– Сеть поручила Коннеру ее защищать, а значит, вы должны быть вместе. Если честно, мы бы иначе расставили приоритеты, но сеть уже дает нам здесь достаточную возможность влияния, и выбора не остается.
– Приоритет в чем?
– В твоей безопасности. Мы считаем, что «Курсия» разыскивает и тебя тоже.
– Она здесь. – Коннер открыл трансляцию с крыши контейнера.
Силуэтом на фоне уличного фонаря, безликая черная фигурка девушки на тротуаре, смотрящая, видимо, в их сторону. Поза выражала нерешительность. Фигурка сделала шаг, замерла, потом двинулась к контейнеру.
– Ей сказали, что ты здесь. Коннер открывает дверцу, – сообщила Тлен.
– Сейчас погаснет свет, – предупредил Коннер.
Темнота, холодный воздух из раскрытой дверцы.
– Мануэла?
– Верити?
– Заходи, – сказала Верити. – Свет загорится, когда закроется дверца. Осторожно, там ступенька.
Девушка из «Шпикра» вошла в темноту, дверца закрылась. Верити представила, как дрон, свесившись с крыши, ее захлопывает.
Потолок засветился, и Верити с дивана подняла взгляд на вошедшую девушку.
– Собачья конура бизнес-класса? – Мануэла сощурилась от света.
– Чтобы люди могли сосредоточиться в опенспейсе.
– В проулке?
– Его сюда перевезли. – Верити встала. Тело ощущало себя более старым, чем в прошлый раз, когда ей случилось вставать с дивана.
– Извини, что я за тобой следила, – сказала Мануэла. – Я увидела объявление «Шпикра» на «Крейгслисте» и на следующее утро уже сидела в «Три и семь».
У нее были короткие темные волосы, которые не мешало бы подровнять. Лицо без тени макияжа. Одежда, возможно, та же, в которой Верити увидела ее первый раз: защитного цвета парка, черный свитер, джинсы, кроссовки.
– Я сама живу на чужой квартире, – сказала Верити. – А сейчас ты как сюда попала?
– Меня нашла Карсин. Она работает на человека, который был с тобой в вестибюле.
– Верджил.
– Он отправил ее меня разыскать. Мы провели вместе весь день, сидели в кафешках, говорили о геймдизайне. Она оплатила мне почасовую ставку геймдизайнера. – Быстрая улыбка.
– Протеиновый батончик? – Верити указала на пакет. – Вяленое мясо?
– Карсин угостила меня в тайваньском кафе.
– Еще гости, – объявил Коннер: Верити вспомнила, что Мануэла его не слышит. – За ней следили. Эти двое.
Возобновилась трансляция с крыши куба. Двое мужчин там, где недавно стояла Мануэла, смотрят в проулок. Один амбалистый, другой – нет.
– Тушу свет, – предупредил Коннер.
В темноте трансляция стала ярче.
– Дополненная реальность? – Мануэла заинтересованно подалась вперед. Верити видела ее лицо в свете, отраженном от трансляции в тульпагениксовских очках.
– Двое снаружи, – прошептала Верити, потом вспомнила, что контейнер звукоизолирован.
– Я их вижу, – тоже шепотом ответила Мануэла, – в твоих очках.
Амбал, приблизившись, вытащил что-то из кармана – это оказался фонарик – и посветил на дверцу.
– На этом кодового замка нет, – сказал Коннер. – Фан изобразила обычную контейнерную дверцу с навесным замком.
Амбал выключил фонарик и двинулся в обход контейнера, из кадра. Смазанная трансляция, затем картинка с другого ракурса: спина амбала, смотрящего в дальний конец проулка. Он обернулся и движением подозвал того, кто был пониже ростом. Оба двинулись в ту сторону, куда он перед тем смотрел.
Коннер отключил трансляцию, и вновь стало светло.
92Теннесси-стрит
– Где Верити? – спросил Недертон у Рейни, устраиваясь на диване с контроллером в руках.
– В чем-то, что незнакомая мне пока девушка назвала собачьей конурой бизнес-класса. – Она была в пальто и держала в руке перчатки. – Тлен только что показала мне кусочки видео с очков Верити. По виду что-то японское.
– В Окленде? На крыше у Фан?
– В Сан-Франциско, в проулке. Коннер наверху, стережет их.
– С кем ты встречаешься? – спросил он.
– С Мией Блум.
– По работе?
– Нет, – ответила она, – но поскольку я на больничном, полезно оставаться в курсе.
– На больничном?
– Межконтинуальная ядерная тревожность. – Рейни надела перчатки. – Слушай, как там Томас. Не надо меня провожать. – Она послала ему воздушный поцелуй. – И не заставляй Верити ждать. Судя по тому, что рассказала Тлен, ей сейчас несладко.
Она вышла. Недертона по-прежнему удивляла ее способность развеиваться с подружками за кофе, что бы ни происходило. Он надел контроллер, надвинул поплотнее, включил.
И внезапно полетел в дюймах над непонятной поверхностью, затем вверх. Трансляция шла в обычном кадре, не в режиме дроновского дисплея. Ночная улица, полупромышленная архитектура, неказисто городская.
– Спокуха, – сказал Коннер на его невольный испуганный вздох. – Я управляю.
– Чем? – Недертону представилось, как дрон, раскинув руки, летит, будто древний мультипликационный супергерой.
