- Айда, ребятушки! – орала во всю глотку Йеся, сидя на шее синего бавкана. Смутно знакомого бавкана…
- Доди? – Алан ошалело остановился на секунду, часто-часто заморгал, после чего медленно пошел вперед и явно не мог поверить в увиденное, хотел рассмотреть поближе.
Водяной канал кишил нечистью всех мастей и цветов. Я и не знала названий и половины из «гостей», а форма и размеры некоторых удивляли своей невозможностью. Тут были и гигантские спруты, потягивающие сок из сагаловых ветвей кустарника, и мелкие, размером с монетку рыбки, что съедали друг друга в полете и становились больше. Я даже рассмотрела одного длинноволосого русала, но он так присосался к бутылке, что я перевела свое внимание дальше. А тут было на что посмотреть! Йеся постаралась собрать всех!
- Я же вам всем судьбу предсказала, помните? – заплетающимся языком вещала с шеи бавкана Йеся. Подняла бокал явно честно спертого вина вверх, а потом вылила в открывшуюся пасть довольного Доди. – Помните? То-то же! Всегда вспоминайте Йесю добрым словом! Теперь я могу плыть, куда хочу, так что не найдете меня. Йеся будет путешествовать по миру!
К кому конкретно обращалась кикимора, я так и не поняла. Похоже, это была стадия, когда необходимо говорить, а уж слушают тебя или нет – не имело значения.
Зато глаз у Йеси остался зорким!
- Пришел! – чуть не всплакнула от счастья кикимора, спрыгнула с морды водного дракона и поплыла к краю.
Тео дернулся было уйти, но я взмолилась:
- Пожалуйста! Это ненадолго! Иначе меня не заселят!
Великий потомок одарил меня недовольным взглядом, но остался стоять на месте, при этом старательно игнорируя Йесю. А Йеся этого, сами понимаете, стерпеть не могла!
- Дорогой! – кричала она. – Любимый! Родной! Я свободна! Можешь теперь открыто меня любить!
Тео поперхнулся воздухом, но выстоял.
- Дорогой! – не унималась кикимора, нотки недовольства стали невольно просачиваться в ее голосе. Йеся обижено дула губы, а потом вдруг расцвела: нырнула на мгновение и вытащила кучу своих побрякушек.
- Я невеста богатая, не подумай! Достойная! – Йеся обернулась к русалу и прицельно кинула в него бусами. Тот тут же ушел на дно вместе с бутылкой и вынырнул уже рядом, полностью готовый к диалогу.
- Скажи, я же самая завидная и красивая в академии, правда? – Йеся угрожающе завертела в руках браслет и тут же получила хвалебный ответ:
- Конечно! Спору нет!
- Слышал, дорогой?! – пыталась докричаться Йеся до Гуна.
А я все ждала минуту неумолимого разочарования. Ну где ты? Где? Говори уже, Гун, развей все фантазии зеленой девушки!
- Ты со мной горя знать не будешь, любимый! А уж какой массаж делаю….м-м-м… закачаешься!
- Да упаси создатель от такой кикиморы, как ты! – Тео знатно перетряхнуло.
Йеся выпучила глаза и схватилась за сердце:
- Заговорил!
- Ага! – подхватила я. – И не остановить теперь!
Плечи кикиморы тоскливо опустились, взгляд погрустнел, уголки губ поползли вниз. Голосом полной слабой надежды Йеся спросила:
- Может, заколдуем, а? Постарайся для Йеси, по-сестрински, а?
- Пробовали! Ничего не берет! Еще больше болтает! – с пылом заверила я кикимору, и та совсем приуныла:
- Еще один идеал насмарку!
А потом повернулась к своим гостям на празднике свободы и как гаркнет: «Милый обломался, сворачиваем вечеринку! Йеся свободна, Йеся пошла! Ар-р-р-рива!»
- Арива! – попрощались мы с кикиморой и с облегчением переглянулись. Это был отличный конец тяжело дня…
Эпилог
Тук-тук-тук!
- Да-да! Кто это?– я судорожно пыталась превратить стул обратно в кровать, но у меня ничего не получалось: четырехногий упрямец желал остаться в новом виде. Конечно, ведь наколдовала я от души, постаралась на славу! И мягкое сиденье нафантазировала, и шикарную алую ткань, и узорную спинку… Не то, что основа под трансформацию - моя односпальная кровать в стиле минимализма! Я бы на ее месте тоже не спешила перевоплощаться обратно.
Сегодня вечером Алан снова будет утешать меня, заверяя, что я постепенно всему научусь. Наш сложившийся новый ритуал в виде прогулки перед отбоем плотно вошел в привычку и доставлял море удовольствия нам двоим, а поцелуи под луной допьяна кружили голову. Мы разговаривали о нашем будущем, строили планы на дальнейшую жизнь, а время летело со скоростью света…
«Тук. Тук-тук. Тук»
Как только я услышала кодовый шифр, оставила стул в покое и бросилась открывать. Благо, двери в общежитии трансформаторов запирались на самые банальные замки: то ли ведьмы с рунами перебарщивали, то ли носители оборотнической крови были бесстрашными. Последним я не страдала, впрочем, как и соседка, что в звериной ипостаси представляла собой миниатюрную волчицу, оттого нас защищали аж три замка.
