Адвокат громко фыркнул.
– Один ушел? – уже спокойнее спросил он.
– Один. Остальных взяли.
– Немедленно приведите ко мне Олю.
– Хорошо. Кстати, здесь люди из ФСБ. Это вы их предупредили?
– Нет!
Петр Семенович дал отбой и швырнул телефон на стол.
«Боже мой!.. – мысленно простонал он, – почему я сам не встретил Олю после школы? Проклятые дела!.. А самое глупое то, что мне вдруг показалось, что нужно приготовить обед для девочки…»
Потом Петр Семенович снова вернулся к окну. Его внимание привлекла женщина с широкой детской коляской для близняшек. Она прогуливалась неподалеку от места недавней схватки и вела себя удивительно спокойно…
24.
Рая ждала Игоря в летнем кафе «Регина», на месте их почти ежедневных встреч. Молодая женщина уже закончила свой обед, но Игоря не было. Рая закурила и огляделась вокруг. Посетители – в основном молодежь – сильно шумели. Центром внимания парней была красивая девушка в белых шортах с зелеными волосами «ежиком». Она мило улыбалась, но, тем не менее, не стеснялась в выражениях, рассказывая какой-то забавный случай. На парней это производило должное впечатление.
«Дура!..» – Рая поморщилась и друг вспомнила, что пятнадцать лет назад она была именно такой.
– Привет! – за столик сел Игорь. – Давно ждешь?
– Ты всегда приходишь незаметно, как шпион, – Рая кивнула Игорю. – Кстати, почему у тебя такой бледный вид?
– У меня неприятности…
– Расскажешь какие?
– Ты же знаешь, что я не люблю этого.
Рая погасила сигарету в пепельнице.
– Да, знаю… Ты любишь только получать информацию. Ладно, слушай. Наша фирма богатеет прямо на глазах. Вчера мы заключили еще пять контрактов на астрономическую сумму. Петр Семенович аккуратно таскает к нам детские рисунки с тщательнейшей деталировкой, которые могут нокаутировать любого конкурента. Я думаю, что они у него никогда не кончатся…
Игорь внимательно слушал и кивал головой.
– Интересно, откуда он их берет? – спросила Рая. – Ты знаешь?
– Знаю, но не скажу. Прости.
– Почему?
– Потому что это меня мало интересует. Гораздо больше меня интересуют деньги моей жены. Конечно же только наличные. Ты сможешь до них добраться?
– Разумеется.
– Тогда очень скоро у нас с тобой состоится очень важный разговор.
– Понятно, – Рая встала. – Извини, теперь мне пора… Да, чуть не забыла тебе сказать, что вчера я сделала аборт.
– Что? – Игорь растерянно смотрел на спокойное, и даже безразличное лицо Раи. – Почему ты не предупредила меня?
– А ты разве бы смог дать мне другой совет?
– Нет. – Игорь опустил глаза. – Я позвоню тебе вечером.
Как уходила Рая, Игорь не видел… Он никогда не смотрел ей вслед.
25.
– Я сижу в тюрьме уже третью неделю! – Света была вне себя от гнева. – Раньше я врала следователю, а теперь следователь врет мне. А вы и пальцем не пошевелили, чтобы меня вытащить!
– Ваши дела просто великолепны, – спокойно возразил Петр Семеныч.
– Разве?!
– Да. Например, вчера вашей, уже трансконтинентальной строительной фирме удалось заключить контракт на возведение дворца для султана Бахрейна.
– Я имею в виду совсем не это!..
– Может быть бунгало в Калифорнии для любимой жены миллиардера? – Петр Семеныч снисходительно улыбнулся. – Оно принесет вам пять миллионов чистой прибыли. Вам ужасно везет, Света. Сейчас на вашу фирму работает юный гений, рисунки которого попросту не нуждаются в инженерных расчетах. Скорее наоборот, вчера специалисты профессора Ильичева внесли несколько поправок в компьютерные программы проверки прочности зданий.
– Мне кажется, что вы испытываете не прочность меня саму.
– Чем?.. Светлана, вы богатеете прямо на глазах.
– Но я сижу в тюрьме!
– Это не надолго. Ваш муж Игорь вертится вокруг Оли и ее опекуна-дяди, как голодная оса. В конце концов, я заставлю его залезть в ваш кабинет с отмычкой для сейфа. Правда, я не знаю, что делать с вашим бывшим мужем. Он довольно безобидный пьяница.
Света чертыхнулась и сунула в рот сигарету.
– Он снова пьет? – глухо спросила она.
– Конечно. Впрочем, вы хорошо знаете это сами. Ваш муж – это же романтический Ромео, который не мыслит себе жизни без Джульетты. Правда, наш «Ромео» травится не ядом, а водкой.
Пауза в разговоре получилось довольно длинной. Петр Семеныч задумчиво потер рукой щеку, а потом почесал кончик носа.
– Кстати, Света, вы не знаете, где можно купить контурные карты по географии? – вдруг спросил он.
– Что-что?.. – Света поперхнулась табачным дымом.
– Контурные карты. Никогда не подозревал, что география настолько трудный предмет. Вы устроили Олю в престижную, но плохую школу. Там преподают географию уже в третьем классе. Мне не нравится эта погоня за знаниями. Но больше всего я не люблю гуманитарные предметы. Например, литературу. – Петр Семеныч слегка улыбнулся, рассматривая удивленное лицо Светы. – Вчера я попробовал заглянуть в будущее и познакомиться с тем, что будут преподавать Оле в десятом классе. Извините, но это полная ерунда!.. Например, я не пойму, почему Толстого называют гением. Когда в жертву психологии приносят истину это глупо. В романе «Воскресение» суд над проституткой Катей смог бы выиграть даже начинающий адвокат!..
