ианы, он и так всегда в курсе всего, что происходит в академии. Какая же я дура, что отправилась к нему просить о помощи!
– Адептка Смольянова, вы хотите покинуть академию следом за своей соседкой? – голос магистра Доус вывел меня из абстракции размышлений, вернув в реальность.
– Нет, магистр, я внимательно вас слушаю, – нагло соврала я.
– Хм, и что же последнее я сказал? – спросил преподаватель алхимии.
– Вы сказали… Вы сказали… – ох, думай, Ира, думай, если уж решила остаться в академии! На Земле-матушке тебя уже точно никто не ждёт. – Вы не сказали, вы спросили, не хочу ли я покинуть академию следом за моей соседкой.
– Браво! – магистр, к моему удивлению, захлопал в ладоши. – Остроумный ответ, адептка, что мне даже нечего на это возразить. Однако он не спасёт вас от дополнительного задания. К следующему уроку написать доклад на тему кристаллизации боркса, в том числе с перечислением всех его соединений с органическими веществами.
– Но, магистр, таких соединений сотни. А новое занятие уже завтра! – негодующе воскликнула Хелен.
– Всё верно, адептка Фокс. И чтобы вы более не открывали рот без разрешения, то же самое задание и для вас, но с кармоном, – просиял химик, как я порой про себя называю местного алхимика. Вообще, химия и алхимия похожи не только созвучием букв, но и сутью самого предмета. И там, и там изучают вещества и их реакции между собой. С той лишь разницей, что на Земле мы ограничиваемся физическими реакциями, а здесь, в Криквэл, также изучается магическая составляющая элемента. Какое у него поле, какая энергия и что будет, если соединить элемент воды с элементом земли, например. Сначала мне казалось это очень сложным, но когда начинаешь понимать базу – аналог нашей таблицы Менделеева, только расширенной версии, то всё становится понятным.
Остаток пары все студенты провели молча, никому не хотелось более словить дополнительное задание. Я же тихо радовалась, что получила лишь написание доклада, а не отработку в библиотеке у белобрысого придурка.
Тьфу ты, опять этот библиотекарь в голову лезет, чтоб ему там пылью книжной поперхнуться.
Вторая пара прошла без эксцессов, я старалась больше не отвлекаться, и время до обеда пролетело незаметно. Сегодня стояла на удивление жаркая погода, совсем не свойственная данному сезону. Все окна были раскрыты настежь, но лёгкий ветерок, прорывающийся с улицы, едва ли мог улучшить ситуацию. Использовать магию в столовой строго-настрого запрещалось. Вот вам и ответ, почему я не увидела здесь волшебного портала, поглощающего грязную посуду, или самонакрывающиеся столы. Всё же что-то есть только в сказках.
– Привет, – к нашему столику неожиданно подошёл Дастин Рид в компании своего приятеля Винсента, вид у него был взволнованный.
– Привет, – поздоровалась я в ответ, гадая, что ему могло от меня понадобиться, мы с ним попали на разные факультеты. Я на целительство, а он на некромантию. И мы практически не сталкивались за всё время, проведённое в академии.
– До бала осталось меньше месяца. Ира, ты уже решила, с кем пойдёшь? – выпалил рыжий на одном дыхании.
– Что? – опешила я, не сразу вникнув в сказанное. – А, бал. Я пойду… – посмотрела на Хелен и чуть было не сказала, что с ней. Вовремя поняв, что высокородная драконица наверняка пойдёт на столь значимое мероприятие с каким-нибудь чешуйчатым красавчиком. – Одна.
Я никогда особо не отличалась быстрой сообразительностью, вот и сейчас вовремя не поняла, к чему он клонит.
– Это хорошо! – просиял парень, его и без того красные от веснушек щеки вспыхнули румянцем, окончательно окрасив их в багровый. – Ну, то есть… не хорошо… Просто я хотел сказать… – толчок Винсента локтем в бок в миг заставляет парня собраться. – Я хотел пригласить тебя пойти со мной.
– А-а-а…. – моя челюсть отвисла в прямом смысле, я вилку-то в руке едва удержала. Да на этого парня без улыбки не взглянешь. Он типичный представитель Антошки из стихотворения. И как, простите, мне с ним идти на бал? Да надо мной будет ржать вся академия потом. Нет уж, увольте, лучше я одна. – Не думаю, что это уместно. Я всё же иномирянка и правила поведения на таких мероприятиях не до конца изучила. Мне бы не хотелось тебя случайно опозорить… – мозг начал стремительно подкидывать правдоподобные причины для отказа. Говорить прямо «нет» я никогда не умела. Не выношу обиженное лицо оппонента в такие мгновения и всегда сдаюсь, меняя своё решение. Но сейчас определённо не тот случай, так что… – Ай! – Хелен под столом пнула меня ногой.
– Она обязательно пойдёт! – просияла подруга. – Спасибо за приглашение, Дастин.
– Но… – растерянный парень переводил взгляд с меня на сокурсницу и обратно.
– Она просто не ожидала от тебя приглашения, – отмахнулась «подлюга». – Не переживай, я объясню ей, что к чему, – она заговорщически подмигнула рыжему парнишке, и тот, просияв напоследок, удалился прочь.
