И не поверите! Мне стало так тепло сидеть, словно на грелке! Вскочила на ноги, осмотрела корявую и твердую кору, убедилась, что ничего постороннего нет, и очень медленно присела обратно. Горячо!
— Ого! Я нашла материал! Выпилю из тебя отличную метлу! — я довольно хлопнула по стволу, словно по лошадиному крупу. И тут бревно взлетело! Натурально так, совершенно без заклинаний, просто взяло и приподнялось вместе со мной над землей на пару десятков сантиметров.
— Ой! — оседлала, обхватила руками для крепкости положения, а дерево продолжало взлетать. Когда длинный ствол стал задевать ветки деревьев я забила панику: — Профессо-со-о-ор!
Судорожно вспоминала, что же там Мари рассказывала о ведьминских силах и решилась — строго приказала:
— Остановись!
Бревно послушно зависло в двух метрах над землей, а я медленно приходила в себя от испуга. Я даже в детстве к папе на плечи не взбиралась, а тут — такая высота! Если упаду — одной шишкой не отделаюсь!
— Адептка Уверли, что… — тон преподавателя мгновенно от поучительного изменился до ошеломленного: — Что это? Зачем? Как?
— Дерево! — разве не очевидно. — Я нашла материал!
— Но почему оно уже летает? Целый ствол? — в глазах мужчины мелькнул пугающий меня ужас. Что-то тут было не по плану… Вот только что?
— Так вырежем сколько надо на метлу-у-у… — мне пришлось вжаться в кору, крепко- накрепко обхватив древо руками и ногами, словно сливаясь с ним. Бревно явно не хотело попасть под пилу, оттого выдавала кульбиты. Я поднималась все выше, пока не сообразила закричать: — Стоп!
Получилось!
— Вниз! — скомандовала я дрожащим голосом, но постаралась сделать это как можно громче. Бревно мятежно дернулось, но нехотя послушалось и медленно опустилось, зависнув в метре над землей.
— Уверли! — преподаватель хватался за голову.
— Да, профессор? — чувство глубоко попадания не покидало меня, как я ступила на территорию академии, а теперь прочувствовала его еще отчетливее.
— Если метла… если палка…тьфу! Если дерево полетело, его уже никак не выпилишь — не дастся! А теперь скажите мне, где вы достали такое сильное заклинание и зачем использовали так глупо?
— Я? — простонала от несправедливости этого мира. — Ничего я не доставала! И не колдовала! Бревно само… — тут дерево качнулось, и я запнулась: — … оно само взлетело!
— Не зря меня ректор предупреждал о Вас, Уверли, — профессор Либирдон покачал головой, а потом с возмущением спросил: — И как Вы планируете летать на бревне по академии?
— Я не планирую, и не планировала никогда. Да я ведьма-то два с половиной дня! — отчаянно посмотрела на землю: ушибусь или нет, если спрыгну? Надо попробовать команду: — На землю!
Бревно, будто хотело проучить новую хозяйку — со свистом рухнуло вниз, чуть не придавив преподавателя.
— Простите, профессор! — извинилась, а потом добавила: — Я еще не совсем поняла, как это работает!
— И это первый курс, Уверли! Первый курс! — сказал преподаватель, со смятением поглядывая то на меня, то на летающее вновь бревно. — Что мне с Вами делать?
— Обучите! — пожала плечами — а что еще остается?
Я посмотрела на ведьм: у кого в руках толстые суки, у кого сухие палки, у кого — тонкие стволики молоденьких деревьев, и ничто из этого набора и не думало парить в воздухе. И я — со своим летающим бревном — как бельмо на глазу.
Вот в который раз убеждаюсь — не должна я быть ведьмой! Все у меня шиворот навыворот выходит!
Обратно ведьм возвращали партиями, а меня с бревном — так персональным рейсом, так как ленты хватало только на меня, летающее дерево и профессора. Зато на парковке наше появление произвело настоящий фурор!
Правда, внимание мне сейчас нужно было, как змее — обувка, но надо привыкать — с таким-то летательным средством. «Припарковать» бревно не привлекая внимания невозможно!
— Десять мест! — обреченно констатировал профессор, наблюдая, как я отрывистыми командами пытаюсь справиться с неповоротливым и крайне не грациозным бревном. Остальным метлам оказалось не чуждо чувство страха — попрятались за углами общежития, словно боялись за сохранность веточек, камней и кожаной оплетки.
Я потрогала жесткую кору, об которую можно было идеально стесать мягкое место, и спросила:
— A отшлифовать и снять кору можно?
Зачем я только спросила? Бревно оказалось с характером, взбрыкнуло, и чуть не снесло меня с ног, развернувшись на месте по кругу.
— Стоять! — безошибочная команда, хоть на несколько секунд усмиряющая мою деревянную «лошадку». Я устало присела на нее, впервые посмотрев по сторонам. Ба! Да я тут с бревном половину академии собрала!
— Адептка Уверли! — обратился ко мне профессор Либирдон, подойдя поближе, но держась на таком расстоянии, чтобы не быть задетым норовистой деревяшкой. — Я бы на Вашем месте обратился к Алану Кертису, я его позвал, он лучший укротитель академии… Что-то с Вашей метлой, то есть бревном не то! Может, в нем обитает магический дух или создание, надо проверить!
