Именно от этой мысли стало так больно на душе, словно кто-то вонзил в меня острый кинжал и несколько раз провернул его.
Мне больно и тоскливо одновременно.
— Что мне делать? — обратилась к Даррену.
Мой муж, переведя взгляд с Алана на меня, смягчился:
— Для начала, можешь ненадолго расслабиться и провести остаток вечера так, как хочется именно тебе. Не думаю, что сегодня тебе хоть что-то угрожает. А вот завтра…
Я напряглась.
— Завтра состоится второй этап турнира, Дарина. И тебе нужно быть готовой к нему.
В недоумении смотрю на него.
— Ты хочешь, чтобы я развлеклась, когда вокруг происходит что-то непонятное?
— Я хочу, чтобы ты ни о чём не переживала. Предоставь все проблемы мне, — и он притянул меня к себе, заключая в объятия. — Знай, что я никому не позволю тебя обидеть или как-либо навредить. Ты — моя жизнь, родная. И я безумно тебя люблю.
Прижалась к нему, чувствуя, как под щекой бьётся его сердце: удары чёткие, сильные и размеренные. Он спокоен и уверен в том, что говорит. И мне так хорошо рядом с ним. Тепло его тела будто обволакивало меня, словно кокон, даря уют и спокойствие.
— Так что, отправимся обратно на бал? Ещё немного потанцуем?
— Нет, — отрицательно покачала головой, — пойдём домой.
Я не видела, но почувствовала, как он кивнул, а затем обратился к вампиру:
— Алан, на тебе и Хоке безопасность Академии и наших гостей. Если будет что-то срочное, ты знаешь, как со мной связаться.
Затем, не дожидаясь ответа Ройса, Даррен открыл портал, в который мы шагнули, оставляя позади себя бал, который был в самом разгаре и все тревоги, что настойчиво пытались завладеть моим разумом.
Сейчас остались только я и мой муж.
Глава 66
Я сидела на кровати, переодетая в длинную ночную сорочку на тонких бретельках и в лёгкий халатик с широким пояском.
В голове всё никак не укладывалось, что Леор жив.
Столько времени! Так мучительно долго…
Мой муж сидел за письменным столом, что-то читая и записывая. Казалось, его больше ничего не интересует — полностью сосредоточен на своём занятии. А может, мне это только кажется. Хотя…
Нет-нет, но он всё же иногда кидал на меня обеспокоенный взгляд.
Леор жив.
С одной стороны я понимала, почему он так поступил — не сказал, что выжил после того тяжёлого ранения, но с другой…
Он заставил меня поверить в его смерть. Страдать несколько месяцев, оплакивать…
А теперь заявился, словно ничего не произошло, умалчивает о важных вещах, которые касаются непосредственно меня саму, и хочет, чтобы я ему доверяла.
Но как?
Я ведь не знаю, что с ним произошло в плену у Чёрного дракона. А что, если он снова под заклятьем? И проверить я этого, увы, не могу, пока не вернулась Сила.
Я хочу поверить, что Леор не изменился, что остался таким же хорошим и преданным парнем, которого я повстречала, когда только пришла в этот мир, вернее, когда освободила его от заклятия, которое наложила на него Найрин. Но… я не могу рисковать. Только не тогда, когда осталась без своих магических способностей.
— Почему ты не рассказал мне? — шёпотом спросила у Даррена.
Демон отложил писчее перо в сторону и посмотрел на меня.
— Я про Леора. Почему ты не рассказал? Ты же видел, как мне было тяжело. Как я оплакивала его.
Магистр вздохнул, поднимаясь из-за стола и направляясь ко мне.
Сев рядышком на кровать, из-за чего она прогнулась под его весом, он некоторое время молчал, но затем всё-таки ответил:
— Потому что это была не моя тайна, Дарина. Это было решение Леора. И поверь, те слёзы, что ты пролила из-за этого, тяжким грузом осели в моём сердце. Но теперь я не совершу ничего, что снова заставит тебя плакать. Если только от счастья. Но точно не от горя. Каждый раз, видя, как ты страдаешь из-за того, что думала, будто Леор погиб, я хотел тебе рассказать, что это не так. Успокоить тебя… Твои слёзы — мои раны на душе. Но я дал слово, что сохраню этот секрет до тех пор, пока Леор сам не решит тебе об этом сообщить, пока снова не придёт к тебе… Но больше, родная, никаких секретов, никаких тайн от тебя.
— Как давно ты знаешь о том, что он всё это время был жив? — смотрю на него, а у самой в глазах застыли слёзы.
— Почти с самого начала — как только Алан вернулся с земель детей леса.
— Так долго, — покачала головой, обнимая себя за плечи.
Отчего-то стало так холодно, будто кто-то впустил в комнату морозный ветер. Кажется, даже на душе осели маленькие кусочки льда, заставляя меня дрожать изнутри.
— А… а Хок?
— И он, — подтвердил мои подозрения Даррен, с сочувствием глядя на меня.
Медленно поднялась с кровати и подошла к огромному окну, за которым уже царила ночь, а на небе появился серебряный серп, тускло освещая этот мир, который теперь мне показался таким чужим и бездушным.
Они все знали… Знали, и не сказали мне.
