– Это не фамилия! – Папа не выдержал такого поединка. – Это кличка. Отстань от меня.
Папу спас дверной звонок: мама пришла. Она поставила на пол сумки и спросила с интересом:
– А что это Алешка тут заливался? Даже в магазине было слышно.
– Папа сказал, что у одного его сотрудника фамилия Лобзик. А у другого кличка Садовник.
– Садовник, – не устоял папа, – это жулик. Который спекулирует цветами.
Алешка сначала подпрыгнул, а потом спокойно сказал:
– Я так и знал. А деньги он спрятал в нашей школе. В сейфе у директора. А потом их украл.
Вот это выдал!
Папа сначала потерял дар речи, а затем, когда его снова нашел, сказал задумчиво:
– Ну вот что с ним делать: премию дать большую или ремня хорошего?
– Хороших ремней не бывает, – рассудил Алешка, на всякий случай отступая в комнату.
Папа только вздохнул, мы с ним взяли сумки и понесли их на кухню. А Лешка сказал:
– А мы завтра за город едем, на экскурсию. Всей школой. И старшие, и младшие, да, Дим?
– Да, Леш, – ответил я. – По местам боевой славы.
– И я с вами, – сказала мама, разгружая сумки. – Давненько я не ездила по местам боевой славы. Все дети, магазины, работа.
– И я с вами, – сказал папа. – А то все работа, работа…
– Взрослых не берут, – сообразил Алешка. – И так места мало.
Мама вздохнула:
– Жаль. Тогда мы с отцом пойдем в зоопарк.
– Отличная идея, – сказал папа. – Будем дразнить обезьян и кормить крокодилов сушками.
– А нас кто будет кормить? – спросил Алешка.
И мама стала разогревать ужин.
И вот к каким выводам пришел я сам. Догадаться, что Садовник – это Баулин, и я бы смог. А вот насчет кражи денег из сейфа нашего директора – уж очень это спорно.
Хотя… Если попробовать разложить по порядку связанные с этим события…
Итак, бизнесмен Баулин попадает в сложное положение. Долги, наезды со стороны конкурентов и партнеров, пристальное внимание милиции. Он собирает свои оставшиеся денежки и фактически прячет их в школе. Оставляя для охраны своего человека. Через некоторое время деньги исчезают. Для этого он, наверное, и оставил охранника. А Баулин оказывается чист перед всеми противниками. «Я разорился, – может сказать он. – У меня нет ни копейки».
Мы пока не знаем, кто именно забрался в сейф, но мы знаем точно, кому это выгодно.
Настало воскресенье. Утром на востоке взошло над нашей родной столицей солнце и двинулось по своему пути на запад.
Мы захватили сумку с бутербродами и термосом и пошли к Христофору Колумбу.
Он уже ждал нас возле подъезда, тоже с сумкой с бутербродами, из которой торчал красный термос. Мы даже не сразу его узнали – так он помолодел в ладной штормовке, прожженной в нескольких местах у походных костров, в кроссовках и в лыжной шапочке с козырьком.
Мы пошли к гаражам. У одного из них Колумб остановился, отпер и, распахнув ворота, с теплой гордостью в голосе сказал:
– Вот она – моя «Победа»!
Вот тут я сразу и вспомнил… Христофор Бонифатьевич Врунгель, его яхта «Победа», которая, потеряв две первые буквы названия, стала яхтой «Беда», и необыкновенные приключения ее экипажа.
И сразу стало ясно, что на этой старинной «Победе» нас тоже ждут необыкновенные приключения, труды и опасности. Я даже подумал, что не мы поедем на этой машине, а она на нас.
Похожая на большую божью коровку (только без пятнышек на спине), непривычно коричневого цвета, с запыленным ветровым стеклом, она грустно присела на спущенных колесах и, казалось, была очень недовольна тем, что мы мешаем ей спокойно спать в заслуженной старости.
– Неужели поедет? – спросил Алешка.
– Еще как! Нужно только колеса подкачать.
– Легко! – сказал Алешка. – Дим, доставай насос, накачивай шины.
Я достал из багажника насос и спросил Колумба:
– С какого начинать?
– С любого. Они все пустые.
Накачав первое колесо, я снял куртку. После второго сбросил свитер. А после третьего – хоть штаны снимай.
– Что-то ты долго возишься, – сказал Алешка. И они с Колумбом продолжили свою беседу, стоя в воротах гаража.
– Все! – через некоторое время сказал я. И начал одеваться. – Готово!
– Будем заводить! – Колумб сел за руль, нажал стартер.
Славная «Победа» вяло отозвалась, тихонько пошумела и опять замолчала. Будто уставшая лошадь приподняла немного голову, а потом ее уронила. И снова уснула.
– Аккумулятор сел, – вздохнул Колумб, вылезая из машины.
– Сосед! – послышалось из соседнего гаража. – Далеко собрался? – И подошел молодой парень, вытирая руки промасленной ветошью.
– За город, – ответил Колумб. – На пикник.
– Ну что, дернуть? – Не дожидаясь ответа, он вывел из гаража свою «Ниву» и прицепил трос.
На буксире «Победа» завелась довольно быстро. Всего раз пять мы проехались вдоль гаражей и еще один раз вокруг нашего парка.
Мотор «Победы» работал ровно и почти беззвучно. Будто миролюбиво ворчала над косточкой старая собака.
