Крис становится моим окончательно.
Он тоже медлил, тянул, замирал, всматриваясь в меня, жадно и восторженно.
Я ощущала приятное натяжение, почему-то не чувствуя первой боли. И с некоторой горечью поняла, что во мне больше оборотня, чем человека. Хотелось принять и запомнить эту ранку, но судьба не дала мне шанса.
Мы впервые были едины, бесконечно близки в тягучем танце тел, где каждое касание — нежное обещание, поцелуй — клятва, вздох — бесконечное признание первой любви. И не нужны слова, их заменяют стоны. «Люблю», — слышала я в дрожащих звуках, которые издавал Крис. «Твой», — сообщали мне его вскрики. И я вторила, отвечала, задыхаясь, подхватывая воздух, который он выдыхал, и мы взлетали вместе, не разбирая, кто первый, кто второй, потому что не было совершенно никакой разницы.
Он предлагал подарить мне весь мир, я утверждала, что вполне довольствуюсь Ера, как самым лучшим и единственно мне необходимым.
Под душем я пела. Быстро накинула амулет и оделась, потому что опаздывала на отработку своего последнего штрафного дежурства. Послала развалившемуся на кровати, совершенно неприкрытому, довольно улыбающемуся жениху воздушный поцелуй и вылетела из комнаты. Легкая, как воздушный шарик.
В коридоре, напротив двери Криса, прямо на полу, опершись спиной о стену и зажав голову руками, сидел Итан. Поднял на меня красные воспаленные глаза, вдохнул, расширяя ноздри, и отвернулся.
Ни слова не сказав, я проскочила, почти убегая, запылав щеками. Неслась по лестнице вниз, сбивая бродящих студентов. Я знала, что стены не полностью скроют звуки из комнаты, но совершенно не предполагала, что кто-то остановится и будет слушать.
Стыд какой.
Влетела в чью-то твердую грудь. Оттолкнулась в эмоциях. Передо мной стоял и недовольно кривил губы блистательный мистер Гох. Интересно, подобная красота приходит у них с холодностью или мистер Внемлите-Моей-Мудрости всегда был таким?
— Ерок, что ж вы носитесь, как безголовая?
Я замерла, принюхиваясь. Из-за того, что пантера стала намного спокойнее, вспышки ярких ароматов уже не беспокоили меня, и ощущала я нюансы запахов только вот так, стоя близко. И пах он… одним из семи запахов, который я почувствовала в нише. Теперь я знала, что там были наш декан, Самуэль из судейских и… мистер Кох. Осталось опознать четыре остальных.
— Молчим, значит… Иногда я удивляюсь, что в тебе увидел Ера. Хотя молодые непритязательны в коротких увлечениях.
— Я не короткое увлечение, — наконец сказала я, — я невеста Кристофера.
Мистер Кох посмотрел на меня жалостливо своими бирюзовыми озерами и пожал плечами.
— У Кристофера есть невеста, и его настоящее обручение никто не отменял. Он ввел тебя в заблуждение, провинциальная ты наивность.
До владений мисс Ирэн я добралась быстро, почти расталкивая всех по дороге.
— Мисс Ирэн, разрешите перенести сегодняшнюю отработку. У меня неожиданные изменения в жизни, которые хотелось бы уладить немедля.
— Поделишься потом?
Белокурое создание сидело, задрав ножки в синих башмачках на покрытый металлическим листом стол, без капли стыда сверкая нижним пышным подъюбником. Было чудом, как она ухитрялась выглядеть невинной и игривой в этих холодных стенах, пахнущих тленом и сильными опрыскивателями.
— Не уверена. Может быть, поделюсь.
Она подняла тоненькую изогнутую бровь. До этого дня я делилась с ней щедро и многословно.
— Беги уж. Не мне сковывать девичьи душевные порывы.
Она хихикнула и опять погрузилась в лист с очередным отчетом. Я развернулась и побежала обратно.
Ситуация была довольно проста. Мистера Эллиота Абрахама Гоха, вампира и преподавателя, я почти не знала, а вот с Крисом уже в разных переделках побывала, он мою жизнь не раз спасал и предложение как честный человек сделал. Поэтому я потребую от жениха ответа и всячески буду гневаться, если ответ мне не понравится.
Вряд ли Гох выдал совершенно ложную информацию, значит, набедокурил в чем-то мой Ера. И теперь придется как можно быстрее решить эту ситуацию, тем более от ее исхода зависели моя репутация и честное имя.
Ключа от комнаты Криса у меня не было, их вообще было только два: у проживающего и у администрации. Поэтому приходилось стучать. Впервые я постучалась кулаком.
Деревянная крепкая дверь жалобно заскрипела. С каждым днем я замечала возрастающую силу, как будто вживание в тело пантеры серьезно укрепляло и мой человеческий костяк.
Дверь в столовую я уже открывала довольно бодро. И хотя мои руки выглядели по-прежнему изящно и бледненько, но дверные ручки теперь приходилось держать крайне осторожно: чуть отвлекалась — и они начинали жалобно хрустеть.
На стон двери ответил недовольный Крис:
— Стукнешь еще раз — руки поотшибаю.
— Крис! Открывай немедленно. Это я!
