Почему я шагнул ему навстречу?
Так ведь дракон… маленький…. а я любопытный. Он попробовал вырваться, но обмяк и как-то жалобно вскрикнул, пачкая мне руки кровью. И вот теперь мы отступаем непонятно куда в обнимку с дракончиком, да еще и пораненным, до обратного переноса еще как минимум одна минута, позади первые трупы, Ветерок рядом ругается и все оттого, что мне было любопытно…
А над ухом все жужжит и жужжит.
Интересно, а смогу я унести в шаг дракона?
— Наверное, стоит начать все-таки с колбасок… — Я уткнулся в дощечку, исписанную угольной палочкой. Первый бизнес-план Макса-дракона, бывшего Воробья, продвигался туго. Мало я все-таки знаю, мало… блин, что бы я только не отдал за нормальный инет и гугл. Где, ну где, скажите на милость, нарыть полную инфу? Третий день сижу — и до сих пор все как в тумане. Как узнать, на что здесь будет гарантированный спрос? Драконоверы как тест-группа годились, но они — еще не все население, они местные отверженные. Терхо тоже не совсем годится. Этому голодающему что ни скорми, слопает за милую душу. Он даже жабу как-то слопал. В личиночьи годы еще, наставник тогда за что-то обозлился, воспитанников ни три дня без еды оставил. Они тогда и пташек ловили, и жаб пару-тройку приговорили. Да и вообще, он вельхо, их тоже мало… тоже нетипичные. И вот как просчитать окупаемость будущего производства? Хотя бы в первом приближении!
— Простите, почтенные, — влез главсектант. — А что такое колбаски?
Славка фыркает:
— А это то, из-за чего Макс позавчера…
Я оторвался от опостылевшей дощечки.
— Славка, не вздумай!
И кто бы мог подумать, что моя готовка будет иметь такие последствия…
— …получил….
— Я кому сказал!
— … предложение руки и сердца, — с удовольствием закончил злобный гад, который назывался моим напарником.
— Тьфу на тебя!
— …в четырех экземплярах…
— В трех! — торопливо уточнил я, глядя, как глаза главного сектанта поселка Рейиккен быстро принимают форму квадрата. Правую руку я намекающе сжал в кулак, демонстрируя одному не в меру болтливому дракону…
Но мой напарник утихомириваться не желал. Солнце его, что ли припекло? При температуре минус десять?
— Как?! Макс, ты кого-то не заметил? Интересно, кого? А, наверное, двойняшек, которые дочери кузнеца, за одну посчитал! Или дочку нашего хозяина?
— Мою дочь?!
— Кто-то счас договорится…
— Ну не мог же ты не заметить госпожу Мейсинкай! У нее и объем девяносто, и с приданым в виде трактира… подумаешь, небольшая разница в возрасте… ее старший внук точно младше тебя!
— Ах ты, язва!
— Ухажер!
— Чего? А ну, иди сюда, зараза…
— Счас! — и этот паразит, представьте, запустил мне в физиономию снежком! И заржал, как несуществующая здесь лошадь! — Пусть к тебе девушки ходят… донжуан.
Я аккуратно отложил дощечку. Очень мирно и убедительно попросил главсектанта присмотреть за моим имуществом… и обратил взор на этого провокатора.
— А ведь мог бы жить да жить… — скорбно вздохнул я. — Эй, стой! А ну стой! Иди сюда, гад чешуйный! Ну погоди у меня, паразит!
Спустя минуту все праведные драконоверы поселка имели счастье любоваться, как их Крылатые гости носятся друг за другом, сначала по замерзшему пруду, потом по воздуху, и, наконец, падают в снег и, хохоча, катятся по сугробам, рассыпая во все стороны снежную пыль…
В небе сияет радуга, ошалело кричат на дереве вороны, и что-то незримое, давно забытое возвращается в мир…
В пропускном зале на входе в драконьи пещеры вдруг вспыхивают все пустующие стопоры… бело-золотая вспышка хлестнула по полу, прокатилась по неровным стенам, толкнулась-впиталась в застывшие на старых камнях тела… дрогнула и поднялась на длинной шее серебристая голова, непонимающим взглядом обвела пещеру…
В озерце Старших засветилась вода.
Серебро и золото схлестнулись волнами и заметались, точно ища еще что-то недостающее… потом от скалы толкнулась, мягко вплелась, как родник, как девичья лента в косу, еле заметная тень цвета — синего ли, зеленого… не разобрать…
Старшие смотрели на это не дыша… но сияние вспыхнуло еще раз, померцало и угасло…
В хранилище «памяти» Нойта-вельхо полыхнул двуцветным огнем кристалл, закрепленный на стреловидном постаменте. Бело-золотой свет радостно заполыхал, озаряя зал и сваленные рядом груды хлама, но, не получив подпитки, потух.
В Проклятом болоте близ Серых руин забурлила вода. Болото, некогда бывшее озером, долгое время заваливали камнями и засыпали землей. Но в проклятой топи со временем истаивали даже самые большие камни, и вновь поднималась на поверхность вода — только теперь темная и недобрая. И сейчас оказавшиеся поблизости охотники со страхом смотрели, как из гладкой черноты вдруг начинают бить ключи. Цветные…
Старый, очень старый, почти не поднимающийся с лежанки драконовер улыбнулся дрожащими губами:
— Хранители… равновесия…
Мы со Славкой замерли.
