К тому же шла она не озираясь, не спеша, то есть знала куда забрела, и значит, скорее всего, под чьим-то покровительством. Не стоит связываться… да и вообще, стоит ли вообще думать о какой-то полунищей старухе?
Воришка, на всякий случай ошивавшийся у домика менялы, поплотней закутался в старый накид и принялся отыскивать более подходящую жертву.
Неприметная фигура тем временем вошла в проход между двумя домами и скрылась из глаз.
Тихий двор, похожий на колодец, был пуст. В обязательном садике сиротливо топорщилась неухоженная арута, у стены сложены тюки сена. На дверях не было никаких ленточек…
Ну, оно и к лучшему. Значит, нужная нам личность именно здесь. Напрасно ты пренебрегаешь обычаями — это ведь и выдать может.
Опустошенная корзинка полетела в сторону. Черный накид вспорхнул с плеч, перевернулся другой, серой стороной и снова скрыл хозяйку от чужих глаз.
Мягко подалась дверь под уверенной рукой…
Внутри было почти так же холодно, как и снаружи. Видимо, нынешний хозяин экономил на топливе. Хотя он вообще… экономный.
Несколько шагов по короткой лесенке, еще одна дверь, пахнувший в лицо теплый воздух, запах сырости, дешевого вина и таких же дешевых свечек.
Нервно дернувшаяся на звук закрывшейся двери фигура человека.
— Ну здравствуй, Эркки…
Наверное, Эркки не от кого было ждать добра. Наверное. А может быть, он просто ждал нападения? Может быть. Или дело было было в чем-то ином?
Но так или иначе, незваному гостю пришлось срочно уходить с линии огня. Над головой знакомо свистнуло, спустя миг не менее знакомо протрещало и ломко хрустнуло. Хлестнули осколки, вышибая из пола и немудреной мебели клочья и щепки. С потолка посыпалась пыль.
Как гранатой садануло…
Стоящее оружие, похоже.
Он был не слишком удачлив. Еще в детстве ему не повезло — третий, младший сын, «меньшой» он был любимчиком родителей… до того момента, пока не родилась долгожданная девочка. Он злился на «вредную хныксу», отобравшую у него прежнюю родительскую любовь. Даже пробовал как бы случайно притопить ее в ручье, но старшие увидели…
И с магией не повезло. Средний уровень, не выше других, а так хотелось быть первым!
И потом — с учебой. Он был умен, он видел, что связи открывают порой больше, чем самые яркие способности. Но отчего-то все его связи слишком быстро рвались. Будто ворожил кто. А попытка подправить судьбу окончилась скандалом и изгнанием из круга вельхо. Кто же знал, что одна из дур, у которых он выманивал подарки в знак благосклонности, окажется такой впечатлительной? Кто знал, что она побежит топиться? И кто знал, чьей она окажется родственницей!
Он и потом не сдавался, раз за разом пытаясь встать на ноги и наконец добиться достойной жизни. Использовал и драконоверов, и драконоловов, и преступивших… он готов был идти по головам ради добычи. Он и шел.
Но без толку. Ему не везло, снова и снова не везло.
Даже с драгоценным подарком бога Ульви — чужанами, свалившимися буквально на голову, не повезло!
Откуда, откуда он мог знать, что местные преступившие будут такими идиотами, что свяжутся даже не с вельхо — с драконами!
Откуда он мог сведать, что именно в эту ночь, когда ему были уплатить за навод на добычу, драконы вырвутся из подземелья?
И платить станет некому.
Он только успел, что прихватить вещи. Но и тут Ульви поманил его удачей и обманул — за такой товар могли заплатить дорого, очень дорого — но не здесь же, в захолустье! А город закрыли… не выбраться.
Да что там вещи!
Магия! Сумасшедший выплеск магии, расплескавшийся по улицам и площадям города, не миновал и бывшего чародея. Казалось бы, вот оно, счастье — он наконец может использовать свою силу без дурацких и болезненных танцев по углям. И снова все наперекосяк. Магия отчаянно конфликтовала с впечатанными Зароками и ограничивающим клеймом. Убрать ее не получалось, использовать тоже, потому что любая попытка активировать знаки причудливо преломлялась и выдавала такие результаты, что проще было утопиться.
Он со дня на день ждал, что его выселят и отсюда — после пары экспериментов хозяева посматривали косо и повысили плату за жилье, и это в пустом-то доме!
Приложить бы их! Да всех сразу не получится… а оставшиеся обязательно его выдадут.
Если еще не выдали.
Владение полномерной магией после наложения клейма карается смертью. И вряд ли вельхо из хозяйничающей в городке Руки будут разбираться, что это владение произошло не по его воле.
Не с его везением!
Но если удастся переждать эту бурю, выраться (он уже нашел пару путей), то с магией ему будет открыто многое!
Не удалось.
Первый хиглас он швырнул не раздумывая, сразу как увидел на пороге незнакомца.
И обреченно понял, что ему снова не повезло…
Гость не стал ждать, пока его разнесет в клочья — ловко ушел в сторону и вниз, словно крутнулся вприсядку, и пропал с глаз, пока Эркки, стараясь не кашлять, настороженно всматривался сквозь пыль.
Где? Где он?
— Неприветливо ты гостей встречаешь, Эркки… — послышался смешок откуда-то из-за лежанки. — Что значит совесть нечиста.
