Тот же Бекстрём молодец – сколько они уже с Сашей играют, сколько очков вместе набирают! Очень хороший форвард. Но Овечкин есть Овечкин. Он шмаляет шайбу хлеще других, играя с любыми партнёрами. Тем более в большинстве, где у него есть своё место, где у него всё отлажено годами. В эти моменты у «Вашингтона» всегда на льду грамотный праворукий защитник – раньше Грин, теперь Карлсон. В центре – тоже праворукий – сейчас Оши, раньше Брауэр. Все эти люди обладают прекрасным броском в одно касание. Тот же Грин и бросить мог здорово, и оценивал ситуацию неплохо, иногда показывал, что бросает, а отдавал Саше, который уже ждал с поднятой клюшкой. Бекстрём на полборта…
Уже больше десятилетия большинство у «Кэпиталз» каждый сезон – одно из лучших в лиге. А в среднем за этот период – наверняка лучшее. Когда туда пришёл тренером Адам Оутс, грамотный специалист, он расставил людей определённым образом, и с тех пор структура розыгрыша большинства у «Вашингтона» не меняется. И с этим не могут ничего сделать. Столько наигранных моментов – а всех не закроешь. Справитесь с Сашей – другие будут открыты. А они все хорошо чувствуют, когда бросить, когда отдать», – оценивал Зубрус в 2020-м[87]. Именно в первые сезоны Овечкина в НХЛ это эффективное большинство зарождалось.
У бывшего товарища Александра был ответ и на вопрос о силовой манере игры форварда.
«Есть ли понимание, как Овечкину удавалось всё время идти в силовую борьбу, но при этом избегать травм? Начнём с того, что он большой и сильный. Саша может это делать. Если бы подобными вещами любил заниматься человек ростом метр семьдесят и весом 60 килограммов, всё было бы по-другому. Но тут другой вариант – возможно, сыграла свою роль генетика. Второе – ему нравится это делать, и часто он силовую борьбу сам инициирует. Не ждёт, пока его начнут дубасить, – хотя в первые годы на него прилично лезли. Сейчас-то люди уже знают, что в него как врежешься – так и отскочишь.
Наконец, он серьёзно тренируется и готовится к сезонам. Столько лет играть на таком уровне без мощной подготовки – это невозможно. По крайней мере в нынешней НХЛ», – рассказывал Зубрус.
В итоге слабый старт сезона-2008/09 не позволит Овечкину повторить голевые успехи прошлого чемпионата, но нападающий покажет себя более разносторонним игроком. Алекс вновь пробьёт отметку в 50 голов, 56 раз огорчив соперников. Это аж на девять шайб меньше, чем годом ранее, однако в то же время Ови значительно вырос в плане командной игры. Он отдал 54 ассиста, повторив личный рекорд дебютного сезона и суммарно набрав лишь на два очка меньше, чем в прошлой регулярке – 110.
Кроме того, форвард установил клубный рекорд, став первым игроком «Вашингтона», в трёх сезонах забивавшим не менее 50 голов. Большим подспорьем для него стали окончательное формирование и расцвет супертройки Овечкин – Бекстрём – Сёмин.
Александр помог своим партнёрам значительно вырасти. А они помогали ему с его снайперскими достижениями. Но главное – они помогали друг другу адаптироваться и делать жизнь чуточку легче и счастливее.
«В те первые несколько лет мы оба были одиноки»
К началу сезона-2008/09 в «Вашингтоне» сложились прочные связи между лидерами команды. Овечкин и Бекстрём стали близкими друзьями. На льду им активно помогал другой товарищ – Сёмин. В 2020-м ESPN даже признает их тройку лучшей в истории столичного клуба. За период 2007–2009 годов они в общей сумме наберут 571 очко.
Вообще, дружба Ови и Бекки – знаковая история для «Вашингтона». К тому моменту этот дуэт приобрёл статус главной ударной силы «Кэпс», хоккеисты проводили много времени за пределами льда, а на площадке творили красоту.
Овечкин и Бекстрём оказались совсем в другой стране, в новом месте, которое поначалу ощущалось чужим. И хоть они были из разных мест, парни смогли найти общий язык. Это стало важной причиной их объединения – да, они родились в разных странах, но столкнулись с одинаковыми проблемами и чувствами.
В то же время Ови, прибывший в НХЛ на два года раньше, помог Бекстрёму освоиться, обучил его тому, что сам успел узнать, и показал места, которые сам успел посетить.
«Впервые я встретил Алекса на драфте НХЛ 2006 года в Ванкувере после того, как «Кэпиталз» выбрали меня под четвёртым номером. Для организации было довольно круто, что он назвал моё имя. Ови тогда плохо говорил по-английски, но и я тоже. Так что это было здорово. Это помогло нам создать связь.
Я увидел Алекса в аэропорту на следующий день, он шёл с «Колдер Трофи», присуждённым новичку года в НХЛ, – он выиграл его в те же выходные. Всё в те дни было чем-то особенным.
После этого я ещё один сезон отыграл в Швеции, чтобы добиться большего прогресса, а потом переехал в Вашингтон. Ови и вся наша команда здорово помогли мне адаптироваться. Понятное дело, он знал о городе намного больше, чем я.
