Я с надеждой покосилась на блокирующий артефакт и вздрогнула, когда мужчина расхохотался.
— О нет, этот — исправен, — протянул он. — Нужно быть совсем идиотом, чтобы вернуть тебе магию.
— А знаешь, — неожиданно приняла я непростое решение, — магия мне и не нужна. По крайней мере, чтобы сделать это…
И я, вскинув руку, ударила опрометчиво ставшего слишком близко недоброжелателя основанием ладони в челюсть. Хруст и громкий вой стали музыкой для моих ушей.
Правда, и расплата последовала незамедлительно. Убежать я не могла — ловушка прочно удерживала меня на месте. Поэтому, когда мужчина схватил меня за шею огромной ладонью, сжимая практически до хруста и противных чёрных точек перед глазами, а второй — вывернул мою сломанную руку, я мгновенно провалилась в темноту.
И моим последним воспоминанием стали ледяные глаза любимого мужчины, в которых сейчас плескалась ненависть. И, будь этот Кейлан настоящим, я предпочла бы умереть, но никогда не видеть в его взгляде таких эмоций.
Глава 38
Лайза Экирей
В себя я пришла рывком. Сначала даже не поняла, что случилось, и где я нахожусь. Но память вернулась практически сразу, подбросив все подробности произошедшего.
Голова болела, язык во рту ворочался с трудом, а к шее невозможно было прикоснуться. Сломанная рука опухла и практически не двигалась, отдаваясь острыми приступами боли. И эти обжигающие волны — единственное, что согревало меня в этот момент. Изодранное в клочья платье не защищало от промозглой сырости, а обуви у меня, и вовсе, не было.
— Да чтоб вас всех… — прошипела я, пытаясь разглядеть хоть что-то. Безрезультатно.
Дрожа от холода, поднялась и попыталась на ощупь исследовать место, в котором оказалась. В кромешной темноте было слышно лишь моё надрывное дыхание и какой-то тихий скрежет, будто десятки маленьких когтей царапали толщу стен, стараясь подобраться ко мне поближе.
Аккуратно ведя здоровой рукой по каменным плитам, обошла крохотное помещение, больше похожее на каменный мешок, и пришла к неутешительному выводу — здесь не было ни окон, ни дверей. И, либо меня бросили в подвал, и где-то вверху находился люк, до которого мне всё равно не добраться, либо сюда можно попасть только порталом. И я даже не знала, что из этого хуже.
— Эй! Есть здесь кто-нибудь? — крикнула, а точнее, прохрипела я, и вздрогнула от гулкого эха, отразившего мои слова от стен. — Что, совсем никого?
Неожиданно стало страшно. Зачем я, вообще, кому-то понадобилась? Что, если для этих людей не имеет значения, жива я или мертва? А без магии я вполне могу тут умереть, и очень быстро. Ну, не могут же они этого не понимать?!
Вздохнув, я принялась нарезать круги по своей камере, банально, чтобы не замёрзнуть, но совсем скоро силы меня окончательно покинули, и я сползла на холодный пол в углу, обняла себя за колени и задумалась.
Тишина сводила с ума. Как и то, что я понятия не имела, сколько прошло времени с момента, как меня уволокли с бала. Ищут ли меня? Смогут ли помочь?
Нет, в том, что Кейлан меня не оставит, я не сомневалась, но… Было слишком много этих “но”.
От бессилия хотелось выть… Пожалуй, впервые в жизни от меня самой ничего не зависело. Прикрыв глаза, прислонилась затылком к холодной стене и затихла.
Для начала, стоило проанализировать, зачем, вообще, кому-то понадобилось меня похищать, и связано ли это с предыдущими покушениями. Если да — дела мои плохи. Впрочем, гадать об этом можно было бы целую вечность, но так и не приблизиться к истине.
После множества версий, хриплым шёпотом высказанных вслух, я всё же пришла к выводу, что во всём виноват мой отец. Точнее, то, что он — король Рейфгорна.
Пока Рамир Третий не обратил на меня внимание, меня просто пытались превентивно устранить, чтобы я даже случайно не вмешалась в гонку за трон, которая началась бы, если бы Изабель удалось как-то устранить. Да хоть выдать замуж.
Вот только я столько лет с этим справлялась, что для меня вряд ли бы что-то изменилось, не реши Его Величество представить меня всем.
А ещё я вдруг задалась вопросом, а сбежала ли Изабель? Или её, как и меня, похитили таинственные заговорщики, чтобы расчистить себе дорогу к власти или воздействовать на отца? Что, если королю уже выставляли какие-то требования, но он решил, что, раз у него есть “запасная” дочь, грех этим не воспользоваться?
Бред какой-то…
Мысли, мысли, мысли… Они толкались в моей голове, вспыхивали безумными озарениями и тухли под натиском моих же аргументов. Кажется, именно так и сходят с ума — разговаривая с самой собой.
Но что мне ещё оставалось делать, находясь в шаге от смерти? От холода я уже практически не чувствовала половину своего тела. Горло саднило, а из носа текло. Просто чудесно! К полному отсутствию магии, сломанной руке и многочисленным ушибам добавилась ещё и простуда. Если меня не убьют заговорщики, вполне может доконать банальная лихорадка.
Эх… Мне бы хоть капельку магии…
Я попыталась уловить колебания силы, надеясь на какое-то чудо, но тщетно.
