– Привет, – глядя на носки своих ботинок поздоровался Солома. – Ты не против, если я с вами пойду?
– Я даже «за»! – уверила я коллегу. – Не одолжишь на минуту квестовый пюпитр? Хочу глянуть, может моя книга как раз на нём и читается.
– Держи, – ответил Солома, выудив из небольшой сумки увесистый кованый пюпитр. Выглядело это номером фокусника, доставшим из шляпы не кролика, а бегемота.
Я поспешно установила записки Кипрея на пюпитр и жадно уставилась на страницы. Никаких изменений.
– Блин, – расстроился Чип. – Я надеялся, что на этот раз мы угадали.
– Увы, – вздохнула я, пряча зловредную книжонку в инвентарь. – Ладно, айда в группу и пошли доделывать цепочку заданий. Готовы?
– Всегда готов! – браво отсалютовал Чип и широко зевнул. – Пора баиньки.
– Готов, – отозвался Солома, вновь пряча свой трофей в сумку.
– Я готова заплатить!
Перемещение было мгновенным. Только что мы стояли под ярким солнцем Барлионы и вот уже стылый холод пробирается под одежду, под кожу, к самому сердцу.
– Охренеть тут дубак, – Чип поёжился. – Нас что, в местную Арктику забросило?
– Ты желаешь продолжить путь? – от голоса из зеркала тело пробрала дрожь.
– Д-да, – зубы стучали, будто я нырнула в прорубь. – Но сперва у м-меня есть вопрос. Ты знаешь, как прочесть эту книгу?
Существо в зеркале издало странный, пугающий звук. Меня передёрнуло, когда я осознала, что оно смеётся.
– Эти письмена открыты лишь мертвецам. И раз уж мы заговорили о них – чья жизнь станет даром? Кем ты пожертвуешь, чтобы продолжить свой путь?
– Всегда готов положить живот на алтарь борьбы за счастье пролетариата! – пафосно провозгласил Чип и чихнул.
Я посмотрела на ирха, затем на укутавшегося в плащ Солому, и вновь перевела взгляд на зеркало. И зачем Десятый связался со столь мерзкой тварью? В чём тут урок? Что общего у готовности пожертвовать спутниками и пройти по их трупам вперёд со стезёй Бардов? Наверное, я никогда этого не пойму.
– Я решила, что не хочу ступать на этот путь, – выдохнула я и слова, заледенев, упали к моим ногам. – Иной тупик лучше такой дороги. Чип, а не расколотить ли нам эту злобную стекляшку?
– А запросто! – недобро ухмыльнулся ирх и без замаха вбил алебарду прямо в центр зеркала. Звон разбитого стекла не смог заглушить полный ярости вопль, донёсшийся из опустевшей рамы.
Выбор сделан.
Вы отказались жертвовать спутниками ради личной выгоды доказав, что дружба и верность для вас не пустой звук. Путь открыт.
Прогресс задания «Путь в никуда»: пройдено два испытания.
Посреди комнаты открылся сияющий портал, от которого маняще веяло теплом.
– Любопытно, – пробормотал Солома и, не мешкая, шагнул в портал.
– Поговорку про кошку и любопытство что, не слышал? – немедленно отозвался ирх. – Как бы не пришлось подтверждать личным примером.
Но за Соломой шагнул без малейшего колебания.
Вопреки опасениям, по ту сторону портала не было описанной Терном комнаты с наградами. Там вообще не было комнаты. Мы стояли посреди горного ущелья. Практически отвесные склоны по обе стороны и непроходимый завал позади не оставляли сомнений куда держать путь.
– Где это мы? – озвучил витавший в воздухе вопрос Солома.
– Где-то в Барлионе, – сообщила я, сверившись с картой. На этот раз наше местонахождение было отмечено где-то к северу от Сокрытого леса, на неизведанной территории.
– Где-то близко к жопе этого мира, – доходчиво пояснил ирх. – Можно сказать – преданусье.
Поначалу нам пришлось идти гуськом, друг за другом – большего не позволяла ширина этой каменной щели. Затем стены начали постепенно расходится в стороны, и в итоге мы вышли к широкой промоине, чем-то напоминающей арену древнего Колизея. Сходство усиливали разбросанные тут и там скелеты различных существ, прикрыты проржавевшими доспехами и обрывками истлевшей одежды.
– Не хило тут порубились, – присвистнул Чип, осторожно перешагивая через череп орка в бронзовом шлеме с гребнем.
– Агр, – отвлёк меня от созерцания артефактов прошлого Солома.
Проследив в указанном им направлении, я заметила призрачную фигуру, возвышавшуюся над одним из костяков. Могучий воин, габаритами не уступавший ирху, стоял, опершись на громадный боевой топор, и глядел куда-то вдаль, не обращая на нас ровно никакого внимания.
Призрак павшего бойца. Уровень 40.
Надпись была красной.
– Что, погнать, люлей дать? – с сомнением в голосе поинтересовался Чип поудобней перехватывая алебарду.
– Вряд ли. Должен быть другой путь.
– Вверх по ущелью – дохлое дело, – веско заявил ирх. – Тут скалолазы нужны.
– Странно это… – я вновь огляделась вокруг ища подсказку. – Задание от Барда для Бардов, или группы в составе которой Бард. И вдруг испытание боем. Разве что мораль окажется в духе «иногда решает грубая сила».
