— О, — сказала я.
— Незабываемо, — прошептал Финли.
И я вынуждена была согласиться. Такого я не видела и вряд ли увижу когда-нибудь.
Он увлек меня в следующий зал, обнимая за талию. Мои щеки раскраснелись. Я была абсолютно в себе, но совершенно беспомощная и смущенная увиденным.
— Все хорошо, детка, — слышала я голос спутника, — смотри, тебе это тоже понравится.
Из небольшой полутемной комнаты в меня ударила душная волна тяжелой ауры сладострастия, чистого, незамутненного и раздирающего нутро. Отзываясь тянущей болью внизу живота. Я жалко ахнула, а Финли продолжал тянуть внутрь комнаты мое ослабевшее тело.
На круглом постаменте под дробь барабанов и предельный визг скрипок прекрасный юноша-вампир ходил среди трех привязанных за поднятые вверх руки женщин: одной вампирши и двух гостий.
Жертвы были полуобнаженными, и вампир беспрепятственно оглаживал их извивающиеся, ждущие его странных ласк тела то руками, то легкими ударами плетки. Вдоль стен в креслах и на диванах сидели люди, смотрели, целовались, тихо разговаривали.
— Уйдем отсюда, — еле смогла выговорить я, вовсю сражаясь со впадающей в безумие кошкой. Ужасной оказалась идея посмотреть местные шоу, надо бежать отсюда и быстро искать Криса.
— Пару минут, давай посмотрим всего пару минут и вместе уйдем.
Финли ласково притянул меня на диван.
«Пара минут всего, — замурчала кошка, — пара минут».
В ушах шумело, стоны девушек почему-то звучали громче барабанов. Мне вдруг стало удивительно спокойно и приятно, как плыть по течению в горячей туманной реке утреннего сна.
Одна из девушек, явная гостья, судя по спущенному до пояса шелковому платью, вдруг громко призывно застонала. Юноша тут же приспустил ремешки, удерживающие ее за руки, и, согнув, подтолкнул в спину. Он кивнул одному из диванных гостей, явному оборотню, судя по начавшим трансформироваться шерстяным ушам. Тот подскочил и задрал сзади подол на стонущей девушке.
Что-то вопросительно шепча на ухо гостье, вампир погладил ее по груди, и она согласно кивнула. На наших глазах оборотень тут же расстегнул ширинку на брюках, приспустил их и начал пристраиваться к стонущей жертве сзади.
— Ох, ты ж, как хорошо-о! — застонал он и задвигался. Под короткой полой сюртука засверкали его дергающиеся ягодицы.
Вампир в это время держал первую жертву за шею, смотрел в глаза и шлепал черной плеткой по сияющим в полутьме грудкам.
Когда он позвал следующего мужчину и пристроил его ко второй гостье, я почувствовала, как чьи-то пальцы сжали мне сосок. Приятно. Как же приятно-о. Что?!
Оказывается, я смотрела на представление, уже полулежа на диване, а Финли, обняв со спины, целовал меня сзади в шею. Одна его рука подняла подол и гладила бедро, а вторая нырнула в ворот.
И я совершенно не помнила, как попала в это положение. Со стонами я начала подниматься, словно разрывая невидимые путы, отбрасывая ласкающие меня руки мужчины.
На подиуме уже все три женщины были наклонены под берущими их совершенно незнакомыми мужчинами. А вампир, блаженно раздувая ноздри, работал плеткой по верхним окружностям, подогревая дам, вырывая из них совершенно животные стоны.
— Нет! — вскрикнула я. Оттолкнула хватающего меня журналиста и бросилась прочь из комнаты, спотыкаясь, качаясь как раненая.
Перебирая руками по стенам, я ввалилась в ближайший коридор-ответвление и села прямо на пол. Кажется, где-то далеко меня звали. А я, обхватив колени, качалась, бормоча:
— Спокойно, спокойно.
Потом резко ударила себя по щеке. Еще и еще. Посмотрела на заметные стесанности на костяшках пальцев от избиения стены. Вот же день сегодня. Я огорченно покачала головой.
И было бы просто феерическое завершение, если бы Крис застал меня лежащей в обнимку на диване с Финли. Как он пережил бы такое?
Отчего-то я вспомнила сидящего на корточках у нашей двери Итана, с красными глазами. Мучающегося, но продолжающего слушать стоны, которые выбивал из меня жених.
Я поднялась на слабых еще ногах, распрямила спину и задрала выше подбородок. Пойду пораньше на второй этаж, может быть, получится встретить Криса до начала представления. И! Никаких! Других! Шоу!
Иронически хмыкнув, я гордо поплыла по Белому Замку. Мимо целующихся пар, уворачиваясь от протянутых рук, одинокая и целеустремленная.
В большом зале первого этажа, где много секунд назад, почти вечность тому, мы танцевали с Финли, все еще кружились несколько редких пар.
А у дальней стены полупустого зала стояли кресла, в которых теперь сидели вампиры. Одного из них я узнала. Мистер Дьюк, мастер Белого Крыла, отстраненно наблюдал за танцующими гостями, изредка что-то кивая в ответ на реплики соседей.
Сквозь молодое лицо смотрел старый, жесткий в мыслях и в делах мужчина. Элегантно повязанный галстук из ткани в мелкий рубчик и такой же по фактуре жилет, глубоко черный атласный костюм идеально подчеркивали породистость лица и всей сухопарой фигуры. Одет для бала, но мыслями не здесь.
