Но если она рассчитывает, что после этого я повторю за ней хоть слово — то она крупно ошибается. Эх, Алан не зря не давал мне сказать не слова! Не надо было мне скидывать его узы приказа, возможно, он бы и подсказал как отсюда выбраться…
Оставался еще Драгос, но после оглушительного рева в голове наступила оглушительная тишина. На контрасте это ощущалось просто восхитительно, но в свете нынешних событий — угнетающе. Неужели, Эрис не выдержал ухода души любимой и крушения надежд? И рев в ушах — это рев дракона? Боги, у меня за куратора даже душа заболела…
Дженни! Нашла когда и кому сочувствовать! Лучше бы о себе позаботилась! — ругала я саму себя, смотря на медленное приближение ведьмы.
Так! Погодите-ка! Если Мари успешно отправилась в потусторонний мир, так почему бы и призрачной даме не последовать за родственницей?! Не перепутать бы только в тексте ничего…
— Ты душа Гортензии Финис беспокойная, в этом мире не прошена. Оторвись от мирских сует, испытай…
Как только я начала произносить слова, привидение подобралось, подобно хищнику перед прыжком и понеслось на меня, отчего я начала говорить только быстрее. Успею или нет, пока она до меня доберется? И если ведьма достанет, то сможет причинить вред или нет?
— Твой брат умрет, если я не вернусь! — крикнула она, понимая, что моя речь будет быстрее ее призрачного бега.
Но цели ее слова достигли, в отличие от моих. Против подобных угроз я была безоружна.
— Он же у гномов, — пусть дух и не чувствовал физической боли — моральная все еще была при мне. Ощущение, словно мне разом выбили весь воздух из легких и заполнили вновь раскаленным огнем, что выжигал горло и толком не давал говорить.
— Он в моей власти. Перед уходом я отдала распоряжение, что если не вернусь — минуты жизни твоего брата будут сочтены.
— Это правда? — зачем-то переспросила я, дотошно всматриваясь в призрачное лицо ведьмы.
— Проверь и узнаешь. Мы вместе с Заком отправимся ка круг перерождения, — ведьма была напряжена, ее голос был далек от спокойствия, но я все равно не могла понять, врет ли она или нет.
Но какое право я имею рисковать жизнью брата?
— Давайте вернемся и забудем все, что здесь случилось, — примирительно предложила я, на что получила категоричный ответ, который на целую минуту заставил меня замолчать: — Нет.
— Тогда что Вы хотите? — наконец, мой голос оттаял от эмоциональной заморозки.
— Твое тело.
— Это такова оплата за добро и помощь? — пока мы разговариваем, я могу думать, а значит, есть возможность найти выход из этого тупика.
— А ты не выполнила упокоение, — тут же откинула в сторону мой упрек ведьма.
— Боюсь, результат был тот же, — предположила я, оценивая вид привидения. Итог: призрачная дама совсем не уверена в положительном результате. To ли врет насчет Зака, то ли привыкла мерить людей по себе — сама-то без зазрений совести Мари упокоила, говоря что-то про давно отсроченную дату смерти…
— Не зря ты показалась мне смышленой, — довольно согласилась ведьма, ничуть не раскаиваясь в своих мотивах и желаниях. — Во всех отношениях прекрасное тело — и по уму, и по силе.
— А по поводу рассказа о силе Вы тоже меня обманули?
— Ну почему? Могу и рассказать немного: в тебе две силы — оборотническая — от родителей, и ведьминская — от Мари.
— От Мари?
— Да. Надо было восполнить потерю одного за счет другого, не вдавайся в подробности. Никто не знал, что организм младенца так приспособится к новой силе…
— Младенца? Почему случилась потеря силы? Мама рассказывала, что была раньше знакома с Мари…
— Это не имеет значения сейчас. Ты узнала, что хотела. Тем более — это уже бессмысленно, раз тело будет принадлежать мне, а твой дух после упокоения забудет обо всем.
— Моя звериная суть утрачена? — мне было важно это знать.
Ведьма не хотела отвечать, но потом заглянула мне в глаза и все-таки сжалилась: — Нет.
— Зак действительно у Вас?
— Да.
Я вспомнила змейку, что ушла под землю и засомневалась в словах привидения. Но призрачная дама тогда слышала наш разговор с Кертисом, и знает, что мы приблизительно нашли местонахождение Зака в подземном царстве гномов.
— Вы в сговоре с гномами? — уточнила я, пытаясь найти прорехи в истории. Не хотелось бы потерять себя просто так, в то время как Зак бы находился в другой и реальной опасности. Кто тогда его спасет? Алан?
— Да, — непоколебимо ответила та.
Что делать? Как быть? Умирать жуть как не хочется, особенно с риском быть обманутой и действительно не спасти брата…
— Зачем Вам мое тело?
— Глупый вопрос, — фыркнула ведьма. — Я несколько столетий ищу способы вернуться и отомстить. Тело Мари казалось идеальным — сильная ведьма, родовая связь, красавец жених, но, в итоге, и оно не выдержало вселения, даже работая на подпитке из крови волшебных созданий. Твое же обладает двойной силой и должно принять мою неупокоенную душу. Помнишь, ты нашла Мари мертвой? Это был момент, когда мое привязка к телу не удалась. В тебе же буйным цветом распустилась кровь Мари не мешая заложенной силе зверя, что сейчас в спячке. Так что для меня теперь нет смысла мучиться с телом внучки…
Я не знала, что даже в эфемерном состоянии мои волоски на коже могут вставать дыбом.
