Я пришла к началу беседы. И застала сестру Фрэнка O’Коннора, ее мужа и двух девочек, лет двенадцати от роду. Все они были высокими и статными и, бесспорно, казались обеспеченными и уверенными в себе людьми.
Заметив их в комнате отдыха, я спросила о том, как живется родственникам Айн Рэнд, и они ответили: «О, скучать не приходится». И сказали еще что-то вроде того, что «она такая забавная на семейных обедах». Тут я поняла, что ей есть что сказать на этих мероприятиях. Еще они сказали, что гордятся ею, и по этой причине проделали путь до Энн-Арбор из Лорена, чтобы услышать ее выступление. Им и в самом деле было интересно услышать, что она скажет. И они заранее одобряли ее выступление, так, словно всегда и во всем соглашались с ней. Потом они сказали нечто вроде: «Она у нас такая разговорчивая, куда больше, чем Фрэнк». Они явно были рады тому, что он женился на ней. После того как беседа закончилась, я вновь увидела их, и они сказали, что удивляются тому, что она может выдерживать шиканье и враждебное настроение зала.
Во время беседы мисс Рэнд Фрэнк O’Коннор сидел в первом ряду. После лекции ее обступили различные люди, задававшие вопросы, и он вроде бы приглядывал за тем, чтобы не вышло каких-либо эксцессов. Когда она вышла на сцену, раздались рукоплескания и шиканье. Возможно, шиканья было чуть больше.
Казалось, что шиканье ни в малой степени не смущает ее. Возможно, такой прием встретил ее на предыдущей беседе[183], но меня оно удивило. В Мичигане она провела одну из своих первых крупных бесед, поэтому опыта у нее не хватало, однако к тому времени она успела получить много критических замечаний о книгах от критиков и обозревателей, и потому, наверное, ожидала чего-то подобного.
Много ли было присутствующих?
Огромная аудитория была заполнена почти полностью, то есть присутствовали по меньшей мере четыре-пять сотен человек.
Ей задавали много враждебных вопросов, а также вопросы о современном искусстве. В зале присутствовали скульпторы, возражавшие против ее мнения, и почти все задававшие вопросы люди были настроены неприязненно.
Осталось ли настроение зала негативным?
По ходу беседы шиканье прекратилось, начали звучать аплодисменты, и общая реакция стала указывать на то, что ее слушают и понимают. Она определенно переломила настроение аудитории. О бурном одобрении, конечно, речи не могло быть, однако понимание было достигнуто.
Давайте теперь переместимся в Форд Холл Форум. После 1961 года вы познакомились с Майком Берлинером, писавшим в Бостоне свою докторскую диссертацию, поженились и перебрались туда.
Мы жили в Бостоне с 1964 до 1970 года. И все эти годы обязательно посещали Форд Холл Форум. В последний раз мы были там на ее лекции, когда жили в Лос-Анджелесе. Возможно, мы побывали там еще раз, и каждый раз после беседы заходили в комнату, где она беседовала с людьми.
Как вы получали приглашения?
Мы были знакомы с Гарри Бинсвангером, Алланом Готтхелфом, a они приглашения получали. К тому же, Майк числился среди немногих объективистов в образовательной программе по философии.
В отношении приемов я запомнила одну удивившую меня вещь: она никогда не выглядела усталой даже после того как провела два часа на сцене и ответила на уйму сложных вопросов.
Однако на приеме она любила обсудить альтернативные варианты ответов на полученные из аудитории вопросы, а также вопросы, которые хотела бы услышать. Она не могла расстаться с вопросами. И это произвело на меня глубокое впечатление. Присутствовавшие также продолжали расспрашивать ее о заданных вопросах и о том, почему она ответила на них именно так, а не иначе.
Она превосходно взаимодействовала с ведущим, судьей Лурией. Он относился к ней очень покровительственно, в том смысле, что если нападки на нее становились очень жаркими, он пресекал их дальнейшее развитие. Она отлично ладила с ним.
Что вы можете сказать об этих вопросах и ответах в Форд Холл Форуме? Общий настрой был дружелюбен или враждебен ей?
Должна сказать, что в эти ранние годы преобладал враждебный настрой, но я помню, что Гарри задал ей много вопросов. И всякий раз они, конечно же, были заданы в позитивном ключе. Кроме него, беседы посещали и другие объективисты, и их вопросы в известной мере уравновешивали негативный настрой. С течением лет вопросы стали задавать по большей части объективисты.
Когда вы в последний раз видели Айн Рэнд?
На последнем Форд Холл Форуме в 1981 году[184], она читала лекцию на тему «Век посредственности».
Она изменилась?
На мой взгляд, нет. В тот раз задавалось много больше положительных объективистских вопросов, насколько я помню, народа собралось поменьше, чем в прошлые времена, но достаточно много.
