– Кайлан ему не доверяет и весьма доходчиво попросил, чтобы я не вмешивала в наши дела Ричарда.
Клара заправила за ухо каштановый локон, который в темноте казался черным, а кукольное лицо в преломляющихся вспышках молний выглядело бледнее обычного, а еще мне не давала покоя странная суровость, исказившая ее губы. Я вздрогнула, будто рядом со мной сидела незнакомка.
– И правильно делает…
От неожиданного изречения подруги я приоткрыла рот.
– Прости, что? А не ты ли на днях грозилась мне глаза выцарапать за опрометчивую выходку в таверне?
Клара начала нервно перебирать кружево на рукаве платья.
– Да, но вы не задумывались хоть на мгновение, а не изменит ли Ричард решения помогать вам, когда Елена, не получив долгожданных доносов на Селье, пригрозит ему жизнью сестры?
Слова Клары неприятно впились в грудь, как осколки битого стекла.
А может, сердца?
Я знала, что для Ричарда нет никого дороже Мии, но поверить в то, что давний друг способен предать меня, было сродни смертельному приговору.
– Мне надоело видеть ваши страдания, Адди. То, как с каждым убитым смутьяном меркнут ваши глаза, лишает меня сна. – Клара осторожно коснулась моей руки, сделав вид, что не заметила шершавой на ощупь запекшейся крови. – Вы дороги мне, поэтому я и поехала во Франсбург, хотя могла уговорить отца повлиять на Елену и не подвергать себя лишней опасности. Королева не смогла бы перечить первому советнику. Но я нужна вам, сколько бы вы ни строили из себя неприступную железную леди, всем необходима поддержка и душевное тепло, – подруга положила голову на мое плечо, и я прижалась к ней, как к любящей старшей сестре. Тихонько всхлипнув от нахлынувших чувств, которые многие годы душили меня одинокими ночами, я благодарно чмокнула ее в висок.
Раздались знакомые уверенные шаги, и мы, притихнув, затаили дыхание. Кайлан остановился напротив дверей библиотеки. Я отодвинулась от Клары, а подруга, гордо расправив плечи, приготовилась вновь столкнуться с пугающим ее демоном.
Но в библиотеку никто не вошел. Учащенный пульс отсчитывал неприлично долгие секунды вместе с настенными часами.
Через шесть ударов лорд двинулся прочь, а я облегченно выдохнула. Наше взаимное притяжение должно было пойти на убыль, чтобы не мешать делу. Я надеялась, что телесная близость с Селье расслабит затягивающийся при нашем общении узел, однако после пережитого в объятиях Кайлана этот узел превратился в удавку.
– Идемте, вам нужно выспаться! – отложив книгу, Клара потянула меня к выходу из библиотеки, пока я витала в раздумьях и постоянно зевала. – Завтра обсудим дальнейшие действия.
Не став сопротивляться, я поплелась за подругой. Покинув библиотеку, я оглянулась на дверь обеденной. В поглощенном ночью коридоре молния яркой вспышкой подсветила замысловатые статуи.
Клара дожидалась меня у лестницы, ковыряя носком туфли половицы, когда печальная, но до дрожи прекрасная мелодия вплелась в тишину.
Звук околдовывал и манил к источнику, проникал под кожу и, нарастая, волновал. Словно музыкант рассказывал лирическую историю обреченной любви, медленно подводя ее к неминуемому концу.
Проникнувшись полетом звуков, я до побеления костяшек сжала кулаки. Что-то в чудесной мелодии казалось притягательно-знакомым. Музыка резко оборвалась, и меня вытолкнуло на поверхность из навеянных грез, наполненных чистой, неомраченной магией любовью. Которым не дано сбыться…
Стоя на мраморном полу с сизыми прожилками, я всматривалась в свое отражение. В волосах, будто сотканная из черной дымки, поглощала свет остроконечная корона. Чернильный бархат королевской накидки струился водопадом с плеч, растекаясь длинным шлейфом по тронному залу неизвестного замка.
Оникс обвивал стены и высокий сводчатый потолок, элегантно смешиваясь с драгоценными камнями и гобеленами со странной символикой: расколотый на четыре части череп.
– Как же я ждал тебя, Адель! – вдруг по залу пронесся голос, напоминающий звук свистящего в воздухе ножа. Завораживающий и до смерти пугающий.
Вскинув голову, я с замиранием сердца разглядывала представшего передо мной незнакомца. Высокий подтянутый мужчина, как и я, облаченный во все черное, стоял на постаменте возле трона. При виде последнего меня передернуло. Вокруг трона собирался мрак, а из дымки тянулись костлявые руки усопших, переплетаясь в подобие спинки.
Я хотела вскрикнуть и попятиться, но не смогла сделать и шага, став пленницей собственного кошмарного сна. Мужчина, отбросив ногой край длинной накидки, грациозно двинулся вниз, миновав ступеньки пьедестала.
От красоты незнакомца сдавливало легкие. Чем-то неуловимым он напоминал Кайлана: та же непоколебимая уверенность, надменная ухмылка и грубые черты лица, но иссиня-угольные волосы ложились ему за спину и тянулись длинными локонами к пояснице, а кожа была настолько бледной, что казалась прозрачной.
Когда незнакомец приблизился, я ощутила излучаемый им могильный холод и приятный запах сандала.
