И вот перед нами дворец Андрианампуанимерины — единственный из деревянных дворцов Рувы, уцелевший во время пожара 1995 года. В былые времена малагасийцы строили дома только из дерева. Считалось, что каменный дом («трану вату») годен для мертвеца; живым же нужны деревянные дома («трану хазу»), ибо дерево символизирует жизнь, а камень — смерть. Первый каменный дворец был построен в 1869 году. Вернее, построен он был в 1839‐м, как положено, из дерева, а тридцать лет спустя — облицован камнем в знак того, что королева Ранавалуна II отреклась от языческой веры предков и приняла христианство. Но вернемся к королевской резиденции Андрианампуанимерина. Я достаточно много путешествовал, но таких дворцов не видел никогда и нигде. Этот дворец — двухэтажная избушка без окон. На каждом этаже — по комнате. Первый этаж — кухня, она же гостиная; в северо-восточном углу — кровать, стало быть, и спали там же. Пол — земляной, точнее песчаный. Королевский трон — низенькая табуретка; рядом с троном — подсвечник в виде фаллоса. Второй этаж-мансарда использовался следующим образом. Когда во дворец наведывались послы из соседних государств или другие важные гости, хитрый Пуани прятался на мансарде. «Его величества нет дома, — сообщала супруга, — но я с радостью приму вас». Засим она усаживала гостей на земляном полу и принималась расспрашивать о том о сем. Король подслушивал их разговор из своего убежища, и, если посетители не внушали ему доверия, он незаметно сбрасывал жене на голову камешек. Это означало: от собеседников пора избавляться, сославшись на то, что государь в отъезде и вернется, по всей видимости, не скоро.
Трогательная история, но все-таки: неужели у них и тогда была такая кромешная нищета, что монаршей казны хватило лишь на строительство этой куцей избушки? Экскурсовод (не Жеремиа, а настоящий экскурсовод, подвернувшийся нам уже на месте) объяснил: дело не в отсутствии денег. Просто у аристократии мерина роскошь никогда не была в чести. Кодекс андриана гласит: чем скромнее, тем лучше. Известно, например, что праздничный стол Андрианампуанимерины включал в себя семь «королевских блюд»: толченые листья маниоки («равитуту»), блюдо из бобов бамбара («вуандзубури»), копченый угорь («амалуна»), блюдо из требухи, суп из курицы с имбирем, суп «румазав» и томленое мясо зебу («варанга»). Кроме «варанги», которая всегда считалась деликатесом, и, может быть, требухи, все остальное в этом королевском меню — каждодневная пища любого малагасийца. Никаких тебе лосиных губ и улиточьей икры, никакого фуа-гра. Фуа-гра — это для тех, кого будут хоронить на кладбище. Для колонизаторов. Но в романе у Рабеаривелу есть забавная сцена, когда один из героев попадает на прием к советнику королевы Ранавалуны, и тот тайком угощает его заморской мерзостью под названием «шоколад». Нас же угостили малагасийским десертом под названием «куба» — запеканкой из рисовой муки, толченого арахиса и меда, завернутой в банановый лист. Жеремиа купил ее в киоске по пути в Руву. Если бы у моей Сони не было аллергии на орехи, я бы обязательно попробовал приготовить ей это лакомство, уж она бы оценила.
До пожара, случившегося в ночь с 5 на 6 января 1995 года, на территории Рувы находилось пять дворцов и девять усыпальниц монархов Имерины. Кроме вышеописанной избушки отца-основателя Андрианампуанимерины, в пожаре, причины которого до сих пор не выяснены (раздолье для конспирологов), сгорело все, что было сделано из дерева, то есть все, что имело отношение к жизни. Уцелели каменные склепы — обиталище благоуханного владыки. Уцелела и крепостная стена. В качестве строительного материала для нее использовалась смесь из песка, перемолотых ракушек и яичных белков (на постройку ушло шестнадцать миллионов яиц). На воротах до сих пор красуется орел — подарок королеве Ранавалуне I от Наполеона Бонапарта; рядом с орлом — вездесущий фаллос, местный эквивалент шиваитского лингама. После пожара некоторые из построек удалось отреставрировать. В первую очередь, главный дворец, возведенный в середине XIX века по проекту французского архитектора. Это уже не избушка, а вполне солидное здание на манер европейских ратуш.
Сохранилось и здание судилища, где правосудие вершилось с помощью «тангены», сильного яда, добываемого из плодов мадагаскарской церберы. Чтобы доказать свою невиновность, подсудимый должен был принять летальную дозу тангены. Если останется жив, значит, невиновен, а если умрет (надо добавить, мучительной смертью), значит, понес заслуженную кару. Особенно охотно применяла тангену королева Ранавалуна I. В истории она запечатлена как безумная королева, одержимая идеей очистить Мадагаскар от христианской скверны, вершившая правосудие с помощью армии палачей («земных мужей») и тангены. Прежде чем взойти на престол, она расправилась с остальными женами Радамы, а заодно с его младшими братьями, близнецами Ратафику и Рауви. Вдохновившись легендой царицы Клеопатры, она часто меняла любовников и столь же часто приказывала казнить их. Однако она пощадила своего единственного сына, Радаму II (чьим отцом был, по-видимому, один из злополучных любовников королевы), после того как юноша принял участие в попытке дворцового переворота.