— Вам не жалко внучку?
— Все честно — я и так продлила ей жизнь. Если бы не мое руководство и, кстати, не твоя младенческая кровь, она бы уже не жила. Я дала ей годы счастья вместе с любимым, пришел через платить по счетам. Но кто мог предположить, что тело Мари окажется настолько слабым…
— Или же отказалось принять чужую черную душу? — возмущение вырвалось из глубины сердца.
Если бы призрачная ведьма могла проклясть душу — я бы получилась по полной.
— И как только Эрис Вам помогал?! — возмутилась я, видя всю глубину злости привидения. — Это же он собирал кровь животных? Он украл тело из морга?
— Он помогал не мне, а любимой. И если бы все удалось, то и дальше бы жил с любимой, я бы постаралась, чтобы он не заметил замены.
— А то он дурак! Драконы всегда отличались проницательностью, госпожа Финис, вы это зря.
— Любовь слепа. И если любимая пахнет по-прежнему, кровь — та же, внешность — та же, то он сам уговорит себя и оправдает мои сомнительные поступки. В глазах влюбленных ширмы — знай это!
— Но со мной Вы на что надеетесь? Только на кровь Мари вперемешку с оборотнической? Не слабовато?
— Это ты зря. Кровь — не водица, Эрис питает к тебе слабость. Жалко, кикимора не сильна в соблазнении, а то бы брала уже его горяченьким. А она, дура болотная, приворотное зелье решила сделать для исполнения миссии, ведьмой себя возомнила, а основ не знает! Чучундра зеленая!
— Г-г-горяченьким? — от наглости и размера аппетитов это призрачной мадамы я практически потеря дар речи на минуту. Очуметь! Это, значит, кикимора не сама втюхалась в дракона по велению сердца, а по приказу привидения пыталась соблазнить трансформатора? Это я опять привидению обязана за позор всей моей жизни?!
— А что ты удивляешься? Знаешь, сколько лет у меня мужчины не было?
— Так почему он теперь должен быть у меня? — возмутилась я.
— У твоего тела. Бывшего тела. Почти, — поправила меня ведьма. — Если бы все случилось, я бы не дала тебе так затягивать нашу встречу в Долине Мертвых.
Вот ведьма! Самая настоящая черная- беспринципная, наглая, злая и очень страшная…
— И что будет со мной? Новая жизнь, а эта — молодая и еще даже непрожитая толком — Вам на услужение?
— А есть другие варианты?
Есть. Срочно вернуться в собственное тело и найти Зака, где бы привидение его не прятало. Даже если у гномов придется все разнести по граненным алмазикам. Но как вернуться из Долины Мертвых? Стоит попробовать озвучить желание?
— «Возвращаюсь обратно в свое тело!» — решилась на попытку, и словно бы ответила на вопрос ведьмы.
— Не выйдет.
И, правда, не вышло. Что же тогда за фраза? Ведьма говорила о какой-то команде…
— «В тело!» — выкрикнула я. — «Назад!», «Обратно!»
— Еще одно слово, и я вернусь обратно и прикажу убить Зака, — пригрозила мне призрачная дама, усиливая в стократ мою и без того огромную ненависть к ней. — Ни одна из нас не получит желаемое, еще и прибавиться жертва в виде кота…
— Не слушай ее! — донесся до меня голос Алана. Такой далекий, словно добирался ко мне очень долго, через препятствия, что сделали его совсем тихим. — Silent!
Приказ тоже долетел слабеньким, его не составило труда скинуть с плеча, словно пыль. Но вот следующий прилетел уже сильнее, а потом еще и еще, пока я не почувствовала сильное давление, желание покориться.
— Так что? Приступаем? Или предпочитаешь жить с чувством вины, что ты жива за счет жизни собственного брата? Что сделала эгоистичный выбор?
Silent! Silent! Silent! — команды укротителя уже не в шутку подавляли и без того сметенную душу. Но могу ли я поддаться? Сумеет ли Алан быстро разобраться в происходящем и спасти брата?
Вряд ли — стоило признать правду. Но вот так отдать душу на упокоение, а тело — ведьме…
Мое сердце разрывалось от тяжести выбора правильного пути, в котором хотя бы брат останется живым. Ведь ведьма может и соврать насчет своей причастности, а Зак тогда может совсем пропасть у гномов…
Ведьма медлит и не вселяется в мое сейчас свободное в сарае тело? Почему? Знает, что тогда это временно? Или есть другие причины?
«Silent!» — мощный приказ прямо в растерянное сознание, и я чувствую, как становлюсь полностью покорной, как горло сковывает печать молчания, чтобы раскрыться только для единственной фразы, сказанной одновременно мной и Аланом: «Redire ad tuum corpus».
Снег в долине смазывается в одну белую полосу, серое небо становится темным потолком сарая за несколько секунд, и я со страхом ощущаю чувство падения с высоты. Пугаюсь, из-за чего невольно сбрасываю контроль укротителя и чувствую сосущее притяжение к собственному телу. Ура! Почти! Еще немного, и меня притянет в родные косточки, я почувствую жесткие деревяшки под собой, встану ногами на твердый пол!