Не сдержавшись, ахнула, искренне удивившись размеру Кайлана. Он зарычал, и шоколад смешался с резко ворвавшейся в его глаза тьмой.
– Адель… – низкий голос сочился мольбой и неутолимой жаждой. Я подтолкнула вздымающийся член к изнывающему лону и, дернувшись, собиралась соединить наши тела, но Кайлан выпустил меня и попятился, лихорадочно растирая лицо ладонями.
Черные вены струились по острым скулам, покрывали шею и бороздили тьмой грудь, красиво просвечиваясь ажурным рисунком под бронзовой кожей. Кайлан рвано вдохнул и резко отвернулся.
След, тянувшийся такими же чернильными линиями от его шеи к лопаткам, который я впервые увидела в купальне, словно вбирал свет звезд, сияя по краям.
Вновь скрывшись под водой по подбородок, я все еще ощущала неудовлетворенную тяжесть между ног, но она быстро исчезла, когда дым над головой Кайлана стал принимать странную форму заостренных рогов с выступами по центру.
Тихий возглас непрошено сорвался с губ, но ровно через два удара сердца туман рассеялся вместе с иллюзией. Кайлан обернулся. Мрак уже не подчинял себе его тело, плескаясь только в бездонных глазах.
– Простите, Адель, – спокойно заговорил Селье, будто не он минуту назад сходил с ума от желания, а потом едва не превратился в Дьявола. – Я слишком сильно вас желаю, и это ослабляет контроль над внутренним монстром, притаившимся в греховном сердце. Вы можете пострадать.
Он двинулся к краю источника, и ловко подтянувшись на руках, покинул воду. Пар подавлял четкость зрения, но даже через дымку я смогла рассмотреть все еще напряженный пах, а когда лорд направился к одежде, и крепкий мужской зад.
Щеки залились румянцем. Когда наша нагота была скрыта под водой, я чувствовала себя раскрепощенной и смелой, но стоило вновь воочию убедиться в том, как идеально сложено тело Селье, и я превратилась в праведную деву.
Но Кайлан дал подсказку на давно волнующий вопрос, и я не смогла не зацепиться за нее.
– Поэтому вы меня отвергаете? – я поплыла к берегу, разгоняя всплесками воды пар. – Неужели я первая, кто так сильно возбуждает вас? А как же гениальная искусительница Марго?
– Вы, должно быть, не расслышали, Адель, – прервал мои изречения Селье. – Я сказал, что тьма таится в сердце…
Пульс трезвонил в ушах, оглушая. Я сидела на пеньке, возле которого оставила одежду, и завязывала ботинки. Холод больше не беспокоил, жар разгоряченного тела хорошо сохраняло подсохшее пальто. Кайлан, полностью одевшись, выхаживал вдоль края холма, поглядывая на бушующее внизу море, и постукивал тростью.
– О, вы даже трость прихватили, – съязвила я.
Селье сделал вид, что не расслышал. Он даже ни разу не повернулся ко мне. Стоило неуклюже вылезти из источника, как лорд уставился на волны и старательно изучал их взглядом, будто оттуда должна была с фанфарами выпрыгнуть сирена.
Только что немного сузившаяся между нами пропасть после странного признания снова разверзлась. Мне казалось, я различила намек на чувства, или, как влюбленная дура, хотела верить во взаимность инкуба. Я едва не фыркнула от противоречий. Не желая больше поддаваться печальным мыслям, встала, отряхнула пальто и тихо сказала:
– Я готова, можем возвращаться.
Кайлан наконец соизволил повернуться и указал подбородком на тропу, которая привела меня сюда.
– Хорошо, тогда после вас.
Как всегда, обратный путь показался короче. Мы быстро миновали пляж, но в отличие от дороги к источнику, мне не пришлось самостоятельно перелезать через поваленное дерево. Кайлан любезно подхватил меня на руки и перенес на другую сторону.
На мгновение наши сердца забились в унисон. Я видела, как быстро запульсировала жилка на его шее, но Селье тут же поставил меня на ноги, и я хвостиком поплелась за ним.
Забраться по раскисшему от снега склону, с которого я спустилась, когда убегала, не хотелось, поэтому Кайлан провел нас иной тропой, которая привела в сад-лабиринт.
– Как вы объяснили смерть охранников Гарри? – я решила поговорить, чтобы не замечать колющее под ребрами чувство. Поддавшись искушению в источнике, мы окончательно сломали оберегающую мою сердце стену, которую лучше было не трогать.
– Никак. Ублюдкам не впервой напиваться до беспамятства. Рано или поздно пристрастие к магическому дурману, который весьма кстати нашли в карманах их брюк, сыграло бы с ними злую шутку. Я лишь ускорил процесс.
– Но дурман запрещен в Абраксе. Это же кровь низших демонов. Где они взяли эту мерзость?
Кайлан странно покосился на меня, как на наивную девочку, и не стал дальше разглагольствовать.
Мы двигались по саду, окруженному высокими кустарниками. На листьях, еще не успевших полностью опасть, поблескивала легкая изморось. Я оторвала листок от ближайшего шиповника и покрутила его в руке, любуясь, как снежинки скатывались вниз.
– Наше расследование зашло в тупик, а время поджимает. Без улик от лазутчиков мы ничего не сможем противопоставить королеве, а Елена скоро поймет, что моя миссия кардинально изменилась, и обвинит в предательстве.
Листик упал на остывшую землю, и я раздосадованно выдохнула.