– Мертвец, – напомнил Солома. – Перед нами мертвец. Может он и должен прочесть твою книгу?
– Солома, ты – гений! Сейчас попробую!
– Эй, не так быстро, – осадил меня Чип. – Лучше я первым сунусь: если завалит – меня не жалко.
– Паш, это всего лишь игра. Грохнет меня – хоть прикинем его урон и агро-радиус.
– Ладно, – с кислым видом согласился ирх.
Я выудила из сумки загадочную книгу, раскрыла на первой странице и, держа её на манер щита, двинулась к призраку.
– Уважаемый, – окликнула я павшего бойца, когда до того оставалось метров десять. – Вам знакомо имя Кипрей? Вы знаете, что тут написано?
Призрак повернул голову, изучая меня сквозь прорези шлема, а потом неторопливо, даже с некоторой ленцой, махнул топором, отправляя меня на перерождение.
Внимание! В связи со смертью, уровень Опыта уменьшается на 30 %.
Прогресс задания «Путь в никуда»: третье испытание провалено. Осталось две попытки. Для возобновления третьего испытания произнесите «Я хочу попытаться вновь».
В связи со смертью персонажа доступ в игровой мир закрыт на 12 часов.
– Вот и поговорили, – пробормотала я, выбираясь из капсулы.
Ребята позвонили минут через десять.
– Короче, мы тоже копыта откинули, – бодро отрапортовал Паша своим странным голосом. – Но ты бы это видела! Солома наш взял свой пюпитр и попытался им завалить того призрака.
– И как результат?
– Предсказуемый, – вздохнул Паша, – но уморительный.
– Пюпитр железный, – смущённо пояснил Солома, – а в ряде преданий призраки боятся железа.
– Этот оказался бесстрашным, – по голосу было слышно, что Паша зевает. – Или просто преданий не читал.
– А ты как помер?
– А, да попытался добежать до жмура, над которым стоял этот хмырь, и разрубить.
– И как, получилось?
– Ага. Пока наш бесстрашный порей пюпитром размахивал, я долбанул по костомахам. Не знаю уж, оскорбился призрак от такого непотребства, или просто жмур был не его, но грохнул, гад, меня с одного удара. Даже не запыхался, засеря…
– Блин… Ещё варианты будут?
– Утро вечера мудренее, – вновь зевнул Паша. – Завтра покумекаем, а сейчас я почапал подушку плющить.
– Надо Терну написать, что время группового похода переносится, – напомнил Солома. – Не успеем мы возродиться.
– Скинь ему сообщение, – попросила я. – Пойду гулять, голову проветрю, с ребятами встречусь, может они какой разумный вариант подкинут.
– Лады. Всем до завтра.
Вернувшись в игру, я сразу направилась в библиотеку. Во-первых, только сейчас я вспомнила, что не выполнила обещания бафнуть выручившего меня Телля. Во-вторых, я обещала Лапушку и какому-то Ковылю, встретиться в библиотеке и «сыграть чё-нить». Не то чтобы мне действительно хотелось туда идти, но данное обещание тяготило, и проще было его выполнить и выбросить из головы, чем терзаться чувством вины. Отправив письма Чипу, Соломе и Терну, я направилась в библиотеку. Там обнаружился и Телль, и Лапушок, и ещё пара дюжин игроков. Некоторые вовсю практиковались в ремёслах, но многие, как и вчера, просто маялись от безделья.
– Здорова, – поприветствовала я Телля. – Я вчера поспешно смылась и забыла накинуть баф. Пришла вернуть долг.
– О, круто, – обрадовался тот. – А долго баф висит?
– Тэкс… – я ненадолго зависла, вызывая описание бафа и производя нехитрые подсчёты. Харизма 3, Известность 3, да плюс единица… – Семь часов.
– Ничего так, – одобрил Телль. – Бафай.
– Момент.
Я бросила ему приглашение в группу, потом повторила то же действие с Лапушком и Ковылём.
– Вы вчера заказывали музыку?
– Я думал ты не помнишь, – удивлённо отозвался Лапушок.
– Долги надо отдавать.
Когда группа была полностью сформирована, я ненадолго задумалась чего бы такого воодушевляющего спеть. Вспомнилась почему-то баллада одного Барда, жившего ещё в двадцатом веке. Может, навеяли книги кругом, а может, и сама игра.
Средь оплывших свечей
И вечерних молитв…
Игроки вокруг перестали галдеть и прислушались. Для большинства песня была незнакомой: несмотря на несомненный талант Барда, голосом он обладал своеобразным, да и темы в песнях затрагивал серьёзные, что не вписывалось в большинство развлекательных эфиров. Баллада о книжных детях, не видевших в жизни ничего, кроме созданных кем-то историй. С момента её создания прошло больше века, но и теперь каждый слушатель узнавал в строках себя. И пусть наше поколение было скорее детьми виртуальных миров, каждая строка вливалась прямо в души.
И пусть мой голос слишком отличался от каноничного, да и звучание лютни не вполне подходило песне – моя манера исполнения пришлась игрокам по душе. Недовольных не нашлось. Желающих «побазарить» – тоже. Балладу дослушали в молчании, и даже НПС-библиотекарь выглянул из своей подсобки. Последние слова были допеты, но никто не решался нарушить тишину, а одна девушка даже украдкой вытирала глаза.
Всплыло новое системное сообщение, но я смахнула его в сторону. В эту минуту не хотелось читать про какие бы то ни было умения.