– Магистр Карде? – сердце учащенно забилось в груди, и я не могла ответить однозначно: это от того, что я была его рада видеть, или наоборот, от осознания, что теперь-то точно всё пропало.
– Ну, с утра точно им был, – усмехнулся некромант. – И заметь, я не спрашиваю, что ты здесь делаешь.
Не такая уж всё же и плохая у Лимсара память, узнал меня посреди улицы в столице. А в академии путал с кем только можно. Хотелось даже изобразить по этому поводу недовольство, но стоило некроманту приоткрыть дверь, как я, подобно послушной марионетке, отправилась следом за ним. Кушать! Неужели меня покормят!
Тарелка тех самых ребрышек, чей аромат я уловила ещё на улице, дымилась на столе, а я с аппетитом врезалась зубами в запеченную плоть. Женщины этого мира всегда следили за своими манерами. Хоть в академии это и было менее выражено, ибо никто не одёргивал и не говорил, что это неприлично. Однако дома, в присутствии родителей, или в общественных местах этикет занимал едва ли не первое место. Можно быть хоть сотню раз образованной девушкой, но тебе не светит удачный брак, если ты не умеешь вести себя в обществе. Простым людям, конечно, делались некоторые поблажки, но вот чешуйчатокрылым – нет.
– Спасибо, – поблагодарила я магистра Карде.
– Не за что. Или, по-твоему, я должен был оставить тебя на пороге помирать голодной смертью? – кто о чём, а некромант о своём. – Урчание твоего желудка так резало по ушам, что мне хотелось в них затычки вставить.
– Хи-хи-хи, – я тихонько рассмеялась, и магистр улыбнулся.
– А если серьёзно, почему ты не в академии? – спросил он, и вся веселость вмиг пропала с моего лица.
Можно ли ему рассказать правду? Он друг белобрысого придурка и не должен выдать того, если вскроется, что он дал нам с Хелен кулон, а я его потеряла. Недолго думая, я выложила ему как на духу о произошедшем. Некромант слушал молча, только изредка цокал языком, давая понять, что дело жо… плохо дело, в общем.
– И теперь я здесь, – закончила я свой рассказ.
– Санкальер тебя убьёт, – резюмировал Лимсар.
– Ну почему же сразу убью? Это было бы слишком гуманно по отношению к адептке, – за разговором мы не заметили, как в таверну вошел новый посетитель. И им оказался не кто иной, как библиотекарь. Он был зол. По-настоящему зол. Таким мне его видеть ещё не доводилось. – Она у меня теперь пожизненно будет книжки перебирать на пару со своей подружкой.
«Вообще-то только до выпуска», – хотелось возразить мне. Но усилием воли я смолчала. Сейчас его звёздный час, а я могу лишь примерить на себя роль кроткой девушки.
– Простите, – потупила я взгляд в тарелку, прекрасно понимая, что с белобрысым придурком этот номер не пройдем. Впрочем, в отличие от спектакля со стражем, сейчас я была искренняя.
– Простите и всё? – он вперил взгляд в… нет, не в меня. В некроманта. – Я с трудом раздобыл артефакт, так мне ещё пришлось бегать по Гинденбергу в поисках иномирянок. Что вы вообще здесь вдвоём делаете?
Мне показалось или это была ревность? Нет же. Точно, она самая. Зеленая радужка глаз сменила свой цвет на медовую, а зрачки вытянулись, свидетельствуя о сильном эмоциональном фоне. Но зачем библиотекарю ревновать меня к магистру Карде? Ладно, не так. Зачем Санкальеру вообще ревновать меня к кому-либо?
– Мы встретились случайно, – спокойно ответил Лимсар, абсолютно не обращая внимания на вспыльчивость друга. – И ждали тебя, – А-а-а-а? Мы его ждали? У меня от удивления аж челюсть отвисла. – Ты ведь отправил девушек в Гинзенберн и осведомлён о том, что одна из них не может вернуться. А это едва ли не единственная круглосуточная таверна.
– А почему ты в столице? – сменил тему библиотекарь, взяв себя в руки.
– Скоро бал всеобщего равенства. Мне, как и многим, необходимо к нему подготовиться. И насколько ты знаешь, у меня нет родных, которые могли бы прислать мне посылку. Я выбирал наряд, – соврал Лимсар, при этом глядя прямо в глаза своему другу.
Декан некромантов нагло врал, потому что салоны с нарядами его уровня находятся на Ланненстрит. Эта главная и самая элитная улица Гинзенберна. Птички его полета обитаю там. Что бы он ни делал в Ёханстрит, он не хотел, чтобы его считали к этому причастным. А значит, ничего хорошего он не замышляет.
Я благоразумно умолчала о том, что видела его в злополучном месте. В конце концов, это его личная жизнь, и я не имею права раскрывать чужие секреты. Во всяком случае, если эти тайны не касаются чьей-либо безопасности. А они ведь не касаются? Правда ведь?
И вообще, с моей стороны будет некрасиво болтать, учитывая, что Лимсар практически спас меня сегодня от голодного обморока. До голодной смерти, как он выразился, там всё же ещё было далеко.
– Хорошо, – согласился библиотекарь и теперь посмотрел в упор на меня: – А ты, как вернёмся, больше ни ногой из академии.
«До выпуска», – хотелось вновь прибавить мне, но я вовремя прикусила язык. Ничего, мне ещё представится шанс за всё расквитаться с этим наглым белобрысым придурком.
