– Сёмин.
– Александр Сёмин или Никита Задоров?
– Сёмин.
– Александр Сёмин или Артемий Панарин?
– Сёмин.
– Я понял твою тактику. Александр Сёмин или Сергей Фёдоров?
– Ох, ну здесь… Да, пускай останется Сёма.
– Александр Сёмин или Кирилл Капризов?
– Сёмин.
– Александр Сёмин или Никита Кучеров?
– Сёмин.
– Александр Сёмин или Сергей Бобровский?
– Сёмин, конечно.
– Александр Сёмин или Семён Варламов?
– Сёмин.
– Александр Сёмин или Николай Хабибулин?
– Сёмин.
– Александр Сёмин или Евгений Малкин?
– Сложно. Ну, пускай будет Сёмин.
– Александр Сёмин или Алексей Яшин?
– Сёмин.
– Александр Сёмин или Павел Дацюк?
– Пускай будет Сёмин.
– Александр Сёмин или Павел Буре?
– Ну, с Буре я не играл, поэтому Сёмин остаётся.
– Александр Сёмин или Александр Могильный?
– Сёмин.
– Александр Сёмин или Игорь Ларионов?
– Сёмин[64].
1 марта 2007 года они даже сыграли вместе 51 минуту. Это произошло в домашнем матче с «Флоридой Пантерз» и стало рекордом для хоккеистов.
Тем не менее в тот момент болельщиков и руководство «Вашингтона» мало что могло порадовать. Звёзды подсдали, игра не шла, а клуб вновь не вышел в плей-офф. Нужны были решительные меры, и, видимо, фронт-офис «столичных» посчитал, что команде правда нужно идти дальше.
Перед сезоном-2007/08 «Кэпиталз» смогли подписать нового нападающего в звено Овечкина – соотечественника Виктора Козлова. Новичок «Вашингтона» хоть и не был суперзвездой, но уже успел себя зарекомендовать в НХЛ. До этого Козлов два раза подряд помог легендарному Буре добраться до отметки в 50 голов за чемпионат. Ови был счастлив, получив такого напарника.
«В этом сезоне горы будем сворачивать! У нас теперь новая тройка с Виктором Козловым и Нюландером», – делился Александр перед стартом сезона[65].
Как покажет будущее, это несильно помогло «столичным». А время главного тренера Глена Хэнлона, с которым клуб за три сезона ни разу не вышел в плей-офф, стремительно подходило к концу.
«Один из лучших наставников в моей карьере. Отличный мужик»
Можно ли назвать период Хэнлона в «Вашингтоне» провальным? На самом деле язык не поднимается сделать это. Всё-таки наставнику пришлось иметь дело с командой, находившейся в процессе перестройки, расстававшейся с лидерами и просто сильными хоккеистами и пытавшейся «выплыть» в основном за счёт молодёжи или старичков.
На эпоху Хэнлона ещё и локаут выпал.
В общем, кажется, всё шло не так, всё пыталось усложнить жизнь тому «Вашингтону».
Хотя и сам Хэнлон не то чтобы сильно помогал. Его оборонительный стиль игры не всем нравился – возможно, отчасти и он стал причиной снижения результативности Овечкина во втором сезоне.
Впрочем, вряд ли в то время из этого состава можно было выжать нечто большее. Так что Хэнлона стоит оценивать по совершенно другим критериям. Например, по тому, как он мог сплотить игроков, насколько хорошо помогал молодёжи и какую атмосферу создавал в клубе.
И кажется, что для развития молодого Овечкина, только попавшего в Северную Америку, тренера лучше найти было нельзя.
Хэнлон в бытность хоккеистом считался достаточно хорошим вратарём. (Именно ему, к слову, свой первый гол в НХЛ забил Гретцки.) Так что находить общий язык с игроками он умел. Судя по рассказам хоккеистов, Глена можно было назвать своим парнем. Тренер осознавал, насколько важную роль в развитии и адаптации играет общение, совместное времяпрепровождение. Благодаря подходу Хэнлона многим игрокам было легче освоиться в новой обстановке, сдружиться и сплотиться.
Да и молодым хоккеистам наставник всецело доверял. Так что Овечкин попал в правильные руки.
«Был ли Александр доволен тем игровым временем, которое ему в первое время Глен Хэнлон давал? Думаю, да. Так, как он носился, по 20 минут за матч не так легко было отбегать. Тем более что он и в меньшинстве в то время играл. И даже забил пару голов, когда мы вместе были на льду. У нас и там получалось, а Хэнлон доверял.
Как складывались у Овечкина отношения с Хэнлоном? Саша скажет об этом лучше, но по тому, что я видел, – всё было нормально. Понятно, что игрок был ещё молодой. Но чувствовалось: тренер хочет, чтобы он выиграл тот же «Колдер». Он желал ему хорошего, хотел ему помочь и старался сделать всё, чтобы работа приносила ему как можно больше пользы.
Как человек Хэнлон хороший, и он был частью нашего хорошего коллектива. Он знал, что у нас молодая команда, понимал, что ей надо учиться – и требовал, чтобы мы профессионально готовились к играм и отдавались до конца каждый вечер. Мы были настолько неопытны, что не могли победить иногда даже в наших лучших играх, но если Глен видел, что мы все сделали всё, что могли, то особо на нас не срывался. И понимал, что большая группа игроков будет играть вместе долго.