Был один инцидент, который может рассказать вам, как она воспринимала себя сама. Мы с Майком приехали в Бостон на ее лекцию из Лос-Анджелеса. Заметив нас обоих в фойе отеля «Вестин», она с большим удивлением спросила нас: «А что вы оба тут делаете?» Как будто ей и в голову не могло прийти, что мы способны приехать из Калифорнии только для того, чтобы послушать ее. Это всегда говорило мне, что она ни в коем случае не воспринимала себя как звезду.
Френсис Смит
Френсис Смит являлась исполнительным директором, президентом и председателем совета бостонского Форд Холл Форума, в котором Айн Рэнд с 1961 по 1981 год выступала почти ежегодно. Официально объявленное предназначение Форума заключалось в «воспитании информированного и эффективного гражданина и содействии свободе слова посредством публичных лекций, дебатов и дискуссий»[185]. Миссис Смит скончалась в 2001 году.
Дата интервью: 4 июня 1999 года.
Скотт Макконнелл:Что представляет собой Форд Холл Форум?
Френсис Смит: Это старейший форум в стране, имеющий период открытых вопросов. Форум начал действовать в 1908 году.
Какое положение в Форуме вы занимали?
Я сделала в Форуме интересную карьеру. Я начала посещать его еще в старших классах, когда мой будущий муж захотел слушать лекции, так что мы ходили туда развлечения ради. Однако слушание всех этих выступлений производило хороший образовательный эффект. Я прошла снизу вверх всю служебную лестницу и закончила свою карьеру, проработав в течение примерно сорока лет исполнительным директором, а потом президентом и пожизненно избранным председателем совета, но теперь ушла в отставку.
Знаете ли вы, по какой причине мисс Рэнд впервые пригласили выступить на Форуме в 1961 году?
Да. В то время комитет, занимавшийся составлением программ, обнаружил, что мы перегрузили программы последних лет беседами с представителями левого крыла, и потому, по сути дела, не располагаем хорошей сбалансированной программой, какую нам хотелось бы иметь. Посему комитет стал искать персону более консервативного настроя, способную привлечь аудиторию, и поэтому мы пригласили ее.
Какой была обыкновенно реакция публики на Айн Рэнд?
Она как будто привела с собой собственную аудиторию. Чтобы послушать ее, люди приезжали со всех частей света: из Африки, с Багамских островов, изо всех частей Соединенных Штатов, так что аудиторию нельзя было назвать нашей обычной, но тем не менее в ней хватало представителей нашей привычной публики, засыпавшей ее уймой самых разнообразных по природе вопросов.
Сколько человек вмещала ваша аудитория?
В ней было 1300 сидячих мест, но нам все равно приходилось отказывать людям. Тех, кому не хватало мест, мы часто отправляли в помещение, предоставлявшееся нам YMCA[186], где они могли слушать трансляцию беседы. Это помещение могло вместить еще примерно пятьсот человек.
Как выбирались даты и темы ее выступлений?
Она сама выбирала их. Мы делали ей предложение — не хотите ли выступить в такой-то день — a может быть, и предоставляли ей два варианта. Это всегда был воскресный вечер. Мы никогда не утверждали ее темы и принимали то, что она называла.
Можете ли вы описать Айн Рэнд во время выступления?
Я была тогда очень молода, и на меня произвел впечатление тот факт, что она всегда появлялась в угольно-черных нарядах. За все те годы, которые я знала ее, мне так и не пришлось увидеть на ней цветное платье. Я была в восхищении. Эта небольшая женщина производила впечатление могущественной персоны.
Во время ее выступления и вопросов и ответов все держались с почтением к ней. Присутствующие никогда не учиняли никаких беспорядков из-за того, что придерживались отличного от нее мнения. A несогласных с нею всегда бывало достаточно.
Как она воспринимала критику из зала?
Она очень хорошо справлялась с ней.
Как она держалась во время вопросов и ответов?
Самым непринужденным образом. Она всегда оставалась очень спокойной, сдержанной и никогда не возмущалась. Помню, какое впечатление на меня, тогда молодую женщину, произвело ее публичное выступление в защиту абортов. Она говорила примерно так: это твое тело, и ты вправе делать с ним все, что хочешь.
Вы разговаривали с мисс Рэнд на эту тему?
Нет. Я очень мало говорила с ней. Она была очень сдержанным человеком, и у нас не было времени на разговоры. Перед лекциями она беседовала с Леонардом Пейкоффом и одним-двумя из своих последователей в так называемой Зеленой комнате; потом она разговаривала с ведущим, если хотела добавить какую-то информацию к тому, что ему уже было известно. Потом они вместе выходили на сцену. Когда беседа заканчивалась, она уезжала вместе со своей свитой, очень часто у них была приватная вечеринка.
Случалось ли мисс Рэнд разговаривать с вами о вашей работе?
Она только восхищалась тем, что мы предоставляем ей возможность вести на Форуме беседы на одну и ту же тему. Она часто превозносила в разговорах со мной Форум, так как с ее точки зрения было чуд