Когда же небо расцвело…
Барс, Лом, Тонкий и Малый собрались возле Кэпа. Парни наотрез отказывались бежать и дальше. Они хотели принять бой, дав нам возможность сбежать.
Ох! Хреновый они выбор дали Андрюшеву. Не хотел бы я оказаться на его месте. Оставлять своих парней, зная, что они могут не вернуться… та еще хрень.
— Отставить! — Командирским голосом приказал Кэп. — Идем дальше. Точка.
И мы пошли дальше. Как он и сказал.
Держались, только на собственной энергии, постоянно ее трансформируя в энергию жизни и вливая ее, в свою голову. Считай на энергетике сидели. Без последствий такое не проходит. Но вторые сутки без сна…
Шаг. Снова шаг. Новый шаг. Тело автоматически переставляло ноги. Шаг. Новый шаг. Мы шли. Сколько мы уже так шли, я не знал. Да это было и не важно. Мы шли, отбивались от стай тварей, что нас настигали, или же тех, что шли к нам на перехват. Шли без сна и отдыха. Сколько? Не знаю. Сбился на третьи сутки. День? Ночь? Светло? Темно? Это все неважно. Главное идти.
Мы словно бы попали в чьи-то хитрые сети. Словно…
Внутри проснулся огонек яростной энергии, пронесшийся по всему организму и пытаясь скинуть усталость. Двигаться было чертовски тяжело. Уверен — мое тело еще много раз мне скажет спасибо.
— Так дальше нельзя. — Первым упал в снег Николай Анатольевич. Ему приходилось и вовсе тяжелее всех. Хотя мы и пытались его тащить на носилках, меняясь. Но… ему от этого было крайне не ловко, а потому он позволил это себе лишь однажды.
— Нельзя. — Кивнул Андрюшев, чьи красные, с полопавшимися от усталости и напряжения капиллярами, были уставше-стеклянными.
В голове крутилось простое понимание, что нам нужно выигарть время. Нужен перерыв. Нужно укрытие где нас не достанут. Вот только мозг работал со скрипом. Применять очередной бур? Ну уж нет, пока мы не покинем Запретные Земли, я о нем даже не вспомню. Нет-нет. Даже не просите, как говориться. Оставалось лишь найти пустоту. Найти пещерку, или еще какую-то…
— К бою! — Вырвал меня из размышлений голос Андрюшева.
«К бою!» — Устало повторило сознание и во все стороны полетели кинетические лезвия, шинкуя противников.
От использования магии, ощутимо болела голова. Что-то мокрое капнуло на верхнюю губу. Сняв перчатку, я провел по губе, и поднес пальцы к глазам. Кровь.
— Твою! — Только и сказал я, устало задирая голову к небу, чтобы остановить кровотечение и осторожно направляя туда энергию жизни.
«Как бы не надорваться» — пронеслось мимолетное в мыслях.
Когда ночью я осознал что иду по какому-то лугу, то не сразу поверил своему счастью. А когда мозг немного проснулся и я обернулся, то увидел, людей, что словно зомби переставляли свои ноги, бредя по толстому, мокрому снегу.
Прикрыв глаза я прислушался к себе, пытаясь найти место, где мы могли бы переждать, отдохнуть… но увы. Такого поблизости не оказалось. Оставалось лишь и дальше переться вперед. Что мы и сделали.
Отдохнуть мы все же смогли. Уже у самого предгорья, когда я в очередной раз проверял своим внутренним радаром пустоты, смог найти небольшую пещерку. Туда и позвал остальных.
— Я на часах. — Тут же устало сообщил Кэп. — Барс, ты следующий, через час. Дальше Тонкий, Лом и Малый.
— Потом нас бери. — Кивнул ему Котов и тут же уснул не дожидаясь ответа.
Я не стал искать в героя и последовал его примеру.
«А Батю жалко» — только и успело пронестись в мозге, перед тем как его накрыла тьма.
А после было еще несколько рывков. Но уже не в таком темпе. Мы все время пути оглядывались назад в надежде, что Батя нас догоняет, что он уже близко…
— Может просто заблудился? — Как-то на вечернем привале услышал я Малого, сидевшего рядом с Тонким.
— Может. А может, нагонит позже. — Тяжело вздыхая, отвечал старший товарищ.
Еще через две недели, мы вышли к рубежу. И… это нужно было видеть! Мы два дня просто просидели в кустах, пережидая момент, когда твари самоубивались об бойцов на стене. Без эксцесов конечно не обошлось, но это такие, мелкие стычки, которые очень быстро заканчивались.
А после мы наконец-то смогли взобраться на стену и наконец-то выдохнуть. Ох! Как на нас смотрели рубежники… но и их понять можно, если бы не заработавшая рация и не предупреждение с кодом, то встретил бы нас рой артефактных игл. Воняли мы сильно, а выглядели чумазыми голодранцами, хотя сама экипировка вроде, как нигде не повредилась. Но оно и понятно. Доспех духа мы снимали только во время сна, и то… с переменным успехом.
— Не знаю, что мы там делали, но… — Андрюшев буравил нас с Котовым и Харламовым-младшим злым взглядом. — Оно того стоило.
— Ты даже не представляешь себе как. — Хищно оскалился на его слова Михаил. — Даже не представляешь.
Я тогда думал, что Кэп не выдержит и все-таки попытается вмазать в наглую харю Котова. Но нет. Ошибся. Выдержки командиру отряда хватило. А может он оказался куда наблюдательный и понял, что никакой Михаил не помощник археолога. Как впрочем, и я имел не самую убедительную легенду в их глазах.