– Маленьким квадрокоптером. Тлен заказала для Юнис четыре штуки.
– Где мы?
– Теннесси-стрит, – ответил Коннер. – Другой конец проулка.
Они замедлились, снизились. Недертон увидел одинокую пальму за сетчатой оградой. Точка зрения камеры пошла вниз, потом вверх, слегка повернулась, устремилась в другую сторону и вскоре уже была над перекрестком.
– Они вроде сообразили, что она в кубе, да? – спросил Коннер.
В кадре появились двое мужчин на углу. Они быстро увеличивались.
– Верити?
– Монтойя. Девушка, которая следила за Верити. Верджил отправил кого-то привести ее сюда.
– Почему эти двое за ней следили?
– Мы думаем, они из «Курсии». Тлен, по совпадению, наняла Монтойю после них. Они с Верити живут по соседству, приложение выбирает ближайшего свободного участника. Она была в вестибюле гостиницы по нашему заданию. Они заметили. Может, решили, что к ним ее заслали нарочно. А скорее, просто психанули. Им реально крипово от того, что они видят насчет нас.
– Потому что это, блин, правда крипово, – вставила Верити. (Недертон, забывший, что она их слышит, вздрогнул от неожиданности.) – Видят они это или нет.
Подъехал белый микроавтобус без окон и опознавательных надписей. Те двое залезли в него.
– Не сказать, что операция хитро организована, – заметил Недертон, когда микроавтобус отъехал.
– Эти двое, может, и не настоящие профи, – сказал Коннер. – В отличие от Прайора, который их нанял. В «Курсии» умеют только щеки надувать. Они свистнули Юнис у вояк и замели следы, но для такой игры у них кишка тонка. Воображают себя супер-пупер-шпионами. Лоубир и Тлен запросто прослушивают их каналы связи, а вот Прайора – хрен тебе.
– Ты будешь следить за ними дальше?
– Этим занимается сеть. А вот и они.
Из-за угла показался мотороллер с человеком в черном шлеме и, прибавив скорость, поехал вслед за машиной.
– Можешь поговорить с Верити. – Коннер переключил трансляцию с коптера на очки Верити. Она смотрела на девушку помоложе; та сидела близко к ней, кажется, на полу.
– Здравствуй, Верити, – сказал Недертон. – Кто это?
– Мануэла, – ответила Верити. – Она тебя не слышит.
– Что происходит? – спросила девушка.
– Я говорю с Уилфом, – сказала Верити. – Через очки.
Девушка наклонилась ближе. Заглянула в очки Верити.
– Он на крыше?
– В Лондоне, – ответила Верити.
– Долго нам здесь сидеть? – спросила девушка, оглядываясь по сторонам.
– Не знаю, – сказала Верити.
– Мне в туалет надо.
– Это решаемо.
Верити уперлась руками в деревянный столик, встала, подошла к бумажной ширме и сдвинула дверцу. Все выглядело точно так же, как в кубе на крыше у Фан.
– Когда встанешь, он сам спустит воду.
– Спасибо. – Девушка поднялась. На ней была длинная зеленая куртка.
– Может, повесишь парку на крючок? – спросила Верити.
– Мне нормально. – Девушка задвинула за собой ширму.
– Она не знает, почему здесь оказалась, – заметил он.
– И наверняка не рада здесь быть. – Верити глянула на светящийся потолок.
– Попробуешь ей объяснить? – спросил Недертон.
Она закрыла глаза. Открыла.
– Будущее и все такое? Тут Рейни нужна.
– Какая Рей не нужна? – спросила девушка из-за ширмы.
– Рейни. Это моя жена, – сказал Недертон, потом вспомнил, что она его не слышит.
Раздался звук спускаемой воды.
– Похоже, нарисованные ссаки не обманули, – сказал Коннер.
– Кого? – не понял Недертон.
– Наших уважаемых визитеров. Фургон возвращается.
И тут же Недертон оказался на крыше, с привычно сплюснутым круговым обзором. Дрон поднял правую руку, указал манипулятором. За ним, в нижней, более широкой части дисплея, ехали по ближайшей улице машины той эпохи. Выдвинутый манипулятор двинулся вправо, на все сто восемьдесят, так что теперь изображение под ним было в верхней, узкой половине дисплея, показывающей проулок за ними.
– Будь у меня винтовка, а? Но Тлен хочет, чтобы все было тихо, по возможности без трупов, а главное, без полиции.
– В Коалинге правило не действовало, – сказала Верити, вновь застав Недертона врасплох.
– Так то не посередь Сан-Франциско. Тут если я кого замочу, по всему контейнеру твои «пальчики». Хотя, может, все равно придется.
93Лебедка
– Что происходит? – Мануэла глядела на дверцу контейнера и, похоже, гадала, не пора ли открыть ее и броситься наутек.
– Скорее всего, заперта, – сказала Верити.
Мануэла удивленно подняла на нее взгляд.
– Но не чтобы нам не выйти, а чтобы к нам не вошли.
– Это секта? – спросила Мануэла. – Похищать людей и говорить, что на них кто-то охотится?
– Дай подумать, – ответила Верити.
– Тебя тоже похитили? Давай свалим нахрен.
– Люди снаружи, о которых мы говорили, хотят нас похитить. Коннер, который на крыше, так считает. И я тоже.
– Они его увидят, – сказала Мануэла. – Контейнер не такой уж большой.
– Он тоже. При