— Таааак… и что это было?
— Я хотел, чтобы ты отвлекся, — удивленно отвечает напарник. — ты уже позеленел над своим бизнес-планом.
— Нет. Вот это, что сейчас? Ты почувствовал?
— Да. Но я не знаю…
Хранитель зала оторвал всклокоченную голову от стола, помигал и поразмыслил, что теперь делать. По Уложению, ему следовало немедля извещать Круг обо всех изменениях в Зале трофеев. Но некогда почетная должность давно превратилась в ссылку для вельхо типа «и нести тяжело, и бросить жалко», и нынешний Хранитель вполне этому негласному званию соответствовал. Если сейчас он пойдет к Надзирающему за Хранилищем, тот опять раскричится: пьешь на работе, гнать бы таких, матушку припомнит — мол, только из-за нее, правильной женщины, тебя, пропойцу, тут еще держат. Нет, лучше доложить завтра. Утром. Решено. И за это решение определенно стоит выпить.
Он придвинул бутылку и отсалютовал непонятной каменюке, решившей испортить ему дежурство.
Наутро он об этом не вспомнит…
А до острова ничего не дошло.
Ну хоть разорвись!
Такое у нас со Славкой было настроение. С одной стороны, у меня «контракты горят» — надо пробежаться обратно по местам моих торговых подвигов и собрать дивиденды. Как говорится, склероз — это когда не помнишь, кому денег должен. А маразм — это когда забываешь, кто должен тебе. Так вот, я не хвораю ни тем, ни другим, и постараюсь сделать так, чтобы и мои должники здоровье сохранили, ага. Деньги, тем более долги — это такая вещь, которую никто не стремится отдать кому бы то ни было, так что вернуться и получить по счетам было не просто надо, а очень надо! Пусть сейчас речь идет не о собственно деньгах, а о товарах, то есть продуктах, какая разница? Что мое — то мое, отдайте, не грешите.
Конечно, драконоверы готовы были для долгожданных гостей расшибиться в лепешку, то есть оказать им помощь во всем, включая продажу товаров и закупку продуктов, но тут встал на дыбы Славка. Послушал предложения, поспрашивал главу сектантов о каких-то ищейках и проверках, подумал-посчитал что-то, а потом высказался против. По привлечению драконоверьих торговцев к продаже пуговичек, часиков, зеркалец и прочего товара — пожалуйста, без проблем, если осторожно. Но вот закупки продовольствия в крупных размерах, здесь, похоже, как-то отслеживаются. Мол, какой-то там драконий агент продержался больше трех лет, возможно потому, что от этих закупок держался подальше… остальные, похоже, не удержались.
Надо же, а я даже не знал, что эти самые агенты были…
Спросил у Славки, с чего он это взял — не обрадовался. У моего напарника все-таки как-то мозги по-другому устроены. Если я моментом просекаю прибыль и выстраиваю нужные комбинации, то Славка видит мир, как огромный пазл, причем в процессе собирания. При этом способен видеть не только свой фрагмент, но и в принципе картинку целиком, а то и самих собирающих. Аналитик, мол. С опытом работы, мол. Жалко только, компьютера нет, скорость обработки данных страдает. Спросил про опыт — пожалел. Славка, зараза скрытная, выложил не про работу, где со школы вкалывал, а про свою группу борцов за справедливость. Я-то думал, они там только брошенных котяток пристраивали да пенсионеркам помогали… ага, счас! А группа за два года семь педофилов отловила! Со Славкиным активным участием. И ведь двое были из шишек, причем не мелких!
— Самоубийца, что ли? — только и спросил я, представив, чтоб б было, докопайся шишки, кто им устроил комбинацию с разоблачением…
— От такого слышу, — невозмутимо отозвался мой напарничек.
Зараза вредная.
Спросил про агентов — тоже не обрадовался. Как начал наш аналитик выкатывать, что он уже про организацию вельхо нарыл, что про Дни Безумия, что про сейчас… нашему Терхо Этку чуть плохо не стало — он у нас на негатив по своим наставникам по старой памяти остро реагирует, все боится, что Зароки жечь начнут… А потом Славка перешел на рассказ о драконьем напутствии — и плохо стало уже мне. Нет, я и раньше знал, что не стоит особо светиться, но чтоб так… Куда, интересно, девались эти пропавшие драконы? В свете Ритхиных неприятностей и рассказов Терхо перспективы ой какие невеселые.
Короче, я о чем?
Новая инфа не радовала. Хотя что в ней, собственно, нового? Не все ли равно, за что именно меня будут ловить: за то, что я дракон, или за то, что драконам помогаю? Да и пофиг!
Я дракошкам вкуснятину обещал? Обещал.
Значит, вкуснятина будет.
Только вот в чем проблема. С одной стороны — я уже говорил, надо пойти обратно по точкам продаж диковинок и собрать навар. Тут все понятно. С другой стороны — светиться при этом надо по минимуму и лучше продукты отправить в какое-то малоподозрительное место. И, в третьих, у меня руки чесались поскорей исследовать подземную речку, про которую Славка говорил.
И вот как, интересно, все это совместить?
Хоть разорвись! Ну, я именно с этого и начал…