тому, что наполовину полон. Хотя буду ли я пользоваться им вообще? Эти капли мне как-то не особо помогали при заложенности носа. Значит, и инструкцию в макулатуру...
А это что? Таблетки обезболивающие. Четыре блистера, из каждого выщелкнуто по паре таблеток. М-да. Надо в сумочку положить один начатый и его “добить”.
Я доставала из пакетиков и косметичек самые разные таблетки, вертела их в руках, пытаясь понять, от чего их вообще нужно принимать. Тут же еще бабушкины, а ей уже никакие лекарства не понадобятся... Может, маме отнести — она разберется? Ой, точно, может, тут все давно просрочено?
Так и оказалось. Все таблетки, оставшиеся от бабушки, уже не годились. Я набивала ими сначала маленький пакетик из аптеки, потом достала большой. Этак я целый пакет наберу! Жалко, их ни отдать, ни сдать нельзя...
Хотя.
“Саш, — напечатала я, — привет! А вот такое куда сдавать правильно?” — И отправила ей фото всех этих блистеров и флаконов.
Коробочки и инструкции я все сплющила и собрала в сумку с макулатурой.
Даже в своих лекарствах я нашла что-то странное, вроде таблеток от аллергии, которой ни разу не страдала. И еще сироп от кашля с липким бочком — кажется, мама мне его советовала. А еще шприцы и ампулы непонятных мне лекарств. Ну, корвалол — это от сердца. А это что такое — цефотоксим? Дикло... Ладно, в любом случае, все равно все просроченное.
Теперь на холодильнике негде было порезвиться хламовичкам. Ни пылинки. Все оставшиеся лекарства поместились в две небольших пластиковых коробки, причем я в одну сложила свои лекарства, а в другую те, что не знаю, бинт и несколько стерильных шприцов. Погуглю потом названия.
Еще нашлась пара пачек ватных дисков — вот, переложу в ванную, и покупать будет не надо. И ватные палочки, полпачки. Ну, тоже пригодятся.
Я даже залюбовалась, как аккуратно все стало на холодильнике. Эх, и зачем я не догадалась сфоткать, как оно было до моего расхламления!
Зато на полу стояли пакеты, валялась оторванная штучка от календаря. Штучку я бы еще недавно выбросила в мусор, но я так впечатлилась Сашиной страничкой, что мне хотелось внести и свой вклад в сохранение природы. Помню, как мы отдыхали на даче у подруги, и все выходные были испорчены вонью от горевшей свалки...
Поскольку Саша мне пока не ответила, я решила похвастаться перед Светкой своим расхламленным холодильником. Отправила ей фото лекарств, которым предстояло покинуть мой дом, а заодно и фотку чистого холодильника.
“Помнишь, ты хотела, чтоб я там разобралась? — сопроводила я фотки вопросом. — Вот, смотри, разобрала аптечку!”
Но реакция подруги меня сильно обескуражила.
“Ты что??? — Светка поставила несколько ужасающихся эмодзи. — Надо было подождать!”
“Почему? — удивилась я. — Ты же сама меня просила там расхламиться!” “Так я и не знала, что там у тебя аптечка!” — продолжила ужасаться Светка.
“И что такого-то? Готовь сани летом... И аптечку до сезона простуд,” — пошутила я.
“Аптечку расхламлять — плохая примета! — еще больше ужаснулась моей неосведомленности подруга. — Я же тебе писала, скидывала посты про то, что разбирая хлам, мы можем всколыхнуть негативную энергию. После разбора аптечки всегда заболеваешь! Я так точно. Два раза разбирала, и оба раза были последствия! А у нас выпускной на носу, ты его проболеть хочешь?”
“Не хочу, я же деньги сдавала, — не сдавала позиций я. Вот еще глупости! В приметы я не верю. Хотя на сердце царапнуло — в домовых я тоже не верила, а сейчас представить свою жизнь без Домани не могу. И хламовичок такой миленький! — И вообще, про какие последствия ты говоришь?”
“Ну, когда я в марте болела, — напомнила подруга. — Температура была, и вообще!”
“Свет, я тоже тогда свалилась, грипп же ходил, — ответила я. — Я же ничего не разбирала. И Машка моя болела, а она-то уж точно не знает даже, где в доме аптечка! А второй какой случай?”
“Когда с окна свалилась. Я в тот день тоже таблетки перебирала и витамины просроченные выкинула.”
Нет, кажется, мне все-таки не грозит заболеть
“Я окна мыть не буду, обещаю,” — напечатала я и закрыла свой аккаунт.
Нет, я обожаю Светку. Она клевая. Но вот по части примет и всяких энергий мы с ней никак не можем сойтись во мнениях.
Перспектива заболеть меня не радовала, и я решила что-нибудь сделать для укрепления здоровья. Сварила себе компот из завалявшейся в морозилке ягодной смеси. Подготовила все к завтрашнему вручению дипломов. Даже вспомнила про парикмахерскую и укладку. К счастью, та, куда я обычно ходила стричься, оказалась свободной в нужное время. Ну вот и отлично все складывается.
Глядя на подготовленный наряд, я была в каком-то восторге. Непривычной была мысль, что я завтра спокойно встану и мне не надо будет судорожно бегать и все искать, вываливая содержимое шкафов наружу. А потом еще и возвращаться в разгромленный дом.
И вообще, дом, кажется, начал потихоньку становился местом, в котором мне было все приятнее находиться.