Необыкновенные глаза – сизые, как темно-синие цветы, покрытые утренней изморосью, – изучали меня с долей восхищения и необъяснимой жажды.
– Ты прекрасна…
Проснулась в липком поту, задыхаясь и подрагивая. Тени, как верные псы, собрались вокруг моей кровати, стараясь защитить меня от буйства собственного воображения.
– Адди? – пробился сквозь толщу окутываемой меня тьмы писк Клары.
Я сосредоточилась, и мрак развеялся.
– Прости, – прохрипела я, отклеивая ворот сорочки от вспотевшей груди. – Не хотела тебя напугать.
– Что стряслось? – уже тише спросила подруга, когда я, сев на кровати, принялась растирать руками щеки.
– Не бери в голову, просто дурной сон приснился, – ответила я, не сразу заметив, что Клара мялась возле меня в теплом пальто. – Не припомню, чтобы ты куда-то собиралась, – озадачилась я и перекинула косу через плечо, чтобы тянувший из приоткрытого окна сквозняк высушил испарину на шее.
– Мая собиралась навестить сестру в здравнице и позвала меня с собой, – смущенно ответила Клара. Пока я гонялась за демонами, фрейлина обзаводилась новыми дружескими связями.
Клара указала на письменный стол у окна, где в стеклянной вазе стоял букет алых роз, такой огромный, что лепестки, падая, осыпались на пол.
– Мари принесла сегодня утром, сказала, что цветы доставили на порог борделя.
Я подскочила, наступив на длинный подол сорочки.
Пока я с опаской подкрадывалась к цветам, как к улью диких пчел, одно предположение сменяло другое.
Ричард не стал бы действовать так открыто. Кайлан мог бы лично передать букет: хозяину борделя незачем оставлять цветы на улице…
Приблизившись, я прошлась изучающим взглядом по тонким алым лепесткам, ища записку или подсказку, но букет ничем особенным не отличался.
Клара выросла у меня за спиной, поглядывая на странный подарок из-за моего плеча.
Рука сама потянулась к ароматным цветам. Я нежно зажала бутон между указательным и большим пальцем, задумчиво растирая бархатные лепестки.
Что-то укололо руку, и алые розы обуял мрак. Как и мои тени, он поднялся с пола и, завихрившись, потек по каждому цветку.
Клара даже не дернулась, решив, что я опять потеряла контроль над силой, но моя теневая магия дремала.
Дым пожирал алый цвет, как огонь уничтожает сухую траву, оставляя после себя сизые цветы, напоминающие прекрасные глаза мужчины из недавнего сна.
Миг – и от кровавых роз ничего не осталось, а по моему позвоночнику вновь побежали капли пота.
Незнакомец был реален!
Мир пошатнулся. Я сделала шаг назад и наткнулась на Клару. Подруга тревожно забубнила себе под нос и, подцепив меня под руку, довела до кровати.
Обмахивая меня взятой с тумбочки газетой, она подала стакан воды.
– Адель, да что с вами?
Я кивнула на невероятной красоты букет, тяжело глотая воду. Клара непонимающе переводила взгляд с моего резко поникшего лица на сизые розы.
– Я не перекрашивала цветы, Клара. Кажется, я нажила себе еще одного смертельного врага…
Рассказав, что Микаэль приглядывает за Лорой и докладывает о ее здоровье Селье, я попыталась отговорить подругу от похода в здравницу, но Клара слишком уж усердно сопротивлялась.
– Вам необходим свежий воздух, да и Мая хочет побыть с сестрой, неважно, пришла она в себя или нет, – настаивала фрейлина, когда я все-таки решила проветриться вместе с девушками.
Мы прогуливаемся по мостовой, как всегда, отдаляясь от бушующего моря. Меня странным образом тянуло к нему, словно разбивающиеся о скалы воды призывали познакомиться поближе.
Днем Франсбург будто засыпал, изредка мимо нас проезжали дорогие кареты и повозки фермеров, хлюпая колесами по лужам. При каждом резком звуке я вздрагивала и оборачивалась, все еще угнетенная последними событиями и перспективой пасть жертвой демона из видения.
Клара и Мая шли на пару шагов впереди, постоянно переговариваясь и тихо хихикая. После ранения Лоры прошла неделя, и только сейчас Мая позволила себе немного порадоваться, решив, что ее сестра обязательно выкарабкается, ведь за нее поручился сам Кайлан Ле Селье.
Внутренние распри тянули меня в разные стороны. Во мне боролись желания поведать Кайлану о загадочном сне и, наоборот, умолчать. Селье доказал, что я могу доверять ему, скрыв от Елены мое разоблачение, но все же он не знал главного, а ментальное общение с демонами неподвластно обычным смертным. Подумав хорошенько, я решила подождать и посмотреть, куда дальше заведет опасная игра с незнакомцем.
Клара зажала рот ладонью, пряча смешок. Надушившись так, что у меня начинали слезиться глаза, стоило приблизиться, подруга с нарумяненными щеками буквально тащила Маю в здравницу.
Конечно, я догадывалась, что ее рвение проверить раненую куртизанку обусловлено вовсе не щепетильностью души, а одним симпатичным лекарем, но вида не подавала.
Поддакивая всем театральным вздохам по несчастной судьбе Лоры, я едва поспевала за девушками. На подходе к здравнице я все же отстала, вновь зацеп