Я заметила, как у Анхароса расширились глаза, и он облизнул губы.
Кажется, я даже догадываюсь, о чем он подумал. И пусть мысли об этом вызывают тошноту, я готова сейчас на все.
— И я вам безумно благодарна, — выдала я.
— Что ж, милая, у меня есть идея, как тебе лучше меня поблагодарить, — произнес декан.
Что ж, остался самый опасный момент плана.
28.3
И, если быть честной с собой, самый мерзкий. Но это стоит того, чтобы спасти жизнь человека, которого я люблю.
И безмерно уважаю.
— Какая? Я на все согласна.
Произнесла это, и захотелось откусить себе язык. Было противно изображать благодарность человеку, который так легко прошелся по головам и из-за кого я столько натерпелась.
Увы, запах цветов делал так, что очень сложно было сдерживать свои настоящие эмоции.
К счастью, декану было сложно их считывать, сейчас он видел что хотел.
— Вы мне всегда нравились, — тихо выдала я, думая о совсем другом человеке. Человеке, который изменил мою жизнь.
И ради которого я сейчас была готова на многое.
В том числе — поторопить Анхароса с действиями. В конце концов, вряд ли у Антуана много времени, перед тем как его захотят устранить.
— Как и ты мне.
— Но я не смела никогда надеяться на взаимность, — тихо выдала я. — Столько других красивых девушек вокруг вас.
— Ох, Амелия, зря. В этом случае я бы облегчил твою жизнь в Академии.
Очень хотелось прикрыть глаза ладонью, но руки были связаны.
— Впрочем, я это сделаю, — тихо произнес декан, а затем опустился надо мной и поцеловал в губы. Жадно, властно и невзирая на мои собственные желания.
Я едва сдерживала отвращение, но надо было закончить эту игру. К счастью, осталось немного. Потом уже прополощу рот с мылом.
Кто мог знать, что поцелуи могут быть такими. С Антуаном было иначе. Неожиданно, но нежно, аккуратно, даже заботливо. И безумно приятно.
Наконец декан оторвался от меня.
— Может быть, развяжете? Неудобно, и руки затекли.
— Да, конечно.
Анхарос, правда, почему-то начал с ног, но я ничего против этого не сказала. Хоть и прикосновения этого человека были мне неприятны. Сейчас самый главный момент. Если все получится, декан заплатит сполна.
«Если, конечно, у него нет в кармане артефакта истины», — пробежала паническая мысль. Тогда бы он понял, что я лгу.
Наконец ноги были свободны, я старалась не шевелиться, затаив дыхание, пока декан освобождал руки. Оказывается, он еще и веревку на руках заколдовал для пущей надежности.
— Кто ж знал, что тебе так претит общество герцога. Было бы это более очевидно, вообще связывать не пришлось бы, — прокомментировал он свой поступок. — Все-таки я так рад, что в библиотеку проникла ты, а не твоя избалованная безмозглая подруга.
От последних слов в душе полыхнула ярость. Никто не мог так называть Ташири. Рад он… Рад, потому что она бы не произнесла тех слов, что сегодня сказала я.
С другой стороны, мне бы не хотелось, чтобы подруга пережила этот страх.
— Та самая, что жениха у тебя отбила, — усмехнулся декан.
— Все к лучшему, — проронила я.
Каждый из нас думал о своем.
Я радовалась, что подруга не испытает весь тот ужас, что испытала я.
Наконец веревки спали с моих рук, я разминала затекшие запястья, на которых еще красовались красные следы от магических пут.
А декан наклонился за еще одним поцелуем. Вот только я тоже не бездействовала. Со всех сил я врезала ему между ног. Анхарос повалился со стоном с кровати на пол. Похоже, ему было больно.
Маги обычно более подготовлены к отражению боевых заклинаний, а не физических ударов. Это выше достоинства некоторых.
Не теряя времени, я запустила в него первое пришедшее на ум заклинание. Оглушение. Хорошо хоть не превращение в пепел. Сейчас я могла сотворить что угодно, просто из-за паники и бешено бьющегося сердца.
Декан впечатался в стену, затем упал на пол. Кажется, без сознания. Но в моем случае лучше было проверить.
Он опытный маг, в этот раз меня спасла неожиданность, второго раза не будет.
Я бросила взгляд на дверь. Дико хотелось побыстрее покинуть это ужасное место. Но я вспомнила старую добрую истину. Ту самую, которой учил нас Анхарос. Если вы вырубили монстра, это не значит, что можно расслабляться. Убедитесь, что он не нанесет удар, когда вы меньше всего ждете.
Что ж, люди недалеко ушли от монстров.
Я взяла веревки и связала его по рукам и ногам. Благонадежно связывать нас учат еще в Академии. Никогда не думала, что эти навыки пригодятся так рано вне ее стен.
Только теперь я подошла к двери. То, что она оказалась заперта, не удивило, хотя и разозлило.
Нужно поднять тревогу, необходимо найти Антуана. Боги, я была связана по рукам и ногам, к чему запирать еще⁈ Да так, что ни одно заклинание отмыкания не сработало.