Колумб еще раз протер чистой тряпочкой стекла.
– Можно ехать, – сказал он. – Так, берем курс на запад. Где у нас запад?
– Там! – сказали мы с Алешкой и показали в разные стороны.
– Да… Плохо я вас географии учил. Дима, у тебя что было по моему предмету?
– Пятерка.
– Не может быть! За что?
– За то, – сказал Алешка, – что он глобус починил.
– Нет. Я сказал, что страну Колумбия назвали по имени Колумба.
Колумб немного помолчал, а потом прого-ворил:
– Что ж, очень может быть. Поехали!
Мы выехали на проспект и взяли курс на запад. Машина шла не спеша, неторопливо. Так неторопливо, что многие водители сердито сигналили нам, обгоняя, но все они на коричневую «Победу» поглядывали с интересом и уважением.
Правда, один водитель, на «восьмерке», был особенно суматошный. Он все время шнырял из ряда в ряд, с визгом тормозил, с ревом брал с места и все время громко и невпопад сигналил.
– Рокер какой-то, – сказал ему вслед Алешка, он сидел впереди, рядом с Колумбом.
– Некультурный водитель, – сказал Колумб. – Мы его скоро догоним.
Я думал, что он сейчас газанет как следует и обойдет этого дорожного хулигана на вираже. Ничего подобного. Мы как ехали не спеша, так и продолжали ехать.
И на тебе! У первого же светофора нагнали нетерпеливого рокера. Как только светофор дал зеленый свет, он опять засигналил изо всех сил, рванулся вперед и опять заметался среди потока машин. Даже страшновато стало. И не только нам, от него шарахались все, кто ехал в нашем направлении.
– Мы его скоро догоним, – повторил Колумб.
– У следующего светофора, – добавил Алешка.
Так и случилось. А вот когда мы пересекли Кольцевую дорогу, то надолго отстали. Колумб свернул на обочину, остановился и сказал:
– Подкачать надо.
– Легко, – сказал Алешка.
Я вылез, открыл багажник и достал насос.
У следующего светофора мы остановились наглухо.
– Подкачать? – со страхом спросил я.
– Нет, – спокойно ответил Колумб. – Ничего страшного. Гораздо проще – двигатель заглох. Устала старушка, отдохнуть ей надо.
Сзади уже загудели. Прямо за нами стоял громадный джипяра. Из него вышел такой же громадный водитель и, что-то жуя, грузно направился к нам.
– Если что, – сказал мне Алешка, – ты его по башке насосом.
Великан наклонился к боковому стеклу и спросил громовым басом:
– Какие проблемы, командир?
– Проблема, дружище, одна, – спокойно ответил Колумб. – Заслуженная старость.
– Подтолкнуть?
– Очень обяжете.
Великан вернулся в свой танк, плавно подогнал его и мягко уперся в наш задний бампер. Тихонько поехал, набирая скорость.
– Иван Христофорович! – заверещал Алешка в ухо Колумбу. – Не включайте зажигание! Пусть он нас подольше повезет. Сколько мы бензина сэкономим!
Как ни странно, Колумб его послушался, и мы благополучно доехали на «заднем» буксире до следующего светофора.
Тут мы остановились, двигатель завелся. Великан опять вышел из машины и направился к нам.
– Дим, – сказал Алешка, – готовь насос.
– Слышь, отец, – сказал Великан, просунув в окошко здоровенную стриженную под ноль башку, – не продашь свой раритет? Хорошие бабки срубишь.
Колумб покачал головой:
– Старых друзей не продают.
– Уважаю, – сказал тот. – Дальше сам поедешь? Или на буксир взять?
– Доберемся, спасибо.
Не доезжая до очередного светофора, мы опять обогнали давешнего шустрика. На этот раз он стоял на обочине с тросом в руках. И его машина почти что лежала на боку в кювете.
– Дошустрился, – сказал Алешка. – Хорошо еще, сам свалился, а не кого-нибудь столкнул.
Мы остановились, подцепили его «восьмерку» и вытащили на шоссе.
Даже не сказав спасибо, шустрик бросился за руль – и снова послышались, удаляясь, его гудки и визги колес.
– Догоним, – вздохнул Алешка, – но больше помогать не будем.
– Подкачать надо.
Подкачали. Поехали. У поста ГАИ видим: стоит наш шустрик на обочине, а инспектор выписывает ему штраф за опасное вождение.
– Разные есть люди, – покачал головой Колумб, когда мы не спеша проезжали мимо них. – Умные учатся на чужих ошибках, дураки – даже на своих учиться не способны.
– Подкачать надо? – спросил Алешка.
– Ты на что намекаешь? – засмеялся Колумб.
Но подкачать пришлось. Как раз возле указателя «Чернодубовский район».
К этому времени мне уже казалось, что я за всю дорогу накачал не только четыре колеса, а целый громадный аэростат.
Глава 8Нечистая сила
Чем ближе мы подбирались к Чернодубову, тем как-то смурнее становилось у меня на душе. Недаром все-таки оно Чертовым дубом называлось в старое время.
Однако природа вокруг не разделяла моего мрачного настроения. Совсем наоборот. Солнце поднялось уже довольно высоко, и под его лучами весело загорелась осенняя листва на деревьях. Только ели стояли зелеными и сердитыми. Через дорогу все время перелетали сороки, один раз даже белка пробежала.