[25]. Так что это ещё куда ни шло, по крайней мере, не так унизительно, а в клетке я буду чувствовать себя как узник Бастилии.
Провожать нас до машины вышла вся семья, Пуха тоже увязалась следом. Как и положено животным, мы с ней обнюхались на прощанье.
– Береги себя, Сократ! Я буду скучать по тебе, – сказала она и грустно вздохнула. – Если честно, я тебе ужасно завидую. Я бы тоже хотела поехать в Африку.
Хм, в Африку она хочет. Ты же трусиха, каких свет не видывал, при виде бегемота сразу в обморок упадёшь.
Фотограф открыл пассажирскую дверь и скомандовал:
– Забирайся, приятель.
Я обернулся в последний раз посмотреть на родных и вдруг увидел на заборе свою ненаглядную. Вместо того чтобы запрыгнуть в салон, я сорвался с места и помчался к ней.
– Сократ, ты куда? – услышал я за спиной изумлённый голос Колумба.
– Андрюха, подожди пять минут, – попросил Петрович. – Пусть парень попрощается с невестой.
Я стремглав взлетел на забор – в тот момент он показался мне маленькой оградкой – и потёрся носом о свою Белоснежку, с наслаждением вдыхая её сладкий аромат. Она нежно помурлыкала в ответ, клятвенно пообещав дождаться меня во что бы то ни стало. Я верил ей, и это придавало мне сил. Сколько раз я уезжал из дома, и она всегда преданно ждала меня. Я знал: и в этот раз Белла непременно сдержит слово. А мне оставалось только уповать на небо, чтобы оно помогло мне вернуться к любимой.
Ещё раз обнюхав её на прощанье, я спрыгнул с забора и с тяжёлым сердцем направился к машине. Меня ждала далёкая и неизведанная Африка.
Попрощавшись с моей семьёй, мы отправились к Андрею домой. Пока он укладывал вещи в чемодан, я принялся обследовать квартиру. Впрочем, там и обследовать-то было нечего: одна комната и небольшая кухонька.
Дверь на балкон оказалась запертой. Запрыгнув на подоконник, я заглянул в окно и вспомнил, как забрался на лоджию в квартире армейского друга Петровича, когда мы приехали к нему в гости в город Мирный, и нарвался на целое рыбное хранилище[26]. А здесь что? Коробки, банки, велосипед, лыжи, какие-то инструменты. Иными словами – хлам, который люди хранят либо в кладовке, либо на балконе. Я сразу определил, что Андрей – холостяк, потому как в квартире не было даже намёка на женское присутствие. Хотя это и неудивительно. Какая барышня сможет ужиться с человеком, который практически всегда отсутствует дома? Колумб напомнил мне художника Жору, у которого я обитал, когда сбежал из композиторского дома[27]. Тот тоже жил бобылём.
На кухне тоже не было ничего интересного, даже едой не пахло. А вот у нас на плите всегда стоит кастрюля с каким-нибудь супом или сковорода с котлетами. Здесь же – лишь грустный электрический чайник, вазочка с сахаром рядом и блюдечко с засохшим печеньем, которым запросто можно забивать гвозди в стену. Сразу видно – мужчина одинокий.
Пока я занимался исследованием кухни, краем уха услышал звонок мобильного телефона. Из разговора я понял, что за нами приехало такси.
– Сократ, ты где? – спросил Андрей в тот момент, когда я забежал в комнату. Он раскрыл рюкзак и скомандовал: – Забирайся! Пока поедешь так, а в аэропорту придётся посадить тебя в переноску. Ничего не поделаешь, такие правила, дружище. Придётся тебе малость потерпеть. – Он погладил меня по голове. – Обещаю, когда прилетим на место, будешь передвигаться на своих двоих. Тьфу ты чёрт! – рассмеялся он. – Я хотел сказать – на своих четырёх.
В который раз убеждаюсь, что жизнь может развернуться на дне моей миски. Иногда – в мою сторону, но гораздо чаще – от меня. Ведь никогда раньше переноска не использовалась по своему прямому назначению, лишь для запугивания. Какой же я остолоп, думал, так будет всегда. Вот и пришла пора на собственной шкуре испытать чудо-транспорт для котов.
Увидев нас, водитель вышел из машины и помог загрузить чемодан в багажник. Андрей разместился на заднем сиденье, вытащил меня из рюкзака и посадил на колени. Рядом поставил ненавистную переноску, которая всем своим видом напоминала: «Только доберёмся в аэропорт, и полезешь в меня, наглый кот, хочешь ты того или нет». Как ни пытался я вздремнуть, сон не шёл. А как иначе, когда весь на нервах – поди, не каждый день летаю на самолётах. Да и мысли, точно назойливые мухи, без приглашения лезли в голову. Я заставлял себя думать о хорошем, но, как назло, в такие моменты негатив так и прёт со всех щелей. Стоило водителю нажать на тормоз, как я сразу поднимал голову, озираясь по сторонам, ожидая услышать от него: «Приехали».
– Сократ, не нервничай, – успокоил Андрей, поглаживая меня по голове. – Всё будет замечательно. Вот увидишь, тебе понравится путешествовать. Так привыкнешь, что не сможешь без этого жить. Лично у меня шкура начинает буграми ходить, если я долго сижу на одном месте, – признался он.
Я прислушался к его совету всё-таки он опытный путешественник – и закрыл глаза. Я наслаждался его ласковым почёсыванием за ухом и радовался, что Колумб оказался добрым человеком и заядлым кошатником. Думаю, мы с ним запросто найдём общий язык и непременно подружимся.
