Или в будущем?
Сильтера всё так перепутала…
61.
Да что он вообще себе позволяет? Какой же всё же наглец! Лезет целоваться у всех на виду, когда у самого есть девушка! Это возмутительно!
Прошла целая ночь, а я до сих пор не могу успокоиться. Сначала у озера, теперь в библиотеке. Он что, правда считает меня такой доступной? Хотя чего я хочу, учитывая репутацию моих предшественниц с Земли. У нас другое воспитание. Мы живём в двадцать первом веке, где секс до брака – не что-то из рода вон выходящее, это скорее обыденность. Даже больше – это необходимость. Ну, надо же проверить парня по всем фронтам, как говорится. Однако это не означает, что мы ложимся в постель со всеми подряд. И с принцами в том числе.
Вот если он ещё раз полезет ко мне целоваться, я его боевым заклинанием ударю.
«Да ничего ты не сделаешь», – ой, ну надо же кто проснулся! Внутренний голос. Доброе утро, как говорится, тебя-то мне только не хватало.
«Растаешь сразу, как мороженное в знойный день, и забудешь все плетения в раз», – не унималось внутреннее я.
А вот и не растаю! Ещё как долбану, чтобы следующий раз не повадно было!
«И будешь сидеть нецелованная», – и буду. Мне вообще его… слюнообмен не нравится. Фу-у-у-у….
«Не нравится ей, а сама сразу отвечает, ножки подгибаются…» – ага, ещё и дрожь по телу….
Так, стоп! Не хочу об этом думать, он мне не нравится, и его поцелуи мне не нужны, и вообще…
В столовой за дальним столиком сидели Санкальер и Карнелия, компанию им составляли Лимсар и новый преподаватель алхимии. Они о чём-то оживленно болтали, а потом смеялись. Карнелия периодически поправляла воротничок рубашки белобрысого придурка, а он подкладывал ей в тарелку со своей малину. Сладкая парочка…
«Ну вот, ты уже ревнуешь», – да что же это такое! Угомоните его уже кто-нибудь. Я никого не ревную. Мне вообще нет до них никакого дела. Тот столик пуст, и точка.
«Стадия отрицания. Это пройдет, когда придёт осознание», – ой, ну надо же, а ты у нас теперь ещё и личным психотерапевтом заделался?
– Ира, иди к нам! – Хелен привычно устроилась за столиком с драконами-старшекурсниками и теперь махала мне оттуда рукой, тем самым прекращая нудную беседу с самой собой.
– Уже бегу! – ответила я, отправляясь на стол раздачи.
Не смотреть в сторону двух милующихся огненных драконов всё же было сложно, но я справилась и (по возможности) с чистой совестью отправилась на занятия. Несмотря на то что в академии периодически пропадают адепты, местная администрация закрывает на это глаза, и обучение идет в штатном режиме. Если проще: есть или нет адепта, уроки никто не отменяет. Как и домашние задания. Мне кажется, некоторые преподаватели только рады тому, что иномирян становится всё меньше и меньше. Например, магистр Сенча, преподаватель истории. Он готов был вызывать меня к доске едва ли не каждое занятие. Наверное, если бы другим адептам не нужно было бы зарабатывать себе камешки, то он непременно так и делал бы. А так мне везет, иногда отделываюсь всего парой ответов с места. Правда, стоит сказать что-то не так, как галька не заставляет себя ждать, а вот об изумруде мне стоит только мечтать, даже если отвечу на зубок всю программу.
– Адептка Смольянова, мне долго ждать ваш ответ? – вот и сейчас учитель был предвзят и спросил у меня то, чего я знать не могла в силу своего иномирного происхождения. Но кого это волнует? Вопрос задан учителем, и ученик обязан на него ответить. Ну а если нет, то…
– Третья большая драконья волна, и она же последняя, была порядка десяти тысяч лет назад, – но я много читаю, чтобы восполнить пробелы в своих знания о мире, в котором мне предстоит теперь провести всю оставшуюся жизнь.
– Что представляет собой упомянутое вами явление? – вопросы из магистра сыпались, как благодать из рога изобилия.
– Это миграция. Проще говоря, массовое переселение драконов из ещё не до конца сформировавшихся диких земель. Когда разделение на светлых и тёмных только прошло. Не все драконы были готовы примкнуть к одной из сторон, на которой находились территориально. И они были вынуждены отправиться в долгий путь, чтобы найти пристанище, – без запинки ответила я.
– Хорошо, – недовольно произнёс магистр и, к моему везению, переключился на другого адепта.
В коридоре после урока меня неожиданно выловил Феликс и сообщил о том, что меня вызывают в ректорат. В этот момент на меня словно вылили ушат холодной воды, потому что просто так туда не ходят. В голове стали всплывать картинки одна за другой, я стремительно размышляла, где могла оступиться.
– Свернём сюда, – Феликс неожиданно повернул в узкий коридор, что вел к техническим помещениям. – Сегодня я снова не смогу прийти на встречу с тобой.
Признаться, меня это уже не огорчало. Скорее, наоборот, давало возможность подумать, разобраться в себе. Понять наконец-то, что я чувствую к пятикурснику на самом деле. Он мне, бесспорно, нравился, но сердце рядом с ним молчало.
