— Я закончила.
Глава 3
Нужный дом нашла довольно быстро, спасибо навигатору в смартфоне. У меня было много мыслей, как выглядит дом, в котором расположена квартира Лукрецкого. По рассказам сестры мужчина он весьма обеспеченный, если не сказать, богатый. Ожидала всего, включая охранников с автоматами на входе. Были в нашем городе несколько подобных супер-элитных домов. Но все оказалось весьма прозаичным. Хорошая кирпичная новостройка, на мой взгляд, трех-пяти лет. С подземным паркингом и небольшой закрытой территорией, свободной от машин. Короче, ничего особенного. Не оправдал господин Лукрецкий моих финансовых ожиданий. Да, я признаться уже мысленно прикинула, что после завершения сделки можно было бы слетать куда-нибудь с Игорем на острова. Мечты о Мальдивах плавно трансформировались в отдых в Турции. Все-таки надеялась, что у Лукрецкого не холостяцкая студия, от которой он решил избавиться перед свадьбой с Ингой.
С трудом нашла место для парковки, зато без проблем попала на территорию дома. С консьержем тоже не возникло затруднений, Лукрецкий предупредил о моем приезде. Кстати, наличие консьержки порадовало. Мой вероятный гонорар сразу подскочил на несколько десятков тысяч рублей. Аккуратный подъезд — очередной плюс. Надо заметить, что не так далеко находился небольшой парк. Вообще, месторасположение дома было весьма удачное.
Поднявшись на нужный этаж, понадеялась, что окна выходят не во двор, и квартиру можно будет продавать, как видовую.
Позвонила в дверь, только потом заметив, что та чуть приоткрыта. Значит, консьерж уже сообщил о моем прибытии.
— Демьян?! — вошла в коридор, сразу же отмечая, что квартира минимум двухкомнатная. Ни о какой студии речь не шла.
— Влада, — Лукрецкий появился из-за одной из дверей, коих я насчитала четыре штуки, включая арку, вероятно, ведущую в гостиную или в кухню. Появился и тут же смутил. Мужчина был наполовину обнажен, правда, в руках держал футболку. Футболку, которую натянул на себя, прямо на ходу. Сбылась мечта идиотки — я только что имела возможность несколько секунд полюбоваться на кубики пресса на мужском торсе. И да, я оценила, — что ты там застыла? Проходи. Осматривайся, — мужчина выглядел очень по-домашнему. Свободные штаны, футболка и босиком.
Сбросив туфли, последовала его совету.
— Если не ошибаюсь, здесь два санузла? — поинтересовалась у него. С подобной планировкой раньше сталкиваться не приходилось. Но, как правило, двухкомнатные квартиры в хороших домах имели два санузла.
— Угадала, — хмыкнул он. — Хочешь чего-нибудь?
— Нет, благодарю. Я только осмотрюсь и сразу поеду. Примерную оценку смогу дать после того, как немного отдохну. Если согласишься работать со мной, заключим предварительный договор, — подошла к одной из дверей и положила руку на дверную ручку. — Можно? — уточнила на всякий случай.
— Чувствуй себя, как дома, — разрешил владелец квартиры.
Все-таки мне повезло. Я очутилась в спальне с выходом на лоджию. Первое, что бросилось в глаза — вид из окна. Вид из окна явно не на внутренний двор. Я даже не стала искать выключатель, качество отделки можно было оценить позднее, сразу устремилась к выходу на лоджию. Открыла дверь и улыбнулась. Похоже, лоджия растянулась на всю длину квартиры. Если удача улыбнется мне снова, то аналогичные выходы присутствовали в гостиной и кухне. Остекление шло от пола до потолка. Чудесно, как и сам вид из окна. Ничего сверхъестественного, но виден кусочек темного парка.
Прислонилась лбом к прохладному стеклу и на секунду прикрыла глаза.
— Устала? — неожиданно чужие руки легли на талию. А я ведь даже не заметила, что Лукрецкий проследовал за мной.
— Да, — положила свои ладони поверх мужских и попыталась убрать. — Это лишнее,
Демьян, — почувствовала себя не в своей тарелке.
— Уверена? — голос такой вкрадчивый.
— Да, — чужие руки послушно соскользнули с талии. Только выдохнула с облегчением, как Лукрецкий перекинул волосы из длинного хвоста с плеча назад и рванул ткань блузки, одновременно вдавливая мое тело в стекло, чтобы я не могла пошевелиться.
— С. Ума… — мой возмущенный вскрик потонул в собственном вопле, когда стык основания плеча и шеи обожгло огнем.
