От ударов Итана призрак терял совсем скудные хлопья тьмы, зато от моих все тише шипел и ронял целые гроздья своих туманных отростков.
С еле слышным подвыванием последний его клочок пал от дважды промахнувшегося и наконец задевшего его лапой Итана. Сам альфа получил еще одно касание монстра и теперь слег, едва дыша.
— Готовы? Закрываю брешь, — прошелестел Пуф.
Комната осветилась слабым зеленым светом. И опять вернулась к светлому освещению.
Я осознала, что в процессе всего нападения тени почти скрыли дневной свет, бьющий из небольшого окна. Было ощущение, что мы бились в сумерках.
— Родди, а Родди, как ты догадался про руну Морка? — просипел сползший в углу по стене Пуф.
— Я только ее из атакующих и знаю, — пожал плечами уже сосредоточенно что-то пишущий на летуне друг. — А что, можно было другую?
Пуф начал мелко, истерично смеяться, смахивая пальцами текущие из глаз слезы.
— Тридцать шесть только для первого уровня, — сказал он, отсмеявшись и оседая на пол. Посмотрел в потолок и повторил: — Только для первого уровня. А на призраков действует только одна — руна Морка. Вот такой абзац.
— А-а-а, — неопределенно сказал Родерик Торш, — значит, хорошо, что Морк из Торшей и я выучил атакующую руну на спор с братом. Неделю учил, вы не поверите, и потом минут по десять тратил, пока точно изображу. А здесь за секунды ее сделал. За секунды!
Летун сорвался с его руки и, сделав небольшой круг, вылетел в окно. Родди с Пуфом каркали, думая, что смеются.
А мы с Итаном ползли навстречу друг другу.
Глава 17У ВСЯКОГО В РУКАВЕ (СИДИТ) ДУРАК
«Every man has a fool In his sleeve» (поговорка).
За столом Экзитера праздновали. Они поймали вора, который признался в краже цилиндра у Финли на вокзале. Вор передан полиции, дело почти раскрыто, берите плащи,[10] остальные команды — проигравшие.
Раздавались громкие тосты, лидеры братались, к ним подходили со словами одобрения судьи. Все командные столы в итоге ломились от еды и бутылок с вином. Экзитер пил, отмечая грядущую победу, а остальные — заливали печаль.
Только за нашим столом было скромно и деловито. Между тарелок передавалась карта города, куда народ заносил все изученные места происшествий. Итан коротко задавал вопросы и отдавал распоряжения.
Чтобы вернуть силы, простого оборота не хватило. К приезду вызванного Родериком Дудля мы все еще были слабы, как новорожденные котята. И государственному следователю пришлось, по его словам, «ах как до звезды разориться», пока мы втроем: я, Пуф и Итан — смогли начать двигаться после силовых вливаний артефактов государственного уровня. Пуфа даже оставили «еще немного подлечить», хотя, судя по горящим глазам Дудля, нашему криминалисту еще грозил дополнительный допрос с пристрастием.
Хотя при лечении мы были весьма разговорчивы и готовы вывернуть разум, лишь бы безопасники нашли в наших словах хоть какую-то зацепку и арестовали мясника, вытворившего такое с Касиком.
Прибыв в гостиницу, мы узнали, что вторая часть команды не обнаружила журналиста Финли в его гостинице. Подкупленная нашими въедливыми следователями горничная сообщила, что он не вернулся с ночи вампирского бала.
После бала… О… Я же видела.
— После бала его безопасники на допрос увезли, — призналась я и развела руками под укоризненными взглядами друзей, — не допросила, виновна, думала, еще увидимся.
— Значит, для чего-то его держат. — Итан задумчиво постучал карандашом по столу.
Родди сверкнул на меня глазами и согласно дернул подбородком. Ладно, попробую осторожно поделиться информацией с командой.
— Мы случайно в библиотеке получили информацию, по неразглашению которой, как вы помните, дали клятву на артефакте. Так вот. Финли разболтал часть ее вампирам, и безы взяли его сразу на выезде из замка.
Уф, я уже сообщала информацию, что мы давали клятву, и артефакт не сработал. Надеюсь, ничего не изменилось и толпа безопасников сейчас не ворвется, чтобы арестовать меня. Заодно проверю, насколько я могу косвенно упоминать о происшествии.
Итан присвистнул.
— Тогда у нас минус свидетель. Ты, Мари, первокурсница и еще не сталкивалась с правилами этих ребят. А они предпочитают лучше перебдеть, чем недобдеть. Поэтому болтливого журналиста не выпустят. Вниманию тех, кто был с Финли в библиотеке. Пуф в курсе, говорю для Мари и Родди — ни единого слова о содержании, никому.
Я переглянулась с Торшем и кивнула. Самое интересное, что между собой-то мы о жезле говорили — и ничего, видимо, артефакт довольно тонко различал нюансы, что и кому разрешено говорить.
— Кай, пиши о пятой жертве примарху.
Дело в том, что хотя Родди прямо с места происшествия выслал летунов судьям и Дудлю, при этом о Люшере он не вспомнил. Не был Люшер для нашего Торша начальством.
— Можно и не писать, — заметил Кай, — вон он идет, злой, как забытые боги.
И правда, между столов, никем не замеченный, скромным молодым человеком в длинном плаще передвигался Люшер.