Как же я жалела в этот момент, что мы с Кейланом не завершили нашу связь! Даже если бы я не смогла воспользоваться его резервом на расстоянии, по крайней мере, имела бы возможность мысленно его позвать! А ещё — меня согревали бы воспоминания о лучшей ночи в моей жизни. В том, что она была бы лучшей, я почему-то не сомневалась.
Сердце затопило нежностью и сожалением об упущенном моменте, которое горечью осело на языке. Как жаль, что я так и не услышала заветные слова, в которых сейчас нуждалась. Как жаль, что сама не сказала Кейлану, что люблю его — моего ледяного снаружи, но такого горячего внутри, мужчину.
— Кей, — прошептала я и в сотый раз потянулась к нашей связи, которую с моей стороны обрывала глухая стена.
Как же я хотела послать ему хоть часть эмоций, что переполняли меня. Чтобы он убедился, что чувства, которые я к нему испытываю, самые искренние. И к связи, что соединила наши души, не имеют никакого отношения.
Понимая, что это бесполезно, я всё-таки позвала Кейлана. А затем ещё раз, и ещё, и ещё…
А потом вскочила, озарённая догадкой:
— Зов… точно!
Лихорадочно шаря здоровой рукой по полу, нащупала небольшой острый камешек, видимо, отколовшийся от стены и, зажмурившись, полоснула им по ладони, зашипев от мгновенной боли.
Учитывая, что в крохотном помещении не было никакого освещения, рисовать руны пришлось по памяти, измеряя расстояние пальцами. Конечно, доступа к магии, чтобы активировать рисунок, у меня не было, но! Она текла в моей крови, жила в каждой клеточке моего тела. Вместе с кровью просачивалась на холодные каменные плиты и тускло мерцала в зловещей темноте.
Я упорно чертила знак за знаком, макая пальцы в густую вязкую жидкость, а вместе с кровью из меня уходили и остатки сил. Наконец, закончив, приложила порезанную ладонь к получившейся вязи рун и сосредоточилась.
Магия крови — особенная. Чтобы ею воспользоваться, не обязательно быть одарённым или иметь огромный резерв. Достаточно принести кровавую жертву Хаосу — свою или чужую, это уже как позволит совесть.
Слова Зова сами срывались с моих искусанных губ. Они шли из самого сердца и разносились в пространстве, заставляя вибрировать нити мироздания. Вряд ли я смогла бы дотянуться до бабушки или отца, но любой, в ком текла хоть капля крови нашего рода, мог услышать меня, находясь на не слишком дальнем расстоянии, и, если не прийти на помощь, то хотя бы попытаться разобраться, что происходит. Или сообщить, куда нужно.
Это был мой призрачный шанс, и я им воспользовалась. А дальше… Дальше мне оставалось только ждать. Перетянув порез на ладони обрывком платья, прислонилась к стене и прикрыла глаза.
Видимо, я ненадолго провалилась в забытье, потому что очнулась от ослепительно яркой вспышки и гула портала, открывшегося рядом со мной. Оттуда шагнула высокая стройная девушка в кожаных брюках и корсете, надетом поверх ослепительно белой рубашки, и нервно отбросила длинную косу за спину, прошипев:
— Что за..?
Портал схлопнулся, снова погружая комнатушку во мрак, а затем к потолку взлетел целый рой магических светляков, заставивший меня зажмуриться от ослепительно-яркого света.
Сморгнув набежавшие на глаза слёзы, я посмотрела на незнакомку и криво усмехнулась, отметив до боли знакомые черты.
— Изабель, я полагаю? — прохрипела я и, придерживаясь за стену, попыталась встать.
Девушка вскинула тонкие брови, ещё раз прошлась по мне взглядом и отзеркалила мою ухмылку:
— А ты, значит, Лайза? Теперь я понимаю, почему он так удивился…
— Кто? — сипло спросила я, с трудом улавливая ход её мыслей.
— Неважно, — отмахнулась она и, бросив на меня ещё один взгляд, нахмурилась. — Жутковато выглядишь, сестрёнка. Ничего-ничего, сейчас мы отсюда уберёмся…
Она подошла ко мне и с силой, которой я не ожидала в таком хрупком теле, вздёрнула меня вверх, подставив плечо. К моему огромному удивлению, Изабель оказалась выше меня на полголовы и намного стройнее, хотя я на свою фигуру не жаловалась.
Придержав меня одной рукой за талию, сестра взмахнула второй, очерчивая рамку портала, и озадаченно нахмурилась, когда ничего не получилось.
— Постой-ка здесь, минуточку, — быстро проговорила она, прислонив меня к стене. — Попробуем по-другому…
Но, ни новая попытка, ни артефакт перемещения, не сработали. Я попыталась было объяснить ей, в какой заднице мы оказались, но Бель лишь раздражённо отмахнулась, пробуя всё новые и новые варианты выбраться отсюда или хотя бы связаться с кем-то за пределами этой комнаты. Тщетно.
— Ладно, рассказывай, — нехотя сказала она, признав, что выбраться отсюда так просто не получится. — Что это за место и как ты здесь оказалась?
Пока я кратко изложила ей всё, что случилось со мной за прошедшие пару дней, принцесса залечила мои раны, щедро поделившись своей энергией и артефактами. Когда даже от перелома не осталось и следа, а я подытожила всё, что смогла сложить воедино, Изабель нагрела плиты под нами огненной руной и устало опустилась рядом.