– Любите котов? – неожиданно нарушил тишину водитель, посмотрев на Андрея в зеркало заднего вида.
– Есть такое дело, – ответил тот.
– Я тоже их уважаю, – сказал водитель, пригладив посеребрённые усы. – А моя жена терпеть не может. Вернее, раньше не могла, сейчас уже полюбила. Я еле уговорил её завести Моргана.
Как я понял, Морган – кличка его питомца.
– А как же вы её уговорили? – удивился Колумб. – Женщины в таких вопросах принципиальные.
– Очень просто: однажды купил в зоомагазине мышку и тайком принёс домой. Пока жена, ничего не подозревая, готовила обед, я её незаметно выпустил. Вы бы слышали, как верещала моя благоверная, когда увидела на кухне мышь. Хоть она и весит килограмм под сто, на табуретку запрыгнула, как акробатка, и давай кричать: «Коля, скорей, скорей поймай мышь». А я развёл руками и говорю: «Извини, дорогая, я не умею их ловить». Грызун тем временем спокойно разгуливал по кухне, обнюхивал все углы, жена чуть в обморок не упала – и давай снова верещать: «Коленька, миленький, ну что ты стоишь, сделай что-нибудь». Я ей отвечаю: «Здесь без кота не обойтись». В общем, в ту ночь моя супруга глаз не сомкнула, мышь-то с кухни убежала, но всё-таки притаилась в доме, а где – одному богу известно. Утром, ни свет ни заря, жёнушка разбудила меня и заявила: «Коля, я согласна на кота». Вот так спустя несколько часов в нашем доме появился Морган. С мышью он разделался в три счёта.
– Да вы большой оригинал, – улыбнулся Андрей.
– Ну а что было делать? Пришлось принимать крайние меры. – Он звучно рассмеялся. – До этого случая как только не уговаривал её завести кота – бесполезно. Даже пообещал, что сам буду за ним ухаживать, а она – нет, и всё. Только и твердила: «Не будет кота в моём доме».
– Судя по тому, что он поймал мышь, я понял, что вы принесли в дом уже взрослого кота. Где же вы его взяли? – поинтересовался Колумб.
– Так он у меня уже давно на примете был, я с ним подружился в приюте для бездомных животных. Одна из моих постоянных клиенток – хозяйка этого приюта. Как-то раз подвозил её на работу, а она везла с собой корм для животных. Когда приехали на место, она попросила помочь занести мешки в офис. А почему бы не помочь женщине? Зашёл я с ней в помещение, смотрю – в одной из клеток сидит безглазый кот, морда вся в шрамах, половины одного уха нет, рожа бандитская, ну вылитый пират, только чёрной повязки на глазу не хватает. Кстати, чем-то на вашего котейку похож. – Мужчина улыбнулся и снова посмотрел на Андрея. – Иными словами, тёртый калач.
Ну да, согласен, я выгляжу брутально, но это не говорит о том, что рожа у меня бандитская. Я вполне интеллигентный кот.
– Видать, жизнь Моргана порядком потрепала, – продолжил таксист. – У хозяйки спрашиваю: «Кто же его так уделал?» – а она говорит: «Не знаю, он к нам такой пришёл». Я подошёл к клетке, кот как зашипит – я аж отпрянул. Потом окинул меня суровым взглядом и отвернулся, всем своим видом говоря: «Мужик, проходи мимо, ты всё равно меня не возьмёшь, таких, как я, не забирают». Честно скажу, в тот день я ходил сам не свой, из приюта-то я уехал, вот только кот не хотел уезжать из моей головы. В общем, стал я его навещать. Поначалу он меня игнорировал, даже не смотрел в мою сторону. Я и так, и сяк к нему, всякие деликатесы приносил, а он гордый, да к тому же хитрый засранец, при виде меня отворачивался и делал вид, что ему нет дела ни до меня, ни до вкусняшек. Всё же со временем мне удалось завоевать его уважение, он начал принимать от меня лакомства и даже разрешал гладить себя, а я стал думать, как убедить жену забрать его домой. Так в итоге и придумал фокус с мышью, – он снова рассмеялся. – В тот день, когда получил от неё согласие, я с утра пораньше отправился за Морганом. Мне показалось, он заплакал от счастья, когда я объявил, что забираю его к себе домой. А когда привёз, жена всплеснула руками и сказала: «Господи, Коля, где ты его взял? Ты что, не мог посимпатичней кота найти?» – а я ответил: «Дорогая, тебе кто нужен – мышелов или Джонни Депп?» Спустя пару часов Морган принёс мышь и положил её на пороге кухни. Жена увидела такой «подарок» и наконец сменила гнев на милость. А сейчас, мне кажется, она любит его больше, чем я. Видели бы вы кота теперь! От прежнего Моргана остались лишь шрамы.
Да, моему сородичу несказанно повезло. А сколько ещё по приютам скитается таких Морганов, до которых никому нет дела.
– А кто же ему дал такую кличку? – полюбопытствовал Андрей.
– Волонтёры, – ответил водитель. – Назвали его в честь известного пирата, Генри Моргана.
Я давно понял: люди – мастаки придумывать для нас имена. Каких только кличек я не встречал. Взять хотя бы композиторского кота Генриха или мою подругу, рыжую красавицу Матильду. Она рассказывала, что так звали любовницу царя Николая Второго