Кайлан переплел наши пальцы, согревая мою ладонь в своей. Я не стала сопротивляться. Мы и так зашли слишком далеко, и проблема крылась даже не в нашем взаимном влечении, а в чем-то более глубоком.
– Когда все тайное станет явью, вы поймете, как поверхностны ваше переживания.
– Но как? – я встрепенулась. Поскрипывая снегом под ногами, мы продвигались к фонтану в центре сада. Кайлан непонимающе вздернул бровь, требуя разъяснений. – Как я могу доверять вам, когда вы постоянно обманываете…
– Я никогда вам не лгал, Адель, – остановил меня Селье и заправил трепавшийся на ветру локон мне за ухо. Легкое прикосновения напоминало ворох иголочек, разом воткнувшихся в кожу: так остро тело воспринимало его ласку.
– Но вы всегда говорите загадками и умалчиваете правду, либо переворачиваете ее так, как выгодно вам.
В тени высокого дерева рядом с нами кто-то зашевелился. Кайлан дернул меня за руку и завел за фонтан, приложив указательный палец к своим губам. Я послушно замолкла и на миг осторожно выглянула из-за укрытия.
Селье тщетно пытался сдержать улыбку, углы его рта подрагивали вместе с плечами. Кайлан выпустил мои пальцы и оперся на трость в ожидании реакции.
В груди расцвел неподдельный восторг от увиденного. На изогнутой лавочке в нескольких метрах от нас сидели довольная Клара и робеющий Микаэль. Лекарь наклонился к ее скрытому тенью дерева лицу и вытянул губы в трубочку. Оба сидели, зажмурившись, поэтому не видели наших ухмыляющихся в ночи физиономий.
Микаэль звучно чмокнул мою фрейлину в щеку, приоткрыл один глаз, но нас не заметил, и начал крутить губами, ввинчиваясь в Клару.
Я тихо захихикала, прикрыв рот ладонью. Кайлан хотел отпустить язвительную реплику, но пошутить над неопытностью юноши не успел.
Леденящий душу крик ворвался в сад вместе с промозглым морским ветром. Мы одновременно развернулись на звук, который долетал от поместья.
Пока я непонимающе хлопала ресницами, Кайлан уже пронесся мимо, помчавшись к толпе возле крыльца.
На карнизе третьего этажа стояла мадам Бирксон и пыталась покончить с собой.
Глава 19
Наплевав на тропинку, я напролом понеслась к величественному дому по заснеженному газону. Кайлан уже достиг входа и распихивал зевак локтями, пытаясь подобраться ближе. Гости праздника, задрав головы, смотрели на напуганную женщину, которая тряслась и придерживалась за подоконник. Когда-то собранные в высокую прическу волосы мадам Бирксон растрепались, она прижимала руку к груди и горько плакала.
На подходе к негодующей толпе я выпустила тени. Тьма, смешиваясь с покровом ночи, незаметно потекла к ногам мужчин и женщин. Щипая их за лодыжки, она прокладывала мне путь в самую гущу разворачивающихся событий.
Прямо под карнизом стоял Гарри Бирксон и эмоционально жестикулировал, а рядом с ним нервно мельтешил Калеб, не отрывая взора от несчастной женщины наверху.
– Жизель! – взревел бурбон, привлекая внимание супруги. – А ну, прекращай этот вопиющий спектакль и вернись обратно в дом!
– Ох, натерпелась бедняжка! Наверное, застукала Бирксона с очередной шлюхой в их комнате, вот и не выдержала унижения, – прозвенел женский голос среди люда.
Гарри метнул в гостей убийственный взгляд и вновь вскинул голову к супруге.
– На сегодня хватит смертей, дорогая! Ты же знаешь, как я строптив в постели, – он похабно хохотнул, похлопывая себя по обрюзгшему пузу. Даже доведя супругу до края, он не желал упускать возможности похвастаться непристойными делишками перед окружающими. Я едва сдержала рвотный позыв. – Но со сколькими бы женщинами я ни возлег, в сердце живешь только ты! – привел жалкие доводы кривозубый бурбон, чтобы успокоить Жизель.
Женщина зарыдала надрывнее, и ее нога соскользнула. Собравшиеся затаили дыхание, готовясь к худшему, но мисс Бирксон умудрилась удержать равновесие и остаться на карнизе.
– Не глупи, Жизель! – уже с нажимом заорал Бирксон. – Полезай обратно в окно!
Рядом со мной кто-то шумно засопел. Я повернула голову и увидела чересчур сосредоточенного Лионеля, будто он продумывал какой-то план.
– Не могу! – через слезы отозвалась мадам Бирксон, а потом ее безумный взгляд обратился к Кайлану, который стоял ближе всех к Гарри и Калебу. – Чертов демон не позволяет! Я слишком много знаю!
По толпе пронесся рокот возгласов и крик ужаса. Все тотчас развернулись к Селье. Дамы начали пятиться к дверям особняка, мужчины обнажать сабли, а Лионель двинулся к Кайлану, на ходу выхватывая спрятанный в кобуре револьвер, чтобы защитить.
И тут случилось сразу три события.
Жизель камнем полетела вниз. Звук удара тела о замерзшую землю заставил меня содрогнуться и породил новую волну криков. Шея Жизель свернулась под неестественным углом, глаза закатились, а из ушей и приоткрытого рта потекла кровь, быстро собираясь в лужу под распластавшимся телом. Только что дышавшая женщина превратилась в сломанную куклу. Меня скривило, а в память ворвались образы убитых смутьянов, возле трупов которых также разливалась кровь, пока я безжалостно сжимала в кулаке их сердца.