– Вернёмся? Я могу вернуться? – наверное, я ещё никогда в жизни не чувствовала себя такой счастливой. И уж точно не могла подумать, что буду так радоваться тому, что смогу вновь оказаться в Криквэл.
– Можешь, – подтвердил библиотекарь. И по тому, каким тоном он это произнёс, я поняла, что эта самая возможность далась ему нелегко.
Мы ещё какое-то время посидели в таверне, но разговор не клеился. И выйдя на улицу, мужчины открыли порталы. Да, магистр Карде оказался драконом. Но я это поняла, только когда увидела, как он разрезает рукой пространство. А стоило бы это сделать, ещё когда увидела его на площади. Будь он простым человеком, его бы не было в столице.
Несмотря на всё произошедшее, одной тайной для меня стало меньше. И одной больше.
45.
Утро добрым бывает, а я нет. Вчера поздно вернулась и совершенно не выспалась. А ещё мне следовало поблагодарить белобрысого придурка за своё спасение. Если бы не он, то моей участи не стоило бы завидовать. Но вчера ночью, выйдя из портала, я сразу отправилась в свою комнату. Внутри меня бушевали эмоции, далеко не самые приятные, и я, поддавшись им, поступила некрасиво. Некромант накормил меня, Санкальер вернул в академию, а я просто развернулась и ушла.
Зайду сегодня вечером в библиотеку и скажу пресловутое «спасибо», а то скребущие кошки на душе покоя не дают.
Хотела бы я сказать, что моих извинений хватит на всех. Да не тут-то было. Из дальнего угла столовой шел Феликс. Я совсем забыла о том, что мы вчера договаривались встретиться в парке. Староста прошел мимо меня, не удостоив и взглядом. А чего, собственно, я ждала?
– Ира! Ира! – нарушая все правила, ко мне со всех ног бежала Хелен. Внутри вновь всё колыхнулось. Если бы не она, то ничего бы этого вообще не было. Но, с другой стороны, я бы не увидела Гинзенберн. – Я так рада тебя видеть! Я себе места не находила! Думала, что уже всё…
– Да ладно тебе, где наше не пропадало! – ободряюще произнесла я. Было видно, что Хелен искренне за меня волновалась, и дуться на неё не стоило. В конце концов, я взрослая девушка и у меня есть своя голова на плечах, не силком же она меня в столицу тащила. Могла отказаться в любой момент и остаться в академии. Но я пошла. Так что винить в сложившейся ситуации, кроме самой себя, было некого.
– Я как подумаю, что тебя могли отчислить… – драконица едва ли не плакала.
– Всё хорошо. Я здесь! – улыбаясь, помахала перед её лицом рукой. – Ничего страшного не произошло, а вот если мы и дальше продолжим стоять, то рискуем пропустить завтрак или опоздать на занятия.
– Да-да! – подружка взяла себя в руки, и мы проследовали к столику, к её элитной чешуйчатокрылой компании.
Кроме нас двоих (а во всей академии теперь уже четверых, если считать магистра Карде и белобрысого придурка) никто не знал о вчерашней вылазке в столицу Лаонерии. А потому обсуждали насущные всем адептам темы. Сдача зачетов, практические и, конечно же, предстоящий бал, до которого оставалось всего несколько дней.
Пары проскочили быстро, а с ними и ужин. Двери библиотеки были наглухо закрыты, и я облегченно вздохнула. Моя совесть чиста. Я приходила поблагодарить? Приходила. А то, что белобрысой косички не оказалось на месте, – уже не мои проблемы.
А вот уборка в подземельях – очень даже моя. Я решительно шла выполнять рабочие обязанности, когда путь мне преградил Феликс. Он был рассержен. Не удивительно.
– Ирэн, что вообще происходит? Я прождал тебя вчера несколько часов, сидел в беседке, пока не стемнело. Всё надеялся, что ты придешь. Но ты не пришла! – впервые я видела этого дракона таким эмоциональным.
– Прости, у меня возникли некоторые трудности, – и ведь не врала. Но и сказать, что вчерашний день мог стать последним в стенах академии, я не могла.
– Трудности? О них предупреждают заранее! – староста был на взводе и совсем не желал входить в моё положение.
– А тебе не приходило в голову, что они могли возникнуть внезапно, и я просто не смогла предупредить?! – надоело! Почему все должны мной помыкать?
– У тебя всё всегда внезапно, – обиженно ответил Феликс. – Пойдем, нам нужно успокоиться и поговорить.
Дракон протянул мне руку, но я не взяла её, потому что не собиралась никуда с ним идти. С моей стороны после произошедшего ночью будет просто неблагодарно сейчас бросить магистра Карде одного зарастать грязью. Особенно учитывая, что он в последнее время вечно что-то делает в лаборатории. И, как оказалось, эксперименты далеко не всегда проходят удачно.
– Я сейчас занята. Мне нужно работать, – как же мне хотелось ему сказать, что успокоиться тут нужно лишь ему, а я и так неплохо чувствую себя.
– Снова эта работа! – воскликнул Феликс, причем чуть резче, чем следовало. И пустынный коридор подземного этажа эхом отразил звук от стен, усиливая его голос.
– А почему тебя вообще так заботит моя работа? – ну, серьёзно, будь Феликс сто раз старостой, его не касается, что делают студенты в свободное от у