Уже на подходах к общаге я заметил, что в нашей комнате находятся двое. Не было смысла гадать, кто это, поэтому, воспользовавшись левитацией, я снова сэкономил немного времени и, восстановив плетение в оконном проеме, сказал серьезной Кисе:
– Привет! Хор на этот раз не натворил глупостей?
– Судя по тому, что он рассказал, нет, – ответила девушка. – А у тебя как все прошло?
Я активировал полог тишины и радостно сообщил друзьям:
– Можете меня поздравить, теперь я официально назначен Керисаном на должность его любимого осведомителя!
– Так ты все-таки стал доносчиком, – мрачно сказал Хор. – И чем же мастер смог тебя подкупить?
– А ты чего не в духе? Лаох нагрубил? Так наплюй, Керисан все равно объявил амнистию по всем пунктам.
– Нет, меня расстроило совсем не это.
– А что же? – я оглядел комнату, в которой уже был наведен относительный порядок, и плюхнулся на свою койку.
– То, что мой друг оказался продажным человеком и согласился доносить на того, кто ему доверился, – серьезно сказал демон.
Я внимательно поглядел на его морду, с изумлением понял, что демон не шутит, и расхохотался. Моему смеху вторила Киса, держась за живот и демонстрируя всю длину своих клыков. Хор постоял, глядя на нас с недовольной гримасой, а потом раздраженно пробормотал что-то на своем языке и направился к двери, но я вскочил и успел его ухватить за рукав, остановив на пороге.
– Подожди, Хор, ты это серьезно? – все еще хихикая, спросил я.
Мрачный взгляд демона показал мне, что серьезней некуда.
– Хвостатый, ты иногда такой недоумок! – простонала сквозь смех Киса.
– Не ругай его, ведь тормоз – тоже нужный механизм, – сказал я ей и приказал Хору: – Сядь, блюститель морали, будем повышать твою сообразительность.
Демон, недовольно размахивая хвостом, все-таки подчинился и уселся на кровать, а я обновил плетение полога и начал объяснения:
– Фалиано предполагал именно такое развитие событий. Он знал, что Керисан устроит мне новую подлянку, а потом, приперев к стенке, вынудит согласиться стать его осведомителем. Именно поэтому ректор продемонстрировал мне свое доверие, именно поэтому показал прослушку и предоставил материал для подтверждения моего намерения утвердиться в роли стукача. Ведь если бы я не имел компромата на Фалиано, то не смог бы доказать свою лояльность Керисану и не сумел бы оправдать надежд ректора. Теперь тебе понятно?
– А сейчас Алекс может с умным лицом кормить мастера ложными сведениями, не рискуя потерять его доверие, – подтвердила вампирша. – Хор, а мы-то думали, что ты еще три дня назад все осознал и догадался, зачем Фалиано вдруг так разоткровенничался.
– Так что не спеши записывать меня в предатели, – сказал я с улыбкой. – Я просто стал двойным агентом и ничего больше. Ну как, разобрался?
Демон тяжело вздохнул и протянул:
– И когда же закончатся эти ваши шпионские игры?
– Никогда! – хором ответили мы с Кисой и снова засмеялись.
А вечером, когда после ужина я заглянул к Массвишу, тот передал мне, что Фалиано очень хочет со мной встретиться. Не мешкая я отправился к магистру, сперва недоумевая, почему ему так не терпится, а потом сообразив, что это сделано специально для Керисана, чтобы убедить того еще больше. Ректор весело поприветствовал меня, а потом достал из стола какой-то амулет и сообщил:
– Алекс, я вчера во время нашего занятия забыл рассказать тебе о принципах аллюции, а при их самостоятельном изучении возможны ошибки, которых на данном этапе нужно избегать. Если ты не против, то я коротко изложу общие сведения и поясню, на что стоит обратить пристальное внимание, а потом ты продолжишь работать с конструктивным материалом самостоятельно.
– Как скажете, милорд ректор, – отозвался я.
Фалиано активировал свой амулет, и в кабинете вновь раздался его голос, который начал лекцию:
– Итак, согласно нескольким научным трудам, принципы аллюции в области конструкторства достаточно широко распространены и являются одними из основополагающих. Следовательно, их значение…
Голос из амулета продолжал звучать, ровно и неторопливо излагая основные положения из уже изученной мною литературы, а Фалиано активировал еще десяток амулетов, создав в углу комнаты пространство, охваченное глушилками, в котором и сформировал портал. Дождавшись кивка ректора, я подошел к нему и шагнул в мутную пленку, оказавшись в каком-то темном помещении. Следом за мной в ней появился и Фалиано. Он тут же зажег светлячок, предоставив мне возможность оглядеться. Окон в этой комнате не было, зато в одной из стен располагалась дверь, наверняка скрывавшая туалет. Вообще, судя по моим ощущениям, мы сейчас находились глубоко под землей, так как магическим зрением ничего в округе не просматривалось. Обстановка в помещении была весьма немудреной – стол, кровать и тумбочка с наваленными на ней книгами.
– Алекс, у нас не так много времени, так что к делу, – сказал Фалиано, оторвав меня от осмотра. – Я знаю, что сегодня ты встречался с Керисаном и примерно представляю себе содержание вашего разговора. Мне интересно, каким был твой ответ.