На всякий случай я позвонила маме, как бы между прочим спросила про ключи. Мама ответила, что ключи она вроде бы вешала в прихожей и домой не забирала. Хотя я не знала, можно ли этим словам доверять. Иногда мама что-нибудь перекладывала в более “подходящее” место, а потом не могла вещь найти, потому что более подходящее место оказывалось совсем не логичным.
Снимая постиранные вещи с веревки, я обнаружила, что на одной из кофточек так и не отстиралось пятно. Кажется, где-то под ванной были отбеливатели и пятновыводители.
Вот уж если где и есть негативная энергия, так это у меня под ванной! Какая же там свалка! Старые, засохшие, каменные на вид и на ощупь тряпки. Три вскрытых и подмоченных картонных коробочки со стиральными порошками, отсыревшими и слежавшимися в комки. Две жидкости для мытья стекол. Карандаш-пятновыводитель, до которого я бы без ручки от швабры не дотянулась. Оказался еще и просроченным. Растрепанные мочалки, которыми явно до этого мылись — долго и тщательно, а потом неизвестно зачем сохранили. Губки в упаковке. Куски потрескавшегося хозяйственного мыла. Шампунь, который я потеряла, а он, оказывается, упал под ванну. Пара пробников гелей для душа, чья глянцевая поверхность покрылась грязным налетом. Салфетка после депиляции в фольгированном пакетике. Ой, мой любимый пинцет! Самый удобный! Я после того, как потеряла его, три раза на замену покупала — все не то!
Вот удивительно, как все это помещалось под моей крошечной ванной.
И еще удивительное, что оттуда ни один хламовик не выскочил. Уж в таком-то месте... Или даже для них такой бардак чересчур?
Пинцет я отмыла. Просрочку и мочалки сложила в мусорный пакет. Хорошо, что рядом со мной нет никого, кто бы сейчас убеждал меня, что такими мочалками еще можно что-то чистить. Мне и прикасаться-то к ним не хотелось, не то что чистить.
Та же участь постигла и тряпки. Мыть их не хотелось. Тряпки у меня и так есть. Одной такой я и воспользовалась — как следует протерла пол под ванной, конечно, до самой стены я толком не дотянулась, но хоть что-то! Губки я отнесла на кухню, пригодятся. Насчет мыла поскребла в голове, пытаясь собраться с мыслями. Вроде бы оно лежит вечно. Попробовала на одном кусочке — ну да, мылится. В общем, ладно, пусть под ванной пока полежит, только с краю. Теперь-то я о нем знаю и не забуду. Пробники отмыла под струей воды и решила использовать вечером, когда буду мыться.
Пинцет тоже тщательно отмыла, просушила и положила в свою косметичку. Вытащила оттуда три своих неудачных “заменителя”. Оставила один, а два остальных положила на стол. Отдам их или опять у Сашки поинтересуюсь, берут ли такое в металлолом. Если не берут, выброшу. Все равно слишком неудобные, чтобы их кому-то даром предлагать...
Ух, вот это я сегодня расхламилась! Прямо надо себя чем-то еще побаловать, кроме компота. Я почувствовала себя усталой и решила отложить расхламление на завтра. Сейчас сяду и. например, дочитаю ту самую книгу, которую я начала и бросила. Зря я ее, что ли, купила.
Я принесла себе чай, печенек на прикроватную тумбочку, взяла с полки книгу и только сейчас обратила внимание на странный писк в ведерке. Более тоненький и.
Так и есть! В ведерке сидел не один хламовичок, а трое. Мой отмытый желтенький и два поменьше — красный и розовый.
Ого, вот так сюрприз!
Я стояла около ведерка, а в голове крутились слова из мультика: “Брали-то мы одну корову, а теперь у нас две получилось!”
Кажется, мой пойманный хламовичок оказался хламовичкой. Хламовичихой? Хламовушкой? Хламочкой?
Главное, чтобы их к утру еще десяток не развелось. Выпускать же придется...
Я решила срочно заняться новым домом для этой семейки. Эх, плакал мой неторопливый чаечек с книжкой!
Чай и печеньки я сгрызла по-быстрому, раздумывая, что бы приспособить под хламовячье жилище. В конце концов сняла со шкафа старую коробку из-под пылесоса, забитую кусками пенопласта, пупырчатой пленкой и еще какими-то пакетами, протерла ее изнутри тряпочкой, а пленку и прочее упаковочное сложила просто в полиэтиленовый пакет, пакет же бросила в переполненную кладовку. Кроме пенопласта, конечно. Не нужен он мне. Может, и его даром выставить? Помнится, одной моей знакомой, Геле, вечно что-то требовалось для рукоделия. Так, а что теперь с этой коробкой делать?
Я пожалела, что отдала старые полотенца в приют. Эх, сейчас бы одно подстелила... Но, подумав, я решила пожертвовать свое банное. Оно махровое и пушистое, но уже старенькое, полинялое какое-то, и затяжки на нем есть. А в шкафу много других. Так что пусть послужит подстилочкой.
По высоте коробка должна быть достаточного уровня, чтобы не выпрыгнули. Но кто его знает, как они лазить умеют. Коготочки-то есть. Так что я решила взять старую тюль с неотстиранным желтоватым пятном и сделать из нее своеобразную крышу. И воздуха им хватит дышать, и так сразу и не процарапают, наверное.
В общем, остаток вечера я потратила на то, чтобы смастерить своим неизвестным науке питомцам просторный домишко. Воду туда поставила, еду положила. Все заглядывала в ведерко, не кормит ли “мама” свое потомство молоком. С другой стороны, вроде и живот у нее пушистый, меховой, никаких сосков набухших не видно, как у кошек или собак. Они вообще млекопитающие или как?