалка, которая на миг выхватила из темноты прильнувшего к земле адвоката.
Еще выстрел. Пуля вгрызлась в стену рядом с головой Гордеева.
Больше выстрелов не было. Послышался лишь сухой щелчок: у стрелявшего кончились патроны. Не услышав звуков, которые бы говорили о том, что Федотов перезаряжает оружие, Гордеев перевел дыхание и продолжил поиски оружия.
Рука Гордеева нащупала что-то, но это явно был не автомат. Скорее это напоминало сотовый телефон.
И тут снова вспыхнул огонек зажигалки. На этот раз над самой его головой. Над Гордеевым стоял Федотов с его автоматом.
– Ладно, адвокат, прощай, – тяжело дыша, сказал Федотов. – Мне было интересно с тобой работать. Честное слово.
Гордеев закрыл глаза.
Но после того как грянул выстрел, услышал: что-то грузное рухнуло к его ногам.
И затем увидел свет. Яркий-яркий свет. Что это? Рай или ад?
Вместо ответа до него донесся голос Пираньи:
– Вставай, ему кранты. Кончай валяться!
Гордеев увидел перед собой улыбающееся лицо напарника.
– Тебе же нельзя было ходить, – сказал Гордеев.
– Там жестко лежать, – бодро отозвался Пиранья. – И сыро, как… не скажу, где.
Гордеев поднялся с земли. В руке он все еще держал сотовый телефон. Поднес аппарат к уху и услышал бархатистый голос:
– Майор, ответьте!
– Если фамилия майора Федотов, то майора больше нет, – ответил Гордеев.
– Кто говорит?
– Адвокат Гордеев.
– Гордеев, что с майором?
– С кем я говорю?
– Тебя это не касается. Ты мне не ответил, что случилось с майором.
– Мертв.
– Это точно?
Гордеев посмотрел на то место, где должна была находиться голова Федотова, но увидел некое кровавое месиво с белыми кусками мозговой массы. Очевидно, это работа пули со смещенным центром.
– Точнее некуда.
Гордеев хотел еще что-то спросить, но в телефоне раздались короткие гудки.
Спрятав телефон в свой карман, Гордеев произнес:
– Нужно проверить его карманы.
– Уже сделано, – сказал Пиранья, показывая трехдюймовую дискету и еще несколько предметов, непонятных для Юрия.
– Тогда все путем. Возвращаемся на базу. Наше дело сделано.
Алик погрузился в систему настолько, что даже не услышал, как его позвал Гордеев.
– Старик, ты оглох? На, держи прибамбасы, может быть, пригодятся.
Он вывалил на стол все, что удалось извлечь из карманов покойного Федотова.
Алик быстро разложил на столе дискету, магнитные карточки и прочие вспомогательные приспособления.
– Сейчас проверим. Вот эта штука, – он показал на дискету, – должна быть то, что нам позарез необходимо. Где вы все это раздобыли?
– У Федотова.
– Что, поймали?
– Ага, поймали, – ввернул Пиранья. – Да только так поймали, что теперь он с испугу не может и слова сказать.
– В смысле? – недоумевал Алик.
Гордеев с Пираньей обменялись заговорщицкими взглядами.
– Потом, потом все узнаешь, – пообещал Гордеев. – Сейчас ты должен спасти мир.
– Понял, не дурак, – согласился Алик, снова прилепившись к компьютеру.
– Идите, мужики, там вас Лена кофеином отпоит, – сказал Леопард.
Они отошли в сторону, где над кофеваркой колдовала Лена. Кофе был уже готов. Лена с улыбкой, сквозь которую пробивались слезы, подала Гордееву чашку.
– Молодцы, что я могу еще сказать, – говорил Леопард. – Одно слово: молодцы.
Тарантул стянул с головы наушники, которые были подключены к радиостанции.
– Только что выступил директор ФСБ с заявлением, что, по предварительным данным, это, возможно, взрыв лако-красочных материалов, которые хранились в подвале дома, оборудованного под склад. Версия о теракте пока не возникала.
– Интересно, что они запоют, когда дома начнут валиться пачками? – задумчиво проговорил Леопард.
– Придумают что-нибудь, – сказал Гордеев.
– Да, придумают, – сказал Леопард. – Эти что угодно придумают. В следующий раз появится версия, связанная с магистральным газом, или еще какая-нибудь чушь. Да только кто ж им поверит? Публика у нас далеко не дура.
– Для них признание в теракте означает угрозу введения чрезвычайного положения, – вступил в разговор Денис. – А они этого как огня боятся. Потому что оно грозит всем ныне действующим силовикам немедленным увольнением, если только не отправкой в места не столь отдаленные. За попустительство и возможное пособничество.