Следующая «граната» полетела за топчан, ударилась о прибитую к стене полку и, кувыркнувшись, разрядилась в потолок. Протяжный скрип, и пыли стало больше. И щепок. И балка, кажется, просела…
Не рассмотреть — осколком погасило единственный светильник. Несколько секунд напряженного ожидания, несколько секунд неподвижности и молчания — кто первый подаст голос? Кто выдаст себя движением?
— Полегчало? — наконец донесся из темноты еще один смешок.
— Сдохни, тварь!
Новый магический заряд был выпущен быстро, но ярость плохая замена расчету, и жертвой этой атаки оказался стол. Кажется. Резко и остро запахло разлитым вином…
Еще один, крошечный осколок времени хозяин комнатушки мог надеяться, что незваный гость задет или, что еще лучше, убит… все-таки это мощное оружие, да и кидал на голос… должно ж ему повезти хоть немного!
А в следующий миг несостоявшийся вельхо ощутил рывок и неповторимое ощущение впившихся в тело сотни ледяных когтей. Тело, враз ставшее непослушным, бессильно опустилось на пол…
Все.
Конец.
Отловили…
Кто?!
Что-то прошуршало в темноте, негромко щелкнуло, и дрожащий огонек высветил сложенные руки и темный капюшон…
— Ты кто?
— Поздновато ты решил познакомиться…
— Ты кто? — не отступал бывший маг. Главное вызнать, кто на этот раз по его голову, глядишь откупиться выйдет! У него ведь еще кое-что осталось! И если это… — Тебя кто послал? Кулак? Семья Ушшиха? Шипастый?
Гость не ответил. Наклонился над перекошенным охромевшим столом, что-то сдвинул, пристроил потихоньку разгорающуюся свечу — огонек качнулся, дрогнул на свету, словно нехотя… а потом все же вытянулся и загорелся ровно и ярко. Все это время Эркки безуспешно пытался порвать сеть или хотя бы дотянуться до последнего заряда. Но вот гость отступил в сторону, обернулся. И наконец сбросил капюшон.
Сбросила.
Она.
Это была женщина. Наемница?
Непохоже. Немолодая… Темные волосы с изрядной проседью не по-здешнему убраны в узел, на простой одежде никаких знаков и украшений. И лицо… Эркки откуда-то знакомо было ее лицо.
— Ты кто? — бывший вельхо украдкой скосил глаза на тело — и понял, что рваться напрасно. Его спеленали не веревкой и даже не путанкой. Драконьей сетью.
— Ты вельхо? Нет, подожди… Ты… драконолов? — в голове промелькнула догадка. Драконоловам было с чего на него злиться, но неужели… он же заплатил, чтоб свалили на другого! Может, кто-то заплатил больше? — Но разве я… тот парень — я не виноват! Он сам нарвался!
Женщина смотрела на него не отрываясь. Нехорошо смотрела. В этом Эркки разбирался. Не зло, не брезгливо, не свысока — но все равно нехорошо. Словно выцеливая стрелой… Или готовясь поджечь.
Стоп.
Поджечь? Странная прическа, и взгляд — так смотрят на врага. На личного врага, не проплаченную мишень!
Поджечь…
— Ты драконовер?
Женщина промолчала.
— Отвечай! Ты из них, из этих? Да? За свою деревню мстить пришла?
Молчание.
— Но это не я их жег! Я только провел…
И вывел из строя их покров. И нашел схрон, где прятались дети. И подсказал, как вытрясти сведения из их старшего…
Об этом никто не знал, та команда полегла на следующем же деле, а там уцелевших не было!
Или были?
Молчание. Но она смотрела так, словно знала.
— Я не… не… — голос бывшего вельхо сорвался. — Кто ты?! Кто?!
— Многим задолжать успел, — невесело усмехнулась она. — Да?
— Я могу откупиться! У меня вещи есть… дорогие, из-за грани. Чужанские вещи! Под лежанкой, в тайнике! Бери, и перед Ульви тебе зачтется! Перед всеми богами!
Глаза женщины — почему-то очень знакомые глаза — остались холодными и сосредоточенными.
— В моей земле верят в единого бога, — промолвила после паузы незваная гостья. — И этот бог велел прощать любые грехи, и даже подставлять вторую щеку, коли ударят. Считается, что в ином мире за такое воздастся. Может, что-то в этом и есть. Да не для меня.
Может быть… может быть, за себя я бы и простила. Всякое бывает. Только близкими не торгуют с богом, Эркки. А ты продал мою внучку… продал мальчика, который верил тебе всей душой… и второго, который только начинал верить людям. А отпущу — кого-то еще продашь. Так что с выкупом у нас с тобой не выйдет.
— Мальчики… внучка… Чужане? — Эркки дико воззрился на женщину, наконец вспомнив это лицо. — Но ты же была старая…
— Узнал-таки?
— Ты притворялась?
— Не тебе о притворстве толковать, — отрубила преобразившаяся старуха. — Где, говоришь, наши вещи?
— Под лежанкой!
— Не ори. Никто тебя спасать не явится, сам знаешь. Дом пустой.
«И это знает! Откуда? Продали? Хозяева? Надо было их все-таки… но сначала эту!»
Встала она с усилием, но лежанку отодвинула легко, и движения были вовсе не женские — плавные и точные, точно у хищника.