Одинокая слеза скатилась по щеке, и я не стала её вытирать. Горечь сжигала изнутри, оседая тяжким грузом на сердце, а ком встал в горле, не давая нормально дышать.
Я, скорее, почувствовала, чем услышала, как Даррен поднялся с кровати и сделал пару шагов в моём направлении, но остановился, словно не решаясь подойти поближе.
— Я чувствую, как ты грустишь, родная, — шепчет он, и у меня в душе всё обрывается.
Не могу… я так больше не могу!
Слёзы потекли по щекам, а плечи начали вздрагивать.
Почувствовала, как руки моего демона притягивают меня к его широкой груди, а затем заключают в объятия. Я не сопротивлялась. Да и зачем?
Так мы и стояли — в полной тишине. Да и что можно было сказать?
Конечно, неприятно, что так произошло, что самые близкие утаили столь важную информацию. Но и понять я их могу. Даррен обещал ничего не рассказывать мне. Никто не хотел подвергать меня опасности. Возможно, если бы я знала, что Леор жив и что хочет сделать, то захотела бы ему помочь или же, наоборот, отговорить от этой идеи. А так… он выследил Найрин и того, кто желал завладеть моей Силой.
Сейчас, стоя в объятиях любимого, я начала по чуть-чуть понимать, почему Леор так поступил.
Возможно, он и не под чарами. Если учесть, что Силы во мне пока нет, то, получается, что и Валлар Данвар мне не опасен. Зачем ему та, в ком больше нет магии? Я потеряла для него свою значимость.
Возможно, мне всё же стоит с ним встретиться, но не сейчас.
Пусть, сперва, завершится Турнир Четырёх Академий, а дальше будет видно.
— Я устала, — поворачиваюсь в объятиях любимого и пытаюсь заглянуть ему в глаза, но это крайне сложно, если учесть разницу в нашем росте. — Идём в постель.
Даррен наклонил и поцеловал меня в макушку.
— Ты ложись, а мне ещё немного нужно поработать.
— Что-то важное? — спрашиваю, смахивая ладонью с щёк слёзы.
— Можно сказать и так, — пожал он плечами, глядя на меня сверху вниз.
— Не поделишься? — нерешительно улыбнулась.
Даррен тихо хмыкнул.
— Давай ты ляжешь, а я тебе расскажу то, что мне стало известно.
Кивнула, и Даррен, снова поцеловав меня в макушку, подтолкнул в сторону нашего с ним супружеского ложе.
Стоило только мне улечься, как он присел рядом, поправляя мне одеяло, а затем, улыбнувшись, произнёс:
— Эрран передал мне сообщение.
Вопросительно выгнула бровь, поудобнее устраиваясь на мягкой постели.
Интересно, как у нег там дела с Брианой?
— Мы о многом с ним разговаривали, но он кое-что вспомнил. Как-то раз, довольно давно, наш отец при нём упомянул одну деталь, на которую Эрран, сперва, не обратил внимания, но сейчас… — он покачал головой, — в свете новых сложившихся событий, это может иметь значение.
— Что твой брат тебе сообщил? — я почему-то затаила дыхание.
— Эндмар как-то раз, под действием крепкого хмеля оговорился, что у него есть непобедимое войско, которое, если понадобится, может свергнуть любого правителя. Но для этого нужна огромная Сила, которую ему могут дать только избранные этим миром.
— А он не упомянул, что за войско и что ха избранные?
Даррен отрицательно покачал головой.
— Но с учётом того, что регент примкнул к Тан Сэррею, можно предположить, что у нашего с Эрраном отца теперь имеется всё, чтобы нанести свой удар. Думается мне, что те самые избранные — это Источники. Вот, почему он так жаждал заполучить каждого носителя этой древней Силы.
Я задумалась. Какая у правителя Эйроса может быть мощь, чтобы она могла свергнуть любого правителя? А что, если это то, что некогда свергло и моих предков?
О чём я и сообщила мужу.
— Может быть, — кивнул он. — Исключать ничего нельзя. Но и проверить не представляется возможным: отец никогда не питал ко мне тёплых чувств, так что сомневаюсь, что он расскажет мне о том войске, о котором он как-то упомянул при моём брате. А Эрран в открытую пошёл против Эндмара. Теперь правитель не доверяет ему. У нас больше нет возможности проникнуть на территорию дворца незамеченными. И уж тем более, я сомневаюсь, что Тан Сэррей раскроет мне или Эррану свои секреты. Нет, он станет действовать скрытно. По крайней мере, пока.
— Что же нам делать, Даррен? — я была обеспокоена.
Войско… кто же это? Кто настолько могущественен, что может свергнуть любого?
— Не терять бдительность, родная. И готовиться. Завтра, на турнире, я усилю защиту вокруг арены. Алан будет следить за периметром. Эрран так же будет там. Как и Бриана. У моего брата на службе имеются проверенные демоны, а так же ищейки, которые преданы ему и готовы жизнь за него отдать. Если мы заметим, что что-то происходит, то остановим турнир — нельзя подвергать опасности мирных граждан.
Согласно кивнула, а муж продолжил:
— Но если Тан Сэррей всё же нападёт, то нам всем придётся непросто. Мы не располагаем войском, как Эндмар. У нас есть только мы сами, Дарина.
— Можно попросить драконов присоединиться к нам. Я поговорю с Брианой. Они её послушают…