– А кто же придет тогда на их место? – спросил Гордеев.
– Да кто угодно. В последнее время в прессе активно муссируется идея о том, что нынешние российские спецслужбы ни хрена мышей не ловят, что они не просто ослаблены и деморализованы – они недееспособны.
– Меня больше сейчас занимает другое, – говорил Гордеев. – Кто стоит за Федотовым? Кому принадлежит этот приятный голосок, который я слышал по телефону? Кстати, мне он показался до боли знакомым.
– В каком смысле знакомым? – спросил Леопард.
– Будто слышал его уже. Не то по телевизору, не то еще где-то. Не знаю, не могу вспомнить, провал в памяти какой-то, будто кто-то нарочно там навел хаос.
– А может быть, просто голова твоя не хочет вспоминать, – заметил Денис.
– Зачем ей это надо?
– А затем, чтобы не прийти в состояние полной прострации от того, что узнаешь.
– Хочешь сказать, что это такой защитный механизм?
– Ну да, что-то в этом роде, – рассуждал Денис. – Только в научной литературе это называется цензурой. Иногда действительно лучше не знать, что твой лучший друг однажды трахал твою жену.
Гордеев задумался, а затем произнес:
– Но главное – это то, что, мне кажется, хорошо поставленный голос этот принадлежит одному из тузов оттуда, – Гордеев показал глазами на потолок.
– А если услышишь – узнаешь? – спросил Леопард.
– Узнаю, конечно. Но только когда я его услышу? Когда это случится?! Меня же сейчас этот вопрос мучает.
– Да, проблема, – вздохнул Тарантул.
– Эй, орлы! – позвал Алик. – Я предлагаю вам взглянуть на это.
– Что? – Леопард вскочил с места. – Есть контакт?
– Есть. Пока, правда, не все. Но, думаю, это только начало.
– Что это?
– Это точные адреса закладок адских машин. Все одиннадцать.
– Одиннадцать? – спросил Леопард.
– Одиннадцать, – кивнул Алик.
– А должно быть, насколько я помню, двенадцать, не считая сработавшей.
– Ну да, – согласился Алик. – Вот я и говорю, не все.
– Черт! – произнес Леопард, читая адреса, высвеченные на экране. – Все одиннадцать адресов – это жилые дома и несколько крупных универмагов. Тарантул!
– Я здесь.
– Возьми эти адреса, Пиранью отвези в госпиталь, а потом возвращайся на нашу базу, прихвати все необходимое оборудование и дуй обезвреживать эти машины.
– Понял, уже бегу, – отозвался Тарантул.
– Только смотри, осторожней там.
– Я с ним пойду, – сказал Смерть.
– Да, ты прав. Ты, кажется, в Иерусалиме сталкивался с чем-то подобным.
– Ну да, там тоже была такая же петрушка с бомбами, – сказал Смерть. – Тоже несколько домов подряд. И почти такое же дистанционное управление.
– Постарайтесь все сделать как можно тише, чтобы никакой паники, – инструктировал Леопард.
– Будем, как мыши, – заверил Тарантул.
– Ну с Богом, парни. – Леопард похлопал Тарантула по плечу, одновременно крепко пожимая руку Пиранье, повернулся к Смерти: – Давай, Смерть, остался последний бой. А мы тут доведем до ума все, что выпадет на нашу долю. Не подведем.
– У вас работа похлеще нашей будет, – сказал Смерть. – На вас целых две мегатонны висят.
– Знаю, – сказал Леопард. – Но такова судьба. Ничего не попишешь. Двигайте!
Леопард вернулся к Алику.
– Ну что тут у нас?
– Ищу, командир, ищу.
– Давай, старикан, давай, ищи. Не подведи только. Хоть бы какой поганенький адресок, где валяется эта чертова UH-2. А там мы ее быстренько нейтрализуем.
Леопард отошел от компьютера, взял в руки наушники от радиостанции, напялил на уши.
– Ладно, пока послушаем свободный эфир, чего там несут наши высоколобые мастера слова.
Кажется, наступил момент долгожданной передышки, хотя до настоящего отдыха было совсем неблизко. Впереди было такое количество нерешенных проблем, что голова у всех шла кругом. И все же природа брала свое, организм требовал покоя.
Лена дремала, прислонившись к плечу Гордеева, который сидел и немигающими глазами смотрел в пустую стену, на которой он так и не выцарапал никакого неприличного слова. А так хотелось.
Алик напряженно возился с компьютером, не отрывая глаз от светящегося монитора.
Денис полулежал в кресле и молча допивал кофе. Волна тепла прошлась по конечностям, пытаясь погрузить тело в сон. Но Денис сопротивлялся.