Дальше я уже не слышала, а старалась расквитаться одним только взглядом с подходящим все ближе парнем. Алан, зараза такая, мой взгляд встретил с усмешкой победителя и коварной искрой в глазах, чем совершенно и мгновенно вывел меня из шаткого подобия равновесия.
— Да, это мой укротитель, — кивнула я профессору, кора под пальцами крошилась в щепки.
— Ваш? — преподаватель не знал, как реагировать на двусмысленную фразу. — Что вы имеете в виду?
— А то, что он пытается и меня укротить, — процедила сквозь зубы, чуть язык не прикусила! — Как раз хотела отплатить ему за предыдущую встречу…
— Бревно! — я скомандовала тихо, но четко, ясно почувствовала, как дерево отозвалось теплом — готово к действиям. — Прокати-ка его с ветерком! — сказала я мстительно, как самая натуральная прирожденная ведьма.
Вот только не рассчитала, что сама сидела на стволе, и понеслась на растерявшегося на миг парня вместе в ним, все набиравшем скорость. Алан был предсказуем и стал выкрикивать команды, но против нашего летающего дуэта был бессилен: бревно ловко подцепило его на себя и понеслось в сторону свободной территории.
Я сосредоточилась на управлении, стараясь интуитивно шептать команды, чтобы не задеть никого из прохожих. Вправо! Влево! Ниже! Поворот к полю! Тише!
Алан подтянулся на руках и оседлал дерево, спиной по направлению движения, серьезно посмотрел на меня, и голосом, полным самоуверенности и авторитета сказал:
— Остановись! Prohibere!
— Обязательно, — моя улыбка была лучшим объявлением войны. — Как только скину тебя в объятия кикиморы! Не зря же я знакомство с Йесей завела? Знаешь такую? Мы набрали высоту, и я осторожно оглянулась по сторонам, чтобы понять, где находятся главные ворота академии. Ага! Поворачиваем на восток! Устроим укрощение укротителя!
— Дженни! — еще никто так угрожающе не растягивал мое имя, аж не по себе стало!
— Боишься? — подзадорила я, подмигнув Алану. Его изогнутые углом брови в удивлении взметнулись вверх, словно он не ожидал отпора.
— Хочешь еще поцелуй? Тогда будешь меня слушаться? Знаешь же, что это действует…
Мы рухнули вниз на метр, и у обоих от неожиданности вырвалось по паре непечатных слов. Глухо стукнулись головами, так как в надежде удержаться прижались к стволу, а теперь летели дальше и сверлили друг друга взглядом. Расстояние между уменьшилось — протяни руку — и достанешь врага. Вот только скорость такая, что оторвать руки страшно.
— Ты даже ближе придвинулась? Так понравилось? — весь его вид так и говорил, что он — мастер разбивать девичьи сердца. Красавчик, конечно, хорош, зараза, даже наглостью хорош! Но характер — оторви и выбрось!
Я стратегически отползала на край.
Мы приближались к увитому кустарником забору академии, к водному каналу за ним и я предвкушающее улыбнулась. Вот сейчас тебе достанется! Солнце над головой на секунду закрылось, но я не обратила на это внимания, вся в жажде мести и в сложностях управлении бревном:
— Левее! А теперь сбрось его! — по моим расчетам Алан как раз должен будет приземлиться в склизкие объятия кикиморы, или просто искупаться в темных водах. Бревно резко развернулось и дернулось тем концом, где сидел Алан, но было толстым, неповоротливым и несгибаемым, а оттого вниз чуть не полетели оба.
— Дженни! Прекрати! — Алан крепко держался за ствол, а золотые глаза отливали красной угрожающей пеленой. Тело напряжено до предела, готовое к действиям в любую секунду, но медлящее… Почему?
— Кто тебе давал права так со мной обращаться? Я тебе зверек? Игрушка? — мы висели прямо над увитым кустарником забором на очень приличной высоте.
— Иди ко мне ближе, ты на краю! Сейчас свалишься! — Алан попытался схватить меня за руку, но тут ветка кустарника-стены достала до нас, как ловкое щупальце, дотянулось до летающего бревна, овило петлей конец и дернуло с силой на себя.
Я полетела вниз, не удержавшись на краю бревна, краем глаза заметила, что укротитель тоже летит, только за забор, прямо, как я и рассчитывала. Вот только увижу ли я месть или так и помру?
Темная тень вновь закрыла солнце, а лотом вокруг моего тела сжались стальные тиски. Органы внутри словно перемешались от резкого толчка вверх, от остановки свободного падения. Голова дернулась, как у болванчика, и пошла кругом. Даже причудилось, что меня спас самый настоящий черный дракон с огромными крыльями, цепкими лапами и чешуйчатой чернильной шкурой.
Я посмотрела на удаляющиеся корпуса академии и отключилась.
ГЛАВА 7
— Дженни, собирайся, мы уходим! — этой фразой поприветствовала мама мое пробуждение. Разъяренная тигрица в человеческом обличье сидела рядом на стуле и обеспокоенно разглядывала меня. Когда же отводила взгляд от любимой дочки, то тут же требовательно смотрела на ректора. Уильям Кертис стойко игнорировал родительницу, стоял у большого окна и тихо обсуждал что-то с моим отцом.
Ага, кабинет ректора академии. Поза — лежачая, диван — мягкий, кожаный. Состояние? И тут я вскочила: