– Так будет удобнее разговаривать. И прошу, присаживайтесь!
Продолжая судорожно сжимать руку Гила, Кора вместе с ним опустилась напротив эрла. Она старалась не показывать эмоций, но о них, конечно, знал Гил. Он был на удивление умиротворен, и пальцы его не сдавливали, а просто держали, иногда поглаживая напряженную ладонь Коры.
– Проще было бы вас убить, – лениво проговорил эрл, словно обсуждал погоду.
– Вы не можете сделать это здесь, – заметила Кора. К ее разочарованию, голос подрагивал, выдавая волнение.
– Нет, что вы, мисс Нортвуд. Зачем здесь? Позже. Подстроив все так, что никто и не подумает, что вы умерли не своей смертью.
– Ты хотел поугрожать? Поэтому мы здесь, а не наслаждаемся шампанским в зале? – иронично уточнил Гил, откидываясь на спинку дивана.
– Я хотел предложить кое-что Рубиновой даме. Жизнь взамен на молчание.
– То есть вы сохраните мне жизнь, если я ничего не буду писать? – Кора нахмурилась.
– Нет. Я сохраню жизнь ему, – эрл указал на Гила, – если вы не будете писать статьи, а ваши знакомые из полиции прекратят пытаться найти документы о лаборатории. Ни ваши тексты, ни их поиски все равно ни к чему не приведут. Вы доставите нам небольшие проблемы, но не более…
– Да? А мне почему-то кажется, что мы уже близки к тому, чтобы вся общественность узнала о дюке кое-что неприятное, – Кора обрела уверенность то ли из-за вовсе расслабившегося Гила, то ли из-за злости на еще одного человека, пытающегося запретить ей писать статьи.
– Вы переоцениваете свои силы, мисс.
– Свои я прекрасно знаю, – фыркнула Кора, – и знаю силу толпы. И, быть может, я недостаточно опытна, но зато вполне могу найти тех, кто покажет точки, на которые нужно надавить, чтобы волна недовольств смела вас.
– У вас большие планы. Неосуществимые, но мечтать не вредно. В любом случае, я свое предложение озвучил. Подумайте. И пока, чтобы думать было проще, я послежу за Аконитом.
Кора облизнула губы, заметив, что у всех беловолосых светятся глаза, а Мортимер и его соратник приподняли трости. В глазницах наверший сверкали магические кристаллы. Сила на стороне врага.
– И похоже, ваш друг не против.
Гил действительно ничего не говорил. Он будто спал с открытыми глазами, зрачки которых разгорались все ярче.
– Оно и к лучшему. Не хотелось бы тревожить гостей и отца. Ну…
«Кирпичи» вдруг подкатили глаза и упали. Все. Разом. В тот же миг, когда всеми овладело изумление, фигура Гила размылась и послышался глухой стук упавшего тела. Кора резко вскочила, едва успев избежать участи быть схваченной эрлом, и едва не упала, когда, отступая, зацепилась за тело уже мертвого соратника Мортимера. Голова незнакомца была вывернута так, что маска на лице теперь была со стороны спины.
– Убей девчонку! – рявкнул вдруг эрл Чейзу.
Сердце Коры пропустило удар, она повернулась к Мортимеру, заглядывая в темные глаза. Он замешкался. Похоже, он действительно не хотел смерти Коры. Может, и смертей Лотти и Эммы тоже…
Заминка дала Гилу шанс ударить. Его кулак впечатался в грудную клетку Мортимера с треском и такой силой, что того отбросило к стене.
Гил схватил руку Коры, выталкивая ее из комнаты и захлопывая дверь. Пришлось подобрать юбки как можно выше и бежать. В боку закололо, сердце сбилось, но они за считаные парсы домчались до бальной залы.
– Разделимся. Найди родителей, я уйду сам. Наврешь им, что я предупредил и отлучился. Поняла?
Кора закивала.
Наверное, ее напуганный потрепанный вид послужил лучшим аргументом для родителей. Не задавая лишних вопросов, они вернулись к экипажу. Уже внутри него Кора посмотрела через окошко на улицу. «Проводить» их вышел Аластар. Он выглядел злым. Еще бы! Но при свидетелях сделать ничего не мог, а потому просто смотрел вслед удаляющимся Нортвудам. Кора расслабленно привалилась к маме. Родители обеспокоенно переглянулись.
37. Кладбище
Дожидаться возвращения Гила было невероятно сложно. Кора, сославшись на недомогание, скрылась в спальне. Взбудораженная произошедшим, она ходила от стены к стене ровно до тех пор, пока наконец дом Фитсроев не погрузился во мрак, а к ней не заглянул Гил. Она сразу бросилась ему на шею, сжимая так крепко, что от неожиданности тот захрипел. Больше наигранно, но все же.
– Ты решила задушить меня?
– Дурак? Я чуть не умерла от беспокойства! Где ты был? Ты в порядке? Тебя не ранили?
– Все прелестно, я даже успел выпить чаю с булочками.
Кора хлопнула его по плечу, недовольно хмуря брови.
– То есть я тут извожу себя волнением, а ты давно вернулся и не зашел?
– Я думал, проще будет прийти сразу вечером…
Кора неожиданно даже для себя обиженно всхлипнула, отворачиваясь.
– Мое сокровище, моя милая, прости, прости, я у тебя идиот, – Гил сгреб ее в охапку, прижимая к себе и утыкаясь носом в затылок. – Моя нежная богиня. – Ласковые поцелуи посыпались на плечи и шею Коры. – Извини.