– После долгих раздумий я согласился на его предложение.
– И мастер поверил тебе?
– После предоставления некоторых весьма интересных сведений, касавшихся вас лично, его доверие достигло максимума.
– Понятно. Он уже просил тебя узнать о чем-либо?
– Нет, лишь советовал быть внимательным.
– Как только определится, немедленно сообщи мне или кому-либо из моих друзей.
– Разумеется, – кивнул я.
Ректор задумался, видимо вспоминая, что еще упустил, и сказал:
– Алекс, я не сомневаюсь, что Керисан приводил весьма убедительные доводы. Не желаешь ли ты действительно перейти на его сторону? Сейчас у тебя еще есть такая возможность.
– Нет, – без раздумий ответил я, понимая, что если потеряю доверие Фалиано, то мне останется только уходить из Академии.
– Почему?
– Потому что я уже определился с выбором и менять его не намерен.
Фалиано смерил меня внимательным взглядом, а потом сформировал портал, в который я и шагнул, не дожидаясь особого приглашения. Очутившись в кабинете ректора, я отошел в сторону и подождал, пока магистр деактивирует глушилки и, выбрав момент окончания фразы, развеет амулет-диктофон.
– Вот и все, – сказал ректор. – Надеюсь, теперь тебе будет легче в самостоятельной работе.
– Думаю, намного, – отозвался я, после чего мы распрощались друг с другом.
А оказавшись на улице, я удовлетворенно улыбнулся. Теперь в моей академической жизни наступила новая пора. Неопределенность исчезла, угроза исключения также развеялась сама собой, а будущее виделось весьма приемлемым. В короткий срок я сумел заручиться доверием и ректора, и безопасника, а теперь постараюсь никого из них не разочаровать. Ведь всем нам было нужно одно и то же – информация. Керисану – об огрехах Фалиано, магистру – о направлении интересов безопасника, ну а мне остается только выяснить все об имперских магах и постараться урвать все доступные знания, пока у Академии не поменялся глава.
Глава 26Экзамены и кровь
Следующую десятицу я был настолько поглощен учебой, что ничего вокруг не замечал. С беспечностью наркомана каждый день я загружал в свой мозг новую дозу информации, а большую часть ночи с небывалым увлечением разбирался в ней под бдительным присмотром подруги, иногда делавшей весьма ценные пояснения и замечания. Несмотря на легкие опасения, что такой темп окажется для моих мозгов слишком изнуряющим, пока никаких побочных эффектов от повышения нагрузки не замечалось. Да и утомление после этих занятий никак себя не проявляло, оно полностью компенсировалось сном, что позволяло мне продолжать работу.
Некромантия, теория и история магии, конструкторство, бытовая магия, целительство, алхимия и прочее – все это я осваивал семимильными шагами и не мог не радоваться своим успехам. Оглядываясь на время, прошедшее с момента моего поступления в Академию, я с грустью думал, что если бы не эти шпионские страсти, его можно было потратить с куда большей пользой. Теперь каждую свободную минуту я отдавал чтению, изучая не только литературу, рекомендуемую преподавателями, но и те книги, на которые мне советовал обратить внимание хранитель библиотеки. Кстати, о нем нужно рассказать отдельно.
Само собой разумеется, моя скорость проглатывания печатного и рукописного слова не могла остаться незамеченной, поэтому как-то ночью, когда, кроме меня, посетителей в библиотеке уже не осталось, хранитель спросил напрямую, как мне это удается. Слегка поколебавшись, я продемонстрировал эльфийское плетение ускорения восприятия и объяснил принцип его действия. Такое доверие было оценено хранителем, он не только не стал вспоминать о запрете на магические действия в библиотеке, но и сразу же выдал мне пару лишних томов, сказав, что в них я найду много интересного.
Эти книги о магии разума действительно содержали массу полезных вещей. В них я обнаружил имперский аналог моего плетения, но более грубый и с гадкими побочными эффектами, которые проявлялись при продолжительном применении. Так как общий курс магии разума изучался только на старших циклах, было понятно, почему мои одногруппники не ведали о магических приемах повышения обучаемости. В общем, наутро, после тщательного анализа, мне осталось только поблагодарить хранителя и невзначай поинтересоваться, что же вышло с историей о пропавшей книге. Как я и предполагал, никакой пропажи зафиксировано не было и даже сбоев в работе библиотечного амулета никто не наблюдал. Более того, сам библиотекарь оказался в курсе всех подробностей подставы, так как являлся одним из друзей Фалиано.
В общем, слово за слово мы разговорились, и Бреннад поведал, что работает в Академии очень долго. Хоть он и был весьма слабым магом, но превосходно разбирался во всех областях магической науки, а великолепная память делала его попросту незаменимым на должности хранителя библиотеки. Бреннад мог подсказать, в каком талмуде определенный вопрос излагается более понятным языком, а какие «шедевры великих магов прошлого» были высосаны из пальца и не несли знаний. Он мог посоветовать, с чего начать изучение любой дисциплины, и был способен без особого труда составить самый полный список необходимой каждому адепту литературы. Причем иногда даже лучше самих преподавателей, чем я не замедлил воспользоваться.