- Входи! – я широко открыла дверь, чтобы чучело без проблем прошел внутрь. Иногда соломенного человека заносило, но в большинстве времени пугало твердо держалось на ногах.
Так как на чучело не реагировали штрафные деревья в кадках и не одаривали листиками отработки, то наша сложившаяся компания пользовалась этой способностью и официально сделала его нашим связным. А еще пугало выбрало себе имя и чрезвычайно им гордилось- Босс! И вы понимаете, что после этого никто ни разу не назвал его по имени? Вот то-то и оно!
Но чучело и без того было довольно: имя есть, работа тоже. Слитки находятся на перевоспитании у Зака в комнате и периодически задают мужскому этажу трансформаторов жару. Вот недавно, например, оперный слиток взял настолько высокую ноту, что в комнате повылетали все окна!
Сам Зак же теперь любимец местных девиц! Почему? Да просто после того, как две стороны личности стали производить слияние, у брата стал просто сумасшедше-притягательный голос с мурлыкающими нотками. Но у всего этого был один существенный недостаток: в полнолуние кот срывался с цепи и тогда в коридоры лучше не выходить! Последствия проделок хвостатого не мог разгрести даже сам ректор!
Но не подумайте, что Таяна рассталась с Заком. Эта парочка неразлучна даже в звериной ипостаси: пару месяцев притирки - и кот с гордостью катал ворону на спине по академии.
Ректор, кстати, под давлением Алана немного сбавил обороты, но совсем прикрыть лавочку не смог: гномы подстраховались договорами, не зря – лучшие коммерсанты! Кредитные чучела по-прежнему осчастливливали несмышленых адептов баснословными займами, но уже в строго ограниченном количестве. Через пять лет истекает срок договора и Уильям Кертис клятвенно обещал сыну, что «пугалус кредитус» в академии больше не будет. Я тогда промолчала, потому что была уверена, что малый народец использует всю хитрость, чтобы вывернуть ситуацию в свою пользу и продвигать кредиты другими путями даже в обход ректора. Но свои мысли я оставила при себе, потому что Алан и слышать ничего не хотел о деятельности гномов по истечении договора и свято верил, что подпольная деятельность сойдет на нет
Эрис и Мари уже как два месяца снимаю домик на берегу моря, а мы грызем локти от завести над очередной фотографией со счастливой парочкой в настоящем раю, что приходит вместе с письмом, где Драгос отдаленно курирует мое обучение. Пусть в отделении трансформаторов сейчас и новый куратор, я все равно больше доверяю знаниям Эриса. Вот еще бы толк был, а то учусь два месяца, а сила до сих пор шалит!
В водном канале после ухода Йеси было ужасно тоскливо и скучно. Казалось, даже вся нечисть, что там жила, грустила. Но все это оказалось делом временным, потому что спустя месяц неожиданно объявилась новая кикимора, которая прямо от ворот академии крикнула: «Где прославленный потомок великого рода Гу-у-у-ун?». В общем, рекламу мстительная Йеся дала завидную! Тео до сих пор с оглядкой ходит!
Кстати, об эмпате! Недолго блондин вздыхал, грустно смотря в сторону нашей пары, и очень скоро после нормализации аппетита влюбился в ведьму. Прохода ей не дает, напевает, что есть кроме нее ничего не может (схема-то рабочая!) и смотрит постоянно своими рыбьими глазами. Похоже, судьба у него такая! Вот только предки против, отец ему так и сказал: «Чистота крови превыше всего!» А мы с вами помним месть ведьмы за предков рода Гуна, которые изрядно баловались кровью магических животных, чтобы усилить кровь. Тео согласен, что старания не должны пойти насмарку, что, в прочем, не мешает ему преследовать любимую ведьму. На зависть Марго и Керри, подружек-ведьм, что, как оказались, сохли по эмпату.
А ведь этой ведьме Тео на неделю перешли все мои ведьминские пожитки! И поварешки, и котелок, и книги! Вот только не ужились они с ней! Только Урсула управу на наследство нашла, когда бесновалась после новостей об отъезде Драгоса и Мари. Шум стоял на всю академию, аж клочки по закоулочкам летели. Зато вещи после этого признали ведьму хозяйкой, да и профессор Грин выпустила пар, благодаря чему через недельку стала поглядывать в сторону нового ректора трансформаторов. Ага! Пристрастиям не изменяет!
- Проходи, что ты стоишь! – поторопила я чучело и показала на стул. – Садись и рассказывай!
- Лучше покажу! – пробасил чучело. Он старательно делал голос как можно мужественней, потому что золотая штучка замучила пугало гендерным вопросом.
Соломенный человек покопался рукой в грудине и извлек оттуда изрядно смятый листок. Я торопливо развернула, разгладила и прочитала вслух:
«Дженни! Гномы спрашивают, можно ли им взять наши слитки на прокат под двадцать процентов годовых. У них конфликт с областным кланом, хотят взять измором. Я за! А ты? Напиши ответ внизу!»
И подпись: «Зак».
- Все-таки предприниматель в брате не дремлет! Вот только сдает кот в нем что-то, надо же вот так! – я взяла ручку и старательно подписала: «Согласна только на сорок процентов моментального отката при условии, что через сутки наши слитки вернуться в целостности и сохранности!»
Я подняла голову над запиской и с удивлением захлопала глазами. Вот нахваталась от кота! Гномья жадность заразна!