— Оставьте меня с капитаном, — негромко сказал люпус, и мы дружно поднялись, вспомнив о множестве дел в номерах. Только я невольно задержалась, с беспокойством поглядывая на еще ослабленного после зачистки ритуального места Итана. Но капитан поднял бровь, и мне пришлось быстро нагнать шедшего последним и весьма задумчивого Родди.
— Пуф прислал письмо, — сказал он, читая только что раскрытого летуна. Когда мы уходили, по всему дому бегали безопасники, а Пуф с Дудлем задушевно беседовали, чуть не обнимаясь за плечи. — Оказывается, мы вскрыли обнаруженную третью точку ритуала. Две другие безопасники уже зачистили до нашего открытия, причем там все было тяжелее. Призраки были более старые, обожравшиеся на случайно забредавших нищих и прохожих. Наш Касик оказался самым свежим и слабым. Сейчас они ищут оставшиеся места, считают по количеству жертв с дырками во лбу. А Пуф, делая вид, что все еще от слабости плохо видит и соображает, подсмотрел у них карту с пометками о найденных оборотнях и срочно переслал информацию, чтобы успеть до возможной клятвы о неразглашении.
Я покачала головой. Что значит опыт. Умный Пуф начал страховаться, где мог.
На выходе мне тоже в руку ткнулось маленькое письмо: «Красотка, радуйся, высокопоставленное столичное лицо, облеченное немалой ответственностью, не против встречи с тобой». Опять странное послание, похожее на то, что уже прилетало. Я протянула его Родди, и тот показал головой:
— Обернись.
Резко обернувшись, я обнаружила больше десятка взглядов, направленных в нашу сторону. На меня исподтишка глазели и студенты, и часть сопровождающих преподавателей. Никакая скромная одежда не могла скрыть улучшенные черты лица. Так же сияли, как будто изнутри, и Люшер с Форосом. Только они уже умели приглушать свою внешность, а я — честно пылала во все стороны.
— Кто угодно в этом городе может писать тебе эти письма, — сказал Родди. — Да хоть я. Чем не высокопоставленное столичное лицо?
Мы дружно пофыркали.
— Давай лучше над картой посидим, занесем в нее информацию от Пуфа.
Крутя карту и обсуждая варианты, мы вышли на моем этаже и резко остановились. У дверей комнаты стояли мастер Белого Крыла мистер Дьюк, вампиресса, которую я видела вместе с Финли, и… Крис.
— Добрый день, уважаемые, — первым среагировал Родди. — Рад тебя видеть, дружище Кристофер. Чему обязаны таким визитом?
— Мы хотели бы поговорить с девочкой, — ткнул в меня тростью с серебряным набалдашником мистер Дьюк.
— Приветствую, Родди, и я рад видеть. Привет, Мари, скучаю по тебе, — сказал Крис.
— Напоминаю, что «девочку» зовут мисс Мари Ерок, — насколько возможно мягко сказала я, — вы пришли ко мне, и, следовательно, я сама буду решать, кто еще будет присутствовать. А пока даже не уверена, что хочу пригласить вас в номер для беседы… И тебя приветствую, Крис. Я не скучала.
Некоторое время «высокие стороны» держали паузу.
— Приветствую вас, мисс Мари Ерок, — как ни в чем не бывало произнес мистер Дьюк, — мы ищем мистера Финли. Можете подсказать, где он?
В голове быстро завертелось. Финли. Ленивая и глуповатая вампирша, а она именно такая, если так поздно сообщила Дьюку о жезле, и они только что бросились искать. Вряд ли умный Дьюк тянул бы с поиском Финли несколько дней.
— О, — я сделала растерянное лицо, — без капитана команды я не могу отвечать на расспросы, касающиеся расследования. Но с удовольствием расскажу, если разрешит капитан. Родди, сходи, пригласи капитана и второго руководителя, они как раз беседуют. Мистер Дьюк, пользуясь случаем, хотела бы выразить свое восхищение вашим великолепным балом. Это было… незабываемо.
Родди мгновенно сориентировался, кивнул и быстро пошел обратно по лестнице в таверну.
Белые вампиры пренебрежительно на меня посмотрели, зная иерархичность оборотней и зависимость их от альф. Только Крис понял, что я играю, слишком он хорошо меня знал, осторожную и вежливую, но совершенно не признающую никакого авторитета над собой.
Он поднял бровь и быстро глянул на Дьюка.
— Вы точно знаете, где находится Финли? — среагировал тот на напряжение Криса.
— Он, конечно, может перемещаться прямо сейчас, и тогда мои сведения потеряют достоверность. Но буквально минут пятнадцать назад я докладывала капитану именно эту информацию, — честно сказала я.
— И кто у нас такой строгий капитан? — вальяжно протянула вампиресса. — Сексуальный оборотень?
Раньше я думала, что Белые вампирессы — это прелестные блондинки с большими глазами, любительницы ярко-красных помад и обтягивающих платьев. Оказалось, я была права только насчет платьев. Если оборотницы носили как платья, так и брюки, то вампирессы предпочитали в основном именно юбочный стиль. Хотя иногда чулки были лучше видны, нежели юбки. А вот цвет волос… Передо мной стояла шикарная возрастная брюнетка, немного вялая, наверное, это называют томностью. С точеным, завораживающе красивым лицом и мягкими движениями ухоженного тела. Она даже не потрудилась представиться. Как, впрочем, забыли представить и ее.