Уголки моих губ поползли вверх, потому что в ладони привычно лег стаканчик ланкера. Свежий, как всегда. Только что сваренный. Феликс всегда настаивает, чтобы я его пила незамедлительно, иначе испортится вкус. Странно, буквально на днях магистр Карде сказал мне, что всё совсем наоборот, чем дольше выдержать напиток, тем он приятнее. Возможно, пятикурсник просто об этом не знает. Ну, или это просто дело вкуса. В любом случае я не стала его расстраивать и быстро выпила содержимое, не забыв поблагодарить за заботу.
– Ах-ха-ха!
Стоило приблизиться к двери ректората, как по ушам ударил до боли знакомый смех. Только один челове… дракон может так смеяться в академии. Остановилась, занеся руку над ручкой, не решаясь войти внутрь. Мне совсем не хочется сталкиваться в очередной раз с белобрысым придурком.
Но выбора у меня не было. Ректор – это не та персона, которую можно заставлять ждать. А потому, легко повернув золотистую ручку вниз, я переступила порог приёмной, тут же невольно вперив свой взгляд на … парочку. Иначе назвать их у меня просто язык не поворачивался. Кисси Фликс сияла похлеще начищенного самовара, что стоял за печкой у бабушки в деревне. А этот, с позволения принц, наматывал на свой палец белокурый локон…. Не свой! Он сидел, перегнувшись через стол, и откровенно заигрывал с местной сутенёршей.
– О, явилась! – Кисси была недовольна моим приходом. Ну конечно, молодой член королевской семьи всяко лучше будет престарелого ректора, а я тут всю малину порчу.
Кисси поднялась из-за рабочего стола, едва ли не поправила грудь, привлекая и без того обширное внимание библиотекаря к своим женским прелестям. Провела пальчиками по плечу Санкальера, отчего должность самовара перешла к нему.
– Господин Силоноре, адептка Смольянова по вашему вызову пришла, – сообщила секретарша. Лилейный голосок при общении с мужским полом – это, наверное, у неё врожденное, потому что со мной интонация всегда другая. Прямо противоположная, я бы сказала.
– Пусть войдет, – услышала я голос ректора в приёмной.
– Дуй давай, – прошипела секретарша. Что и требовалось доказать, ни намёка на сочувствие. Неприкрытое злорадство, да и только.
Вскоре я почувствовала себя запертой в клетке с тигром, стоило двери за моей спиной закрыться. Пожилой дракон буравил меня взглядом, он был недоволен.
– Адептка Смольянова, Ирина с Земли, – произнёс ректор с тяжелым вздохом. – Вы, я смотрю, совсем забыли историю своей соседки. Или хотите её повторить?
– Что? – не сразу поняла я, к чему он клонит.
– Ваша соседка по комнате, Ариана. Вы приходили сюда и устраивали скандал, – напомнил мне ректор, о чём я и так прекрасно помнила. – Девушка была отчислена за неуспеваемость.
– Я не понимаю, к чему вы клоните. У меня с камешками всё в порядке, – да, не идеально, но далеко не картина отчисления. Хоть некоторые проблемы с успеваемостью и появились, в частности с практической стороны. Мои щиты стали слабыми, плетения не всегда удавалось закончить. А ещё периодически мучили вспышки головной боли. Но я справлюсь, всегда справлялась и сейчас переживу. Просто в моей жизни в последнее время много стресса.
И если так подумать, отчисление Арианы подставное, кто-то намеренно занизил в её зачетке камешки.
– Пока нормально, но если и дальше продолжите нарушать правила академии и ходить на ночные прогулки, пусть и с принцами, ничего вас не спасет от отчисления, – ректор это не сказал, он это просто выплюнул, и мне сразу стало не по себе.
– Этого больше не повторится, – произнесла я, рассматривая узор ковра под ногами.
– Я очень на это надеюсь, адептка, – прошипел ректор, он снова был нездоров, и этот напряженный разговор дался ему с трудом. Я видела, что утомила его, и потому, стоило увидеть небрежный жест рукой, стремительно покинула кабинет.
Вновь встретившись в приёмной с парочкой, которая продолжила миловаться, словно небольшого недоразумения в виде моего явления и вовсе не было. Они едва ли не целовались! Кисси нагло перегнулась через стол и теперь фактически нависала над белобрысым придурком, а он… Он жадно поедал её глазами!
Не получилось затащить в постель меня, так он переключился на эту вертихвостку! Снова дура. Я. Уже в который раз. В какой именно – сбилась со счету в последнее время. Думала, хоть немного ему нравлюсь, раз он проявлял ко мне симпатию, пытался защитить от неизвестного врага, а он… Он просто нагло соблазнял. И нет дела, кого именно. Женщина, значит, сойдет.
Волшебный мир…. То же мне, ничем не лучше нашего извращенного… У всех мужчин только одно на уме.
– Извините, что помешала, – сказала я, когда проходила мимо.
– Так иди и не мешай, – произнесла Кисси и сама же рассмеялась своей глупости.
– Не груби. Может, глупая девочка нашла лишний повод попялиться на принца? – предположил белобрысый придурок, особенно выделив слово «принц», отчего секретарша вновь захихикала.