Даже заклинания, направленные на разрушение, ничего не дали. Дверь просто поглощала их. В ярости и злости от бессилия я даже пнула ее, но это ничего не дало, разве только заболела нога.
Хотелось разрыдаться от беспомощности. В глазах темнело от паники, секунды стремительно таяли.
И только через пару мгновений после того, как сделала вдох, я поняла, что мне и не нужно вырываться наружу.
Мне нужно место.
Я испепелила кровать, на которой только недавно лежала, с помощью магии убрала пепел в сторонку, чтобы подготовить место для ритуала.
Декана отпихнула ногами в сторонку.
Что ж, пространство есть, осталось найти что-нибудь, чем можно начертить магический круг. Увы, мои карманы были пусты, у самого же Анхароса оказался лишь нож. Жаль, что нацарапать круг им не удастся. Но нож пригодится для кое-чего другого.
В этот раз придется чертить круг собственной кровью. Кажется, в книге говорилось, что этого делать не стоит, я не помнила причину. Главное, что в этом случае ритуал должен сработать.
Я оторвала от платья несколько лоскутов. Затем резанула себя по руке. Боли не было, скорее всего, мне было слишком страшно, чтобы ее почувствовать.
Сейчас важнее было убедиться, что с Антуаном все в порядке. За это время с ним могли сделать все что угодно.
Я принялась выводить круг и магические символы. Аккуратно насколько могла. Пришлось даже еще раз порезать руку, чтобы закончить работу. Наконец-то дрожащим голосом я стала читать слова призыва.
Но, к большому сожалению, когда я закончила, круг не засветился.
Хотелось разрыдаться, эмоции, сдерживаемые все это время, вырвались наружу. Антуан был сильным, с ним же не могло ничего случиться. Я уверена, он продержится.
Усилием воли я заставила себя удержаться на ногах и еще раз произнести слова.
Я была в отчаянии и готова на все.
Глава 29
А еще мне было больно. Неужели все было зря? Я больше не увижу Антуана?
Я не могу в это поверить. Просто не хочу в это верить.
— Призываю всей своей силой, своей кровью и своими чувствами.
Но магия все еще не отвечала на мой зов. От бессилия подкосились ноги. Я закрыла глаза. Хотелось забиться в угол и разреветься. Внезапно сквозь закрытые веки я заметила, как что-то вспыхнуло.
Может быть, магия все же сработала⁈ А вдруг нет? Открывать глаза было страшно. Я боялась утратить последнюю надежду. Я, пережившая столько всего, включая встречи с различными монстрами, просто боялась посмотреть на магический круг.
Казалось, я не смогу пережить еще одну неудачу.
Только мягкий бархатистый голос, полный изумления, произнесший мое имя, заставил наконец открыть глаза.
Антуан был жив. Волосы слегка растрепаны, но ничего страшного с ним не случилось.
Но почему-то от этого зрелища я расплакалась еще сильнее, чем раньше. Просто от поглотившего меня нереального облегчения.
— Амелия, ты в порядке! Слава всем богам! — воскликнул Антуан. — Я так испугался.
Мне было не важно сейчас, испугался он за меня или боялся, что лишился защиты. Все эти метания потеряли всякую для меня ценность.
Антуан хотел приблизиться, но магическая защита не дала ему ничего сделать.
Я нарушила целостность круга, вытерев часть пролитой крови на полу, не успела встать, как мужчина обнял меня и крепко прижал к себе, будто бы никогда не собираясь отпускать.
Только в его объятиях я почувствовала, как всегда спокойный мужчина дрожит и как бешено колотится в груди его сердце.
— Я не смогла тебя вызвать сразу, боялась, что уже поздно… — прошептала я.
— Мне сказали, что тебя нет в живых, что тебя убили, чтобы добраться до меня, — тихо произнес Антуан голосом, полным боли.
Кажется, не только я пережила самые страшные минуты своей жизни.
— А я, как дурак, ничего не понял, когда тебя отправили к лекарю. Это же обычная практика, чтобы осмотреть пациента без посторонних людей. Мне и в голову не пришло что-то у лекаря спросить, тем более он просил дать ему спокойно тебя осмотреть. Не было ничего подозрительного.
Антуан взял мою ладонь и поцеловал. Потом еще раз и еще раз, будто бы проверяя, реальна ли я и все происходящее.
— У них на меня были другие планы, — ответила я, не собираясь вдаваться в подробности.
Слишком болезненны они были и ужасны.
Антуан, к моей радости, не расспрашивал, просто стал гладить по волосам и по спине. Полагаю, он хотел меня успокоить. Но для этого ему не надо было ничего делать. Просто быть здесь, рядом, так близко, чтобы я могла касаться его, вдыхать его запах. Никогда не думала, что самым желанным для меня будет запах чужого мужчины.
— Ты справилась с деканом, — тихо ответил он. В его голосе читалось изумление, он был поражен.
Я рассмеялась. Кажется, мой смех звучал слегка истерично, но сейчас было плевать.
— Я же из Академии выживания, чего ты от меня ожидал, — ответила я. Через мгновение я крепко сжала его руку, вспомнив, что если не буду так делать, кто-то с помощью магии призыва может забрать его обратно.