Настоящий Белый, зовущий, при этом совершенно далекий.
Я выждала, пока он на пару секунд повернется к одному из собеседников, и быстро вышла, потирая пальцем переносицу. На лестнице развернулась спиной и уже менее торопливо стала подниматься на второй этаж.
Получилось. Никто меня не окликнул и вслед не побежал.
Коридор второго этажа оказался перегорожен лентой, растянутой на оградительных столбиках. Гостей, как и следовало ожидать, здесь планировали принимать несколько позже. Я аккуратно обошла столбик и двинулась дальше.
Вокруг было тихо, снизу не доносилось ни звука, замок демонстрировал просто чудеса шумоизоляции и локальных музыкальных зон.
Я заглядывала в комнаты, никого не находила и тихо закрывала дверь за дверью. Пока из глубины следующего по счету коридора не услышала тихий разговор. Этот голос я узнаю из миллионов.
Бросившись было вперед, я резко остановилась. Потому что… голос перемежался стонами.
Нет. Тишина. Стон. Не показалось.
Я шла, опустив голову, повесив руки вдоль тела. Даже на плаху я пойду более уверенной и гордой. По щекам потекли самопроизвольные слезы, но я шла. Остановилась только в проеме, ведущем в большой полутемный зал.
— Я тебя люблю, — говорила прелестная белокурая девушка, держа у рта моего Криса свою руку, — люблю с первой секунды, когда увидела. Ты зашел, такой одинокий, отстраненный и чужой. Единственный мой.
Он откинул ее руку, слизнул капли крови и тихо застонал от удовольствия. Именно такой стон я услышала из коридора.
— Я не люблю тебя, Ланвиль, — ответил он хрипло. — Я вообще не знаю, умею ли любить. Возможно, я люблю другую.
Я пошатнулась, упершись рукой в косяк. Он не знает. И я — не знаю. Где мы потеряли ту уверенность, которая раньше объединяла нас?
— Тогда позволь мне любить тебя? Моего сердца хватит на нас двоих, а потом ты забудешь своего случайного донора.
Она упиралась рукой ему в грудь, подталкивая и укладывая спиной на большой деревянный стол. Гулкое помещение усиливало и разносило эхом звуки, почти полностью затухая в коридоре.
Я почувствовала себя Итаном, который когда-то под дверью студенческого кампуса слушал стоны любви и не мог заставить себя уйти.
— Не делай так, — раздраженно сказал Крис. — Я обещал своей прежней девушке, что еще вернусь к ней. И не собираюсь ей изменять.
— Тш-ш, — сказала Ланвиль, — как скажешь, любимый. Я не стану тебя неволить, сделаю как обычно. Ты знаешь, это не считается.
Она глубоко вдохнула его запах, задрожала и медленно сползла вниз. Я наблюдала за происходящим сквозь марево катящихся слез.
Крис громко сглотнул, поудобнее оперся локтями о стол и закрыл глаза.
Ланвиль отодвинулась и хитро посмотрела наверх, чего-то ожидая.
— Продолжай, — сказал он.
Некоторое время я продолжала смотреть за действиями вампирши. Наверно, в Белом Замке это не считается. Возможно, здесь это вообще единственная возможность сбросить постоянно нарастающее напряжение, которое окружает со всех сторон. Но это не я заставляла Криса сюда приехать.
Вдруг он дернулся, раздул ноздри, почувствовав отзвуки моего горя, несмотря на магические глушители в проемах двери.
— Привет, — наигранно весело сказала я. — Не хочу прерывать, но и ждать завершения как-то глупо.
Парочка замерла. С чмокающим звуком рот блондинки оторвался от плоти моего бывшего парня.
— Мари, — пробормотал он. — Забытые небеса! Как же глупо! Это совсем не то, что ты видишь! Я…
— Знаю, знаю, — я успокаивающе махнула рукой, — ты мне не изменяешь, это не считается и все такое. Я просто приехала сказать тебе, что ты свободен. И можешь теперь себя не сдерживать. Возвращаю все твои и свои обязательства. Продолжай себя… развивать, не мучая ограничениями. Счастливо. И тебе, Ланвиль.
Я развернулась. Меня обняло тепло родного обращения. Порвались бусы на руках и шее, треснуло дорогое серебряное платье. Кошка была зла, она, как и я, хотела немедленно покинуть замок.
Темной стрелой выбегая на лестницу, я почти кинулась вниз по ступеням, когда внезапно замерла, подняв лапу.
Сзади, из коридора второго этажа, слышен был шум бегущих ног. Это спешил за мной Крис. А вот сверху, на третьем этаже, удалялись шаги людей или Двуликих, один из которых только что произнес необычное, но врезавшееся мне в память слово: «Варран».
Варран.
Жезл Варрана.
Мягко перебирая лапами, я двинулась наверх. Переживать буду потом, а сейчас есть шанс ухватить за хвост кусочек расследования. Кто-то из вампиров знает про Варрана, информация полностью конфиденциальная, значит, подслушанные слова означают, что по коридору удаляется один из исполнителей кражи крышки.
Сейчас я его увижу! Поймаю!
Прыжками взлетая по ступеням, я добралась до третьего этажа. И увидела краешек светлой юбки, мелькнувшей за поворотом. Уже крадучись и чувствуя появление охотничьего азарта, я двигалась по коридору, радуясь, что на полу расстелены ковры, а двери и проемы снабжены глушителями. Я не очень хорошо слышала происходящее в комнатах, но и изнутри практически не было слышно меня.