А за два дня до этой игры [с «Койотс»] у нас был ужин новичков – как раз в Финиксе. Знаете, что бывает в такие вечера? (Смеётся.) Там было весело.
Не помню, была ли у нас на следующий день тренировка, но помню, что ко мне и ещё к кому-то из ветеранов подошёл Глен Хэнлон. И сказал: «Знаю, что у вас был ужин новичков. У нас осталось ещё несколько матчей на выезде, и я хочу дать вам несколько раз лишнюю возможность пойти всей командой на ужин». Он понимал, что этим людям предстоит играть вместе ещё много лет, и чем быстрее они превратятся в единое целое – тем лучше для будущего «Кэпиталз». Вот вам и Хэнлон!
«Понимаю, что попасть в плей-офф нам уже сложновато, – говорил он. – Речь не об этом. Я просто хочу, чтобы на выезде вы всё время были вместе, в том числе и после матчей». Он объяснил, что поэтому хочет попросить Макфи, чтобы у команды была возможность улетать с этих матчей не сразу, а на следующее утро. Это и даст возможность всей команде пойти на ужин.
Он сказал мне и ещё нескольким ребятам: «Вы заведите команду, постарайтесь, чтобы я мог пойти к Джорджу и сказать: дайте ребятам побольше побыть друг с другом, посмотрите, как хорошо это на них воздействует». В итоге мы разгромили «Финикс» – 6:1, а Саша забил свой сумасшедший гол», – вспоминал Зубрус[66].
Так что нельзя забывать заслуги Хэнлона в успешной адаптации Ови.
Долго на таком подходе, однако, продержаться не получилось. Все видели, какая звезда попала в «Вашингтон», и ждали прорыва и от команды. Фронт-офис подписал Козлова и ещё нескольких качественных игроков, наконец-то приехал Бекстрём. Но, несмотря на три победы на старте регулярки, затем «Кэпиталз» проиграли четырежды подряд. За октябрь набралось шесть поражений в 11 матчах. Ситуация совершенно выходила из-под контроля.
Единственным светлым пятном оставался Овечкин, который за этот отрезок забил восемь голов и отдал семь результативных передач. Но в одиночку молодой нападающий не мог справиться.
Хэнлон не выдерживал давления, судорожно тасовал звенья от матча к матчу, ища идеальный выход из ямы. Не помогало. Даже болельщики на домашние встречи начали приносить плакаты с просьбами и требованиями уволить тренера.
Всё решилось во второй половине ноября. К 21-му матчу сезона с «Атлантой Трэшерз» «Вашингтон» подходил всего с шестью победами. И крупное поражение со счётом 1:5 от «пересмешников» подвело черту под эпохой Хэнлона в столице США. Его отправили в отставку.
«Дело не в тренере. И вообще этот вопрос опять не ко мне, а к руководству клуба… Я удивился, когда узнал об отставке Хэнлона. Глен был моим первым тренером на протяжении двух с половиной лет. Один из лучших наставников в моей карьере. Отличный мужик. Помню, как только пришёл в «Вашингтон», Хэнлон меня встретил и сказал: «Алекс, не обращай внимания на шумиху вокруг себя. Просто получай удовольствие от хоккея». Я до сих пор благодарен ему за доверие. Но это жизнь… Если команда много проигрывает, тренера увольняют», – рассказывал Овечкин[67].
Все понимали, что новому тренеру придётся разбираться с кучей проблем. Опытный вратарь Олаф Колциг уже не тащил, шведский форвард Микаэль Нюландер входил в стадию регресса; ветеран Крис Кларк, игравший в звене с Ови и получивший капитанскую повязку, сдавал; тафгай – хоккеист, чья работа заключается в защите одноклубников, драках и силовой манере игры – Дональд Брашир испытывал проблемы со здоровьем. Даже крепкие новички не могли всё тащить на себе.
В том сезоне «Вашингтон» ещё и преследовали травмы – причём разной степени комичности и абсурдности.
5 октября, в первом же матче сезона-2007/08, Овечкин получил повреждение, которое навсегда изменило его образ и подарило миру едва ли не самую запоминающуюся улыбку в истории спорта. Улыбку, которая известна всем в мире хоккея.
Да, именно в этот день Александр лишился зуба.
Всё произошло на «Филипс Арене» в Атланте – в матче с той самой «Атлантой», которая через два с половиной месяца станет точкой невозврата для Хэнлона.
«Я – русская беззубая машина!»
Середина третьего периода. «Вашингтон» не без труда забивает третий гол – ассистентом выступил Ови – и ведёт в счёте 3:1. Овечкин начинает атаку и, прорываясь по правому флангу, обыгрывает первого защитника. Дальше его не пускает оборонец Стив Маккарти, навязавший борьбу нападающему. Шайба отлетает в угол площадки, оба игрока летят туда – первым оказывается защитник, который, не глядя, с размаху бьёт по шайбе, выбивая её из зоны. Клюшка по инерции идёт дальше – и крюком попадает прямо в Овечкина. Алекс хватается за лицо, а затем, смотря на судью, разводит руками: мол, и это не нарушение?! Арбитры, однако, не свистят – либо не увидели момента, либо действительно не разглядели фола.
Ови садится на скамейку, на его лицо наводят камеру – кровь.