Радама II взошел на престол после того, как Ранавалуна умерла естественной смертью в почтенном возрасте семидесяти пяти. Первым долгом он отменил торговые пошлины и прочие меры, направленные против европеизации Мадагаскара, запретил испытание тангеной, прекратил преследование христиан и распустил регулярную армию. Он сочинял стихи и музыку, играл на нескольких музыкальных инструментах. У власти он продержался около полутора лет. В 1863 году его задушили по приказу премьер-министра Райнивунинахитриниуни. Трон заняла вдова Радамы II, Расухерина, самая кровавая из правительниц Мадагаскара. Через несколько недель после коронации премьер-министр, расчистивший дорогу для Расухерины, женился на королеве, однако уже на следующий год она выгнала его из дворца и вышла замуж за его сводного брата, Райнилайаривуни, занявшего пост премьер-министра и главнокомандующего одновременно. После смерти Расухерины на трон взошла ее двоюродная сестра, Ранавалуна II, а вслед за ней — Ранавалуна III, последняя королева Мадагаскара. Премьер-министр Райнилайаривуни поочередно женился на обеих. Фактически последние тридцать лет существования королевства Имерина можно считать периодом правления Райнилайаривуни. За это время он сделал для Мадагаскара не меньше, чем в свое время Наполеон — для Франции: учредил новую конституцию, ввел бесплатное и обязательное начальное образование, строил колледжи, больницы, дороги, пытался развивать промышленность, посылал дипломатические миссии в США и Европу. Но в 1883 году Франция развязала на Мадагаскаре колониальную войну, которая свела на нет многие из достижений Райнилайаривуни. Французские войска жгли деревни, рушили мосты и дороги, словом, уничтожали все, что могли. А в 1895 году Вторая франко-малагасийская война положила конец королевству Имерина. Королева была сослана на Реюньон, ее супруг — в Алжир, и Мадагаскар был объявлен французской колонией.
Ты строила башню из ветра
и склонялась над этой водой,
о безликая королева,
чья корона клыкастая,
сверкающая алмазами смутных звезд,
не защитит грядущее от дождя
О душа уготованных нам перемен,
мать и сестра всякой новой луны
на окраине рощи,
ты строила из ветров
и жила над водой,
как подобает мудрейшим
Что принесет нам твоя внезапная осень,
что останется от королевства,
от моей собственной башни,
от радости в наших глазах,
когда ложь наступает уже на пятки,
останется ли хоть что-то,
возродится ли новой луной?
Остался однокомнатный дворец Андрианампуанимерины и наполовину отреставрированный после пожара дворец Ранавалуны. Остались и летние резиденции королевской фамилии в Амбухиманге. «Трану хазу» из красного дерева, эбена и палисандра — трех самых дорогих сортов дерева (всё должно быть в пределах разумного, включая бессребреничество). Королевские ворота, перед которыми зарыт скелет зебу для защиты; крепостная стена, украшенная рогами и черепами зебу; жертвенный камень «ватулахи». Усыпальница королевского астролога, оружейная палата, конюшня. Сам поселок Амбухиманга, ничем не отличающийся от других, но расположенный в живописнейшем месте, на вершине горы, откуда открывается вид чуть ли не на все центральное нагорье. Священный лес, где придворные эскулапы собирали коренья и травы. Среди прочих здесь произрастает розовый барвинок, из которого западная медицина получает противоопухолевые алкалоиды — винкристин, вибластин и винорелбин. Пока мы гуляли по этому лесу, экскурсовод, уже выяснивший «инуна’нареу» (кто мы по профессии), проповедовал народную медицину: «Лес дает нам все, что нужно. У нас на Мадагаскаре девяносто процентов растений — лекарственные. И все бесплатно. А когда мы слышим про клинику или госпиталь, мы понимаем это так: с нас три зебу…» Время от времени до меня доносился запах конопли. Она тут тоже растет. Солдатам королевской гвардии запрещалось пить ром, зато курение «рунгуни» почему-то приветствовалось. Рядом с лекарственным лесом — небольшое озеро. В последний день года, который назывался также Банным днем, после традиционного шествия с фонарями и танцевального конкурса фампитаха, после заклания зебу и воздаяния предкам, в этом озере купались семьдесят девственниц. Таким образом вода очищалась и становилась пригодной для новогоднего купания королевы. Придворные присягали на верность, касаясь этой воды хворостиной, говорили: «Клянусь кровосмешением отца моего».
Осталась богатая устная история («ангану», «тантара», «ухабулана») и некоторое количество письменных памятников, из которых рано или поздно должна вырасти художественная проза. В 1928 году Рабеаривелу опубликовал исторический роман «Вмешательство», прослеживающий жизнь дворянского рода Баули от периода правления Радамы и Ранавалуны I вплоть до французской колонизации и падения государства Имерина. Это важная книга, написанная в лучших традициях французской литературы, достойная стоять в одном ряду с произведениями французских классиков. Как и ее европейские предтечи, она выстраивает картину мира через подробное, психологически точное описание жизни «высшего света». Не знаю, насколько достоверно, но, во всяком случае, убедительно. Разумеется, это роман на экспорт. Как и большая часть произведений Рабеаривелу, он написан по-французски и, увы, до сих пор не переведен на другие языки. В наше время подвиг Рабеаривелу по части большой прозы решил повторить Найвухарисуа Патрик Рамамундзисуа (псевдоним: Найву). Эпопея Найву называется «За рисовыми полями». В отличие от «Вмешательства», эта книга переведена на английский. Хотя Найву ни разу не ссылается на своего предшественника, он свободно заимствует у Рабеаривелу — то имена второстепенных персонажей, а то и целые сцены. При этом книгу Найву нельзя назвать плагиатом. Скорее это центон, подразумевающий, что цитаты, которыми пользуется автор, общеизвестны. Возможно, кому-то и известны. Я же прочел в обратном порядке: сначала «За рисовыми полями», затем роман Рабеаривелу. За последний я взялся как раз накануне нашего посещения Рувы и Амбухиманги. Увидев у меня в руке книжку, экскурсовод закатил глаза: «О, Рабеаривелу, да, да, это наше национальное достояние…»