26.
Петр Семенович мыл пол. Сашка сидел на диване и тупо глазел в телевизор.
– Лапы убери, – проворчал Петр Семеныч, шмыгая шваброй возле ног Сашки. – В школе был?
Сашка мельком взглянул в зеркало напротив. Там отразилась давно небритое, опухшее лицо с кругами под глазами.
– Нет, а что?..
– Оля получила четверку по сочинению.
– А при чем тут я?
– При том!.. – повысил голос Петр Семеныч. – Вы специалист по психологии, потому что каждый день кушаете от горя водку. Вы страдаете от переизбытка чувств, но не можете написать даже элементарного текста про зайца и лису.
Сашка благоразумно промолчал. Петр Семеныч вытер пот и осмотрел комнату. Когда-то порядком захламленное жилище теперь сияло почти первозданной чистотой.
– Игорь сегодня приходил? – как бы, между прочим, спросил Петр Семеныч.
– Приходил.
– Что говорил?
– Да пошел он к черту! – взорвался уже Сашка. – Еще раз припрется, я ему точно морду набью.
Петр Семеныч задумался.
– Не надо, – наконец попросил он.
– Почему?
– Еще рано.
– Боюсь, что дальше будет поздно.
– Меру физического воздействия на человека может определить только суд.
– Игорь сюсюкал с Олей. Мне противно было на это смотреть.
Петр Семенович насторожился.
– О чем он говорил с девочкой?
– О ерунде. О кукле, что ли?..
– Саша, ты только что сказал, что «дальше будет поздно». Интересно, что ты имел в виду?
– У Игоря лисьи глаза.
– И по-заячьи длинные ноги? – улыбнулся адвокат.
– Да, действительно… – буркнул Сашка.
Он плеснул в стакан немного водки.
– Лучше бы сочинение написал, – сказал адвокат.
Сашка выпил водку.
– Горе мне с тобой, дядя Саша!.. – посетовал Петр Семеныч.
Перед тем как засесть за географию, старый адвокат вышел в коридор и долго говорил по телефону.
– Инциденты мне не нужны, – констатировал он. – Ты понял меня, Костя? Я едва смог убедить Олю, что вчера она совершенно случайно попала на съемки боевика. Я не имею права еще раз травмировать психику ребенка и врать снова и снова.
– Ложь не так дорого стоит, Петр Семеныч, – улыбнулся голос в телефоне.
– Вы так думаете?! – возмутился адвокат. – Между прочим, теперь, по вашей вине, я буду вынужден спонсировать съемки какого-нибудь идиотского фильма. А сцену с вашей дракой на улице вставят в этот фильм. Иначе Оля мне не поверит.
– А нас разве снимали? – удивился голос в телефоне.
– С трех разных точек. Игорь сдал Саади ФСБ при помощи самого обычного анонимного телефонного звонка. Саади хотел опередить Игоря.
– То-то я гляжу и удивляюсь, откуда, мол, взялись ребята из ФСБ?.. Мы же их чуть не перестреляли!
– Это они успели снять с крыши снайперов Саади.
– Петр Семеныч, надо мной же теперь ребята смеяться будут, – возмутился голос в трубке. – Ребята думают, что снайперов снял я!..
– Сидя на асфальте и стреляя из пистолета?.. Вы хотели повторить подвиг Робин Гуда, но так не бывает.
– Черт!.. – сказал голос.
– Бывает, – посочувствовал Петр Семеныч и дал отбой.
27.
Молоденькая учительница литературы Надежда Викторовна никак не могла справиться со своим почти детским смущением. У полного человека с портфелем, который стоял перед ней, были удивительно спокойные и холодные глаза. Он выслушивал сбивчивые объяснения учительницы с такой же снисходительностью, как и директор школы.
– Вы совершаете глупость! – наконец твердо сказал незнакомец. – Вы забиваете детские головы пустой психологией. Возьмем, например, такие, с вашего позволения, стихотворные строчки: «Хмурая, дождливая осень наступила. Бедный зайчик прыгает меж высоких сосен – всю капустку сняли, негде отыскать». Это возмутительно!.. Ребенок ничем не может помочь бедному зайцу и он готов разрыдаться от горя. Заячье несчастье малыш воспринимает как свое собственное. Трагедия в его душе ищет выхода, и он спрашивает у взрослых цены на капусту. Точнее говоря, он даже говорит не «капусту», а «капустку».
– Простите, но… – начала было Надежда Викторовна.
– Никаких но! – строго оборвал Петр Семеныч. – Вчера я купил целых восемь кочанов капустки. Послезавтра мы едем с Олечкой в лес кормить бедных зайцев. Но дело даже не во мне. Не каждый взрослый человек может понять ребенка. И именно вы сознательно создаете так называемый конфликт отцов и детей. Если ребенок украдет у своего отца деньги для кормления лесных зайцев, виновны в этом будете вы. И еще одно, о чем я просто не могу не сказать. Что за ерунду вы преподаете старшеклассникам?! Например, понятие «любит» для пятнадцатилетнего подростка имеет совсем иной смысл, чем, допустим, для взрослого Печорина. И что такое «лишний человек», черт бы все побрал?!.. Можно подумать, что ваши герои играют в преферанс с «болваном».