Дверь открылась, и я пролетела мимо недоумевающего парня, успевшего всего лишь завернуться в простыню. Промчалась по комнате, остановила себя только у противоположной стены, резко развернулась и замерла. Ровная, готовая выслушать объяснения.
— Отнесись, пожалуйста, очень серьезно к тому, что я сейчас скажу. У меня очень плохие новости.
Он насторожился, подобрался весь, закостенев лицом.
— Что-то с твоими родными?
— Упавшие небеса, что ты такое говоришь! — Я всплеснула руками. — Надеюсь, с ними все хорошо. Это у нас проблемы.
— А…
Он стащил с себя простыню и стал одеваться, невольно сбивая меня с мыслей. Я залюбовалась на крепкие поджарые ягодицы. Смуглые, аппетитные такие.
— Мари, ты чего замолчала? Не томи, рассказывай, что там за новости.
— Так, — следовало сосредоточиться, — встретила я мистера Гоха, как обычно въедливого, словно кислота. И поделился он со мной новостью, что твоей невестой быть я никак не в состоянии. Крис, с кем ты был обручен и почему об этом я узнаю из сторонних источников?
Уже надевший брюки и застегивающий рубашку вампир замер. Совершенно нечеловеческим движением изогнул шею, окатив взглядом. Зарычал и заметался по комнате. В дальний угол просвистел стул и раскололся о стену. Это неожиданно меня успокоило.
— Крис!
Я строго повысила голос, вспоминая свою учительницу по домоводству. Препротивная была персона, но гомонящий класс успокаивать умела в секунды.
Вампир замер с занесенным для броска учебником.
— Крис, милый, что изменится от того, что ты разнесешь на кусочки комнату? Лучше давай сядем, и ты введешь меня в курс этой явно пренеприятной истории.
История оказалась действительно с душком. Будучи наследником рода третьей очереди, Крис обязан был или жениться, или хотя бы номинально обручиться. Магический род Ера — исследователи, ученые, артефактники, слишком часто погибающие в своих лабораториях в процессе опытов и любознательных копаний. Этим правилом пытались заставить молодежь рано продолжить род и, как это ни удивительно, ухитрялись производить все новые поколения сильных магов.
Условием этого весьма номинального обручения стало наличие магической крови у невесты и происхождение из магической семьи. Поэтому у Кристофера действительно когда-то была невеста, которую он видел один раз при подписании бумаг.
Но само обращение в вампира полностью аннулировало его брачные обязательства. Новые социальные потребности вампиров были таковы, что любые матримониальные договоренности для вампира считались расторгнутыми и к выполнению не обязывались. Крис и думать забыл об этой девушке.
Но в Юридическую Академию, чтобы заинтересовать убийцу, он поступил как человек. Пока не будет объявлено о вампиризме Криса, он считается обрученным, а я — его самоназванной временной пассией.
Унылые небеса! Я временная девушка для развлечений, болезненная провинциалка, которую хитрый Ера обманывает.
Крис был разъярен.
— Гох не знает, что я вампир. Только ректор и декан факультета в курсе. Сам факт, что он нашел возможность без явных на то причин сообщить тебе о невесте, говорит о его желании поссорить нас. Информация закрытая, мы не афишируем номинальных невест, чтобы узнать об этом, нужно серьезно копать под Ера. Зачем ему это?
— А еще он пахнет как один из ниши, где прятался убийца, — мстительно добавила я и сжала кулаки.
— Если его назначат моим защитником на суде и он узнает о вампиризме, станет ли он меня по-настоящему защищать или сольет Этель?
Я охнула, прикрыв ладошкой распахнутый в ужасе рот.
— Может быть, твой сир знает о нелюбви Гоха к Ера, и это и было основанием для ее уверенности, что тебя будут плохо защищать?
— Немедленно идем к декану, — сказал Крис.
Все это важно, конечно, но он так и не дал возможности задать вопросы о себе, думала я, спеша за Крисом по коридору.
Мы почти пролетели мимо сонного секретаря, определенно оборотня по природе, но сейчас я все реже на расстоянии определяла запахи. Мои способности перестали то внезапно зашкаливать, то бесследно исчезать, а становились ровнее и стабильнее. Притормозив у кабинета, чинно постучали.
Дверь, начиненная артефактами так, что торчала механизмами, как иглами, медленно отворилась.
— На ловца и зверь бежит, — многозначительно произнес мистер Донахью при виде нашей парочки.
Я тут же задержалась на шаг позади Криса, потому что, кроме ректора, в комнате был незнакомый мужчина, а незнакомых я опасалась, автоматически стараясь мимикрировать под стену.
— Кристофер, вы вовремя, проходите. — Тут декан заметил меня и решил представить гостю. — Обратите внимание, мистер Дудль, скромная девушка, пытающаяся изобразить пустое место, это сильный оборотень, которого мы с нашим доктором, мистером Фонтенем, давно хотим изучить. Прошу любить и жаловать, мисс Мари Ерок. И мистер Джаспер Дудль, государственный следователь-криминалист, занимающийся неприятными происшествиями в нашей Академии.
— Не та ли это Ерок, присутствовавшая на покушении, которую, в отличие от уважаемых Торша и Ера, вы так и не дали нам допросить?