Потом был душ, ужин, крепкий сон с ночной тревогой, которая нас впрочем, не касалась. Утренняя побудка, да поездка в аэропорт с последующим перелетом. Уже на земле, в Алексанграде, когда мы вышли из здания аэропорта, Михаил повернулся к Харламову-младшему.
— Ну, что ж. — Улыбнулся Котов, глядя в глаза профессору. — На данном этапе мы с вами расстаемся.
— Похоже на то. — Как-то, даже несколько виновато, пробормотал Николай Анатольевич.
— Вы про моего обалдуя не забывайте, ему там языки какие-то учить еще надо… — Напомнил обо мне Михаил, после чего пожал руку растерянному Харламову, а следом за наставником, с историком попрощался и я.
— Само собой. — С улыбкой кивнул ученый, после чего тяжело вздохнул. — Жаль, что мы тогда так мало смогли узнать…
— Коля, ты это дело брось! — Помахав пальцем перед лицом, произнес Котов. — Похоже, мы нашли намного больше, чем могли. Просто поройся, поищи знания о хранителях.
Я же стоял, потупив взгляд. Да. Я тогда так никому и не сказал, что задал еще один вопрос, на который получил прямой ответ. Слишком личным был ответ? Нет. Слишком обобщенным? Дело было определенно не в этом. Эту тайну пока хотелось держать при себе, и тщательно обдумать. Когда конечно наступит подходящий момент.
Распрощавшись, мы все разъехались по домам. Котов дал мне целых два выходных, так что я на радостях решил заранее позвонить своей Рыжей и обрадовать ее своим прибытием.
Вот только телефон ответил мне длинными, монотонными гудками.
«Видимо на службе» — сделал я вывод, пожав плечами и спрятав трубку, отправился в сторону подземки.
Через полтора часа, я переступил порог нашего семейного гнездышка. Темно. Тихо. Дома никого не было. Слой пыли на полки у вешалки, говорил о том, что не было кого-то минимум месяц. Включив свет, я прошел в студию, где зал был совмещен с кухней. Там на холодильнике, магнитиком была прикреплена записка. Сняв ее, я пробежался по строчкам и разочарованно выдохнул. Было чертовски обидно.
«Меня назначили на задание. Долгое. Люблю тебя!» — а ниже дата, и след губной помады от поцелуя. Как раз и выходило, что где-то месяц назад, моя Сонька и уехала.
Расстроенный, я открыл холодильник и не найдя там ничего интересного, решил сходить в кафе покушать.
Пока ел, смотрел на людей, которые сновали из стороны в сторону. Невольно вспомнилось, что Тамарка давно не видела меня, да и Романенко вряд ли навещала кроху в свое отсутствие. Так что на следующий день, мной было решено забрать мелкую и устроить ей праздник.
Как говориться, сказано? Сделано! Вот только перед этим, вечером придя домой, я выжрал в одно лицо чекушку. Помянул Батю. Если бы не он… если бы не тот взрыв и последующий пожар… не знаю, смогли бы мы вообще выбраться.
Ребенок был в восторге. Она весело щебетала, рассказывала мне о своих успехах, о том, что записалась на единоборства, и как ей это нравится. На мой прямой вопрос, хочет ли она служить в СБИ, девочка потупила глазки, затем вытерла выступившую из глаз влагу, и решительно кивнула головой.
А я, как тот индюк сидел и смотрел на нее, пытаясь понять, как себя повести в этой ситуации. Вот вроде бы и решение у нее правильное, достойное гражданина Империи. И в то же время, я оглядываюсь на свою жизнь, на то через что мне пришлось пройти, и глядя на ребенка, определенно не хотел такой судьбы и ей. Черт!
— Патя, ты чего завис? — Подергала Тамарка меня за рукав.
— Да так, мелкая. Да так. — Тяжело вздохнув, ответил ей я.
— Ты против? — Потупив головку со своими зелеными волосами, спросила она, глядя на меня сквозь свою челку.
— Не против. — Улыбнувшись, ответил ей я. — Просто это очень трудная и опасная работа.
— Я знаю. — Тяжело вздохнув, отозвалась она.
— Ладно, спрошу тебе за курсы. — Растрепав ей волосы на голове, ответил я. — Пойдем лучше тогда в тир, постреляем. Покажешь, что ты умеешь.
— О! — Довольно улыбнулась Тамарка. — Папа Ярослав меня стрелять учил!
— Ага. — Ответил я с грустной улыбкой. После чего тихонько добавил. — И меня тоже.
Выходные прошли, а значит, пора было снова возвращаться на службу. Вот только внутреннее мое состояние оставляло желать лучшего. Все же требовалась поездка к Марине Викторовне, психологу из училища, чтобы привести так сказать, свои мысли в полный порядок. Я ведь официально нигде не служу. Так работаю в туристической компании.
Котов встретил меня прямо на проходной, болтая с Егорычем. Старый спец по безопасности и любитель новомодных гаджетов был рад видеть и моего наставника, и меня.
— Как поживает молодежь? — Улыбнувшись в свои седые усы, спросил охранник.
— Пока живая. — Ответил я. — А у вас, как? Без приключений?
— О! Приключения это по вашей части, молодой человек. — Рассмеялся старый безопасник.
Перекинувшись еще парочкой фраз, мы с Михаилом дождались лифта и поднялись наверх. В офисе туристического агентства, в очередной раз сменившего свое название, нас встретила привычная суета.