– Я подумаю над этим! – она высвободилась из объятий, но стоило только взглянуть на несчастный вид побитого щенка, который приобрел Гил, как сердце болезненно сжалось. Но она решила стоять на своем! Однако сидеть было попроще, так что она наконец плюхнулась на кровать. – Что случилось? Я имею в виду все. Почему те люди потеряли сознание? И куда ты запропастился?
– Они отключились из-за Места, – начал Аконит, опускаясь на колени рядом с Корой, – оно с непривычки может дать такой эффект. Это что-то вроде подпространства… Я и сам не знаю. Но боюсь, повторно подобный фокус с ними не сработает. А я… я хотел взглянуть на защиту поместья.
– И как?
– Плохо. Тюрьма охраняется хуже. Там было только два артефакта, а здесь не меньше двух десятков. А самое главное, я знаю, где находятся только три. Соответственно, воздействовать на них точечно, как в тюрьме или у Флетчера, не смогу. Наверное, даже во дворец у меня больше шансов попасть, – вздохнул Гил, опуская голову на колени Коры и обнимая ее ноги.
– Не обязательно туда попадать. Нам нужно только доказать, что он причастен, – напомнила Кора. Она не удержалась от ласки и запустила пальцы в волосы Гила, который довольно забормотал что-то. Она усмехнулась. – Ложись уже.
Гил ухмыльнулся, поднимаясь и стягивая рубашку и штаны. Кора скинула халат, оставаясь в сорочке, и забралась под плед. Ее примеру последовал и Гил. Они сразу же прижались друг к другу, сплетая руки.
– Я говорила с Исабэллой, – напомнила Кора шепотом.
– И до чего договорилась?
– Надо написать ей. Но выбрать место и время.
– Напишем завтра. Я обсужу с Донни. В Клоаке много хороших мест для приватных бесед.
Кора согласно кивнула и сладко зевнула, утыкаясь носом в шею Гила, вдыхая запах мыла и сладковатого табака. Как же она устала! Опять.
Летняя гроза несла прохладу, свежий запах озона и мокрой земли. Но это было на Правом берегу. В Клоаке спал смог, а ливень прибил пыль, сделав ее грязью.
В доме была та же пыль. Серая и плотная, она застилала все поверхности давно заброшенного здания. Каждый шаг, каждое движение оставляли темные пятна на толстом слое пыли.
– Открой окно, проветрим, – иронично предложил Рие, плюхаясь в кресло и поднимая в воздух щекочущее нос облако. – Ароматы канализации ведь так бодрят. Правда, ma biche[33]?
– Мне не нравится, как это звучит, – Белладонна закатила глаза. – И я уже сказала, это самое безопасное место для такой встречи.
– Безопасное и вонючее, – согласился Рие, сдувая пыль с ладоней, – а еще очень нечистое.
– Приберись, раз хочется, – вяло откликнулась Белладонна.
– Ты чего встал у окна? – Рие повернулся к Гилу.
– Снаружи меня не видно. И я слежу за входом.
– Какие вы скучные!
– Молю, найди уже себе дело и дай нам отдохнуть!
Белладонна откинулась в кресле.
Рие что-то пробурчал на родном языке и принялся прохаживаться по дому, скрипя половицами. Гил иногда гадал, какой Рие настоящий? Деятельный и общительный, каким часто бывал? Но вряд ли тот визгливый и манерный, каким ему иногда нравилось становиться. А может, тот мрачный, молчаливый человек с пугающей пустотой в глазах, каким его изредка можно было видеть? Рие бывал настолько разным, что даже самые близкие не решались искать его суть. Зато он, пожалуй, единственный из них мог поладить с каждым, найти ко всем подход. Он умел мимикрировать под любую среду, меняя личности, как маски. А мог исчезать, будто никогда его и не было. Он мог быть кем угодно и никем одновременно. Наверное, потому имя Никто так подходило ему.
Послышались шаги. Все повернули головы к хлипкой двери. С протяжным скрипом она распахнулась, впуская девушку.
– А вот и ты, ma puce[34]! – Рие вальяжно развалился в кресле и отсалютовал вошедшей.
Янтарные глаза, рыжие волосы… Вся ее внешность была ложью, кроме, пожалуй, двух прядей, спускающихся у лица. Белые, какими и должны быть волосы у таких как они.
Гостья никак не отреагировала на слова Рие. Она стянула тонкий промокший плащ, оставаясь в темно-синем платье. Достаточно непримечательном, чтобы затеряться в толпе людей из Клоаки, если придется бежать. Юбка у платья была всего одна, распоротая с двух сторон, освобождая ноги в обтягивающих штанах.
– И как только Мортимер отпустил? – Гил, привалившись к стене, сверлил Исабэллу недовольным взглядом. Он узнал ее. В лаборатории они заговаривали раз или два, но виделись чаще, оба были закреплены за Трумэном и алхимиком. Цифры имени с трудом, но все же вспомнились – 6866.
– О, убийца заговорил, – Исабэлла усмехнулась, неспешно опускаясь на диванчик напротив кресел Рие и Белладонны.
– Будто ты не убивала, – парировал Гил.
– Убивала, – согласилась она, томно прикрыв глаза, и вкрадчиво, с явной наигранностью и ехидством прошептала: – Но ведь не за мной охотится полиция, Аконит.