Оглядываясь назад, я вспоминаю много матчей в наши первые годы вместе, когда мы, проигрывая перед третьим периодом, совершали много камбэков. По сути, мы просто говорили друг другу: «Проснись – и вперёд». А потом, идя вперёд, забивали три-четыре гола в последнем периоде. Это ещё одна причина, по которой мы уважаем друг друга. Мы могли подбодрить друг друга. И нам обоим очень повезло, что нас окружало так много замечательных товарищей по команде, которые постоянно помогали нам делать это. В те первые несколько лет мы много тусовались и оба были одиноки. Мы жили рядом и возили друг друга на матчи. Мы были в восторге. Было много весёлых моментов.
Сейчас у нас те же отношения, что и тогда, но теперь в нашей жизни появились дети. Так что у нас есть другие обязанности вне льда, кроме тусовок, ужинов и тому подобного. Но у нас всё те же разговоры, тот же диалог в раздевалке или во время выездов.
Думаю, эволюция является неотъемлемой частью жизни. Мы оба рады иметь возможность не только делиться этим друг с другом, но и видеть, как другие игроки в составе «Кэпиталз» тоже растут и заводят семьи», – рассказывал Бекстрём в 2023-м[88].
Это не были отношения звезды и рабочей лошадки – подносчика снарядов. Это были отношения двух похожих, родных людей.
На самом деле дружба Овечкина и Бекстрёма – пример, который опровергает множество стереотипов. Несмотря на то что они из разных стран, где совершенно разные языки, парни смогли создать крайне крепкие узы. Как хорошо могут ладить люди из мест, которые в наше время несправедливо противопоставляют друг другу! Хотя, конечно, удивлять это и не должно.
Их дружба даёт надежду. Даже будучи из таких на первый взгляд разных стран, можно найти общий язык и стать друг для друга близкими людьми. Ни один человек, ни одна организация не помешают этому, если быть открытым для мира и не обращать внимания на какие-либо стереотипы. Как говорится, не проверишь – не узнаешь.
Порой, читая интервью Овечкина и Бекстрёма друг о друге, я невольно останавливаюсь на мысли: а смогли бы они добиться таких успехов, если бы не были открыты для мира, для других людей, для дружбы и нового опыта?
Есть ощущение, что нет. Всё-таки хоккей – командная игра. И без духа товарищества, который оказывается сильнее национальных границ, предрассудков и бытовых сложностей, справиться иной раз просто невозможно.
Хотя, конечно, это касается далеко не только хоккея. Дружба помогла Овечкину провести его суперсезон с 65 голами, она же позволила ему стать более командным хоккеистом год спустя.
То же самое касается и Бекстрёма. В начале своего первого сезона в «Вашингтоне» центральный нападающий не так часто выходил на лёд с Овечкиным, но всё изменил приход Будро на пост главного тренера.
«Я не играл с Овечкиным на старте своего первого сезона. Тогда я выступал с другими парнями. Меня ставили на фланг. Когда Брюс Будро стал тренером в том сезоне, именно тогда мы начали играть в одном звене. С тех времён мы просто продолжали налаживать «химию», – говорил Бекстрём[89].
Это дало свои плоды. Если первый сезон дуэта можно назвать скорее пробой пера, то уже на второй год они стали грозной силой в атаке. После 69 (14+55) очков в 82 матчах регулярки-2007/08 Бекстрём значительно улучшил свои показатели. В сезоне-2008/09 Никлас набрал уже 88 (22+66) баллов и часто ассистировал Овечкину. Швед с каждым матчем, с каждым годом развивал плеймейкерские способности и учился подстраиваться под своего звёздного одноклубника – чтобы отдавать ему максимально удобные передачи, выкатывать шайбу прямо на крюк. Чтобы Ови мог «разряжать» свой смертоносный щелчок. И не только его.
«Понятное дело, все говорят об «офисе» Алекса в левом круге вбрасывания, но он может забить совершенно разными способами. Когда он выходит на лёд и делает свой бросок… я слышал, как вратари говорят, что он такой непредсказуемый. Шайбы после его бросков могут лететь куда угодно.
У многих парней есть своя любимая «точка», но я чувствую, что у Ови есть менталитет снайпера, какого нет ни у кого другого. Он также умеет отдавать голевые передачи.
Даже если другая команда пытается заблокировать шайбу, Алекс знает, как бросить мимо соперников. Что делает его опасным, так это то, что у него есть одна из самых сладких «точек» среди всех хоккеистов, с кем я когда-либо играл. Он может бросать под разными углами.
Все моменты, которые я как распасовщик пытаюсь создать, – это моменты, когда ему не нужно бросать из-за того, что игроки могут заблокировать бросок. Тем более, что чем быстрее я смогу передать ему шайбу, когда вратарь не готов к этому, тем больше шансов, что произойдёт что-то хорошее.
Я думаю, что наши стили игры так хорошо сочетаются друг с другом, потому что мы уважаем друг друга. У нас хорошая связь и вне льда. Мы любим говорить о похожих вещах», – рассказывал Бекстрём[90]