– Ты сдурела? – прошипела я, стараясь не привлекать излишнего внимания. Хотя куда уже больше? На наш столик и так пялились всё присутствующие в столовой. – Я никуда с ним не пойду!
– Пойдёшь, – безапелляционно заявила она как ни в чём не бывало, продолжая запихивать в рот еду.
– Нет! – возразила я громче, чем следовало.
– Да, – она наконец-то отложила вилку в сторону и, понимая, что всё по-прежнему пялятся на нас, хоть и делают это не столь явно, сбавила обороты, слегка подавшись вперёд. – Нет худшего позора для девушки, чем прийти на сезонный бал всеобщего равенства в одиночестве.
– Ах-ха… – у меня вырвался нервный смешок. – Нет хуже позора, чем прийти на бал с этим рыжим недоразумением.
– У Дастина хорошая успеваемость, он сын лорда. Почему недоразумение? И вообще, причем здесь цвет его волос? – Явно думая о совсем другом, начала перечислять Хелен. Кажется, всё гораздо сложнее, чем показалось на первый взгляд.
– Ну, он же рыжий, да ещё и конопатый, – попробовала я достучаться до неё.
– И? – подруга меня совершенно не понимала.
– Ну как же… – я начала хаотично перебирать пальцами. – Ну там стишки всякие потешные, типа рыжий-рыжий… – я выжидающе посмотрела на собеседницу.
– А?
– Погоди, ты хочешь сказать, что в Лаонерии никто не смеётся над рыжими? – да быть такого не может!
– А почему над ними должны смеяться? – драконица выглядела растерянной. – Надо мной же никто не смеётся, потому что я русая. Или вон над Карнелией, потому что она брюнетка.
– Ой, мамочки! – рассмеялась я. Да так, что снова привлекла всеобщее внимание, но меня было уже не остановить. – Да у вас тут просто антиутопия какая-то…
– Адептка Смольянова, сходили бы вы в лазарет. Попросили бы у мисс Зафе успокоительную настойку, раз у вас такие проблемы с эмоциональным фоном. А то с вами в одном помещении находиться страшно, – за спиной раздался знакомый бархатистый голос, от которого по спине побежали мурашки.
– Если вам так боязно, господин Деноре, просто закончите обед и покиньте столовую, – вернула я ловко шпильку адресату.
– Если бы меня одного беспокоило ваше странное поведение, адептка Смольянова, то непременно я бы именно так и поступил. Но не много ли вам будет чести остаться одной в столовой? – ответ не заставил себя ждать, и на этот раз смехом разразились все присутствующие. Я повернулась в его сторону и увидела привычно липнущую к нему Карнелию, что не оставляла попыток повисеть на шее даже за едой.
– Да ты… Ты… – кулаки беспомощно сжались, и костяшки пальцев побелели. Однако я не могла дать выход своей злости, даже несмотря на то, что он вновь выставил меня посмешищем перед всеми. Слова просто застряли у меня в горле, а мозг напрочь отказывался подкидывать идеи остроумного ответа, не выпуская из фокусировки зрения то, как Карнелия нагло поглаживает плечо на границе шейного воротничка белоснежной рубашки библиотекаря, показывая всем, что этот мужчина принадлежит только ей.
Я схватила сумку, лежащую на соседнем стуле, и бросилась бежать прочь из столовой, понимая, что даже Хелен не собирается за меня заступаться. Она просто сидела и улыбалась вместе со всеми. То же мне, подруга! Сначала рыжего мне подсунула и теперь ноль поддержки.
36.
Все последующие пары я игнорировала Хелен, пусть поймёт, что была не права. Дружба – это не сиюминутное развлечение, это поддержка и опора. Когда у тебя нет родных, только друзья могут выручить. Мне казалось, земляная это понимает и потому помогала пережить мне потерю соседки. Но, видимо, я ошиблась. Возможно, драконам вообще не свойственны светлые чувства. Хоть и нахожусь в Криквэл уже несколько месяцев, эти чешуйчатые создания для меня по-прежнему остаются загадкой. Я прочитала про их оборот и про то, как они появились в Лаонерии. Но о том, как они воспринимают эмоции, нигде не говорилось ни слова.
– Вот ты где, Ирен! – я сидела на подоконнике в левом крыле анфилады, когда ко мне подошёл Феликс Гартье.
– А где мне ещё быть? – с тяжёлым вздохом ответила я. Сейчас в академии время ужина, но я не решилась пойти в столовую после обеденного перфоманса и подумывала сразу отправиться на работу в подземелья.
– Знаешь, я отчего-то так и решил, что на ужин ты не придёшь, – староста встал напротив меня и выудил из учебной сумки бутерброд и стаканчик с напитком. – Вот, захватил тебе.
– Спасибо, но тебе не стоило… – с одной стороны, мне была приятна его забота, но с другой – я действительно не хотела обременять юного дракона.
– Ещё как стоило. Не забывай, Ирен, я староста водного факультета. И заботиться о благополучии адептов – часть моих обязанностей, – ух, а я на мгновение подумала, что он сделал это по какой-то другой причине. Сама даже не знаю какой, просто какой-то более личной… Но нет, к счастью, глупости всё это. Просто Феликс по жизни душка. Это тот самый случай, когда первое впечатление о челове… драконе не ложное, а самое что ни на есть правильное.
– Спасибо, – ещё раз поблагодарила я, надкусывая бутерброд.