По телу прокатилась волна тепла, а внизу живота предвкушающе заныло.
«Твою мать!», — мысленно выругалась, потому что вслух могла только стонать то ли от боли, то ли от желания. Я не понимала, откуда только взялось возбуждение, но мое состояние слишком походило на тот единственный раз, когда мы с девчонками на одной из студенческих вечеринок сдуру нажрались возбуждающего…
Сознание помутилось на какой-то момент, осознала себя уже лежащей на постели.
Одежда казалась лишней, мешала, особенно в области груди. Груди, которая налилась и требовала незамедлительных ласк.
Лукрецкий склонился надо мной и лениво расстегивал пуговичку за пуговичкой на кардигане, поглаживая освобожденную кожу кончиками пальцев. Каждое такое прикосновение приносило с собой короткое облегчение.
Мне с трудом удалось сосредоточить внимание на лице мужчины. Лукрецкий самодовольно лыбился. Подобное выражение лица подходило больше какому-нибудь олигофрену, нежели нормальному взрослому мужчине.
— Не думал, что ты так остро отреагируешь, — произнес он, а я разозлилась. Ярость вперемешку с раздражением создали удивительный коктейль, ненадолго отгоняя бешеное возбуждение и прочищая мозги. Схватила за руку Лукрецкого. Схватила с силой, ну, насколько смогла. — Не сопротивляйся, сладкая, все равно не поможет, — посоветовал он.
— Нет, — у меня хватило не только сил оттолкнуть от себя чужую руку, но и сесть. Быстро запахнув расстегнутый до конца кардиган на груди, сползла с кровати. Ноги дрожали и не слушались, но мне каким-то чудом удалось сделать несколько шагов к двери.
— Даже так? — заинтересованно процедил Лукрецкий, который не стал мешать и не попытался удержать. Бросила быстрый взгляд через плечо. Мужчина вальяжно развалился на опустевшей постели и подложил руки под голову. — Надоест мучиться, позови.
Придерживаясь за косяк, покинула комнату.
«Бежать!», — единственная мысль, которая вертелась в голове. Бежать подальше. Бежать быстрее. Куда угодно, только бежать. Бежать от Лукрецкого, чтобы не наделать глупостей. Бежать, но так хотелось остаться.
Посылая неуместные хотелки в задницу, желательно, в чью-то конкретную, я медленно добрела до двери. Черт, замков было безумное количество. Низ живота снова скрутило, и я облокотилась на стену, пережидая очередной приступ. Верхний замок, нижний. С ужасом поняла, что вот как раз самый нижний без ключа не открыть. Вот же зараза.
Появилась еще одна здравая мысль: позвать на помощь. Где-то здесь в коридоре я оставила сумочку с мобильным телефоном. Рухнула на колени, оглядываясь. Тумба оказалась пуста, как и пол рядом с ней. Неужели?..
Сволочь! Мразь! Скотина!
Впрочем, это ничего не меняло. Я не собиралась сдаваться на радость этому подонку. Борясь со слабостью и придерживаясь за косяк, мне удалось все-таки подняться на ноги.
Мне потребовалась чертова уйма времени, чтобы добраться до ванной комнаты.
Вслепую нащупав хлипкую задвижку, заперлась, создавая хоть какую-то иллюзию безопасности. С каждой минутой мне становилось все хреновей. Прикусив щеку с внутренней стороны, готова была завыть от отчаяния, ведь единственное, что хотелось произнести:
— Ян! — при желании выговорить полное имя мужчины не смогла бы. Но я упорно продолжала молчать. Молчать и сопротивляться.
Выкрутив вентиль с холодной водой до предела, подставила лицо под ледяную струю. Меня хватило лишь на пару секунд, которые принесли немыслимое облегчение. Но вода обжигала, а я не из тех, кто практикует купание в проруби. Наоборот, я очень теплолюбивое существо, предпочитала даже летом спать под пуховым одеялом, а зимой кутаться в меха. Пришлось отказаться от этой идеи.
Больше не могла оставаться в вертикальном положении, рухнув на колени. А кафель в ванной комнате оказался весьма прохладным. Прилегла, прислоняясь мокрой щекой к полу.
Устав бороться с почти полностью поглотившим сознание желанием, опустила руку между ног, начиная себя ласкать…
— Это тебе не поможет, максимум отсрочит неизбежное, — насмешливо произнес Лукрецкий, склонившись надо мной. Лукрецкий, который как-то подозрительно легко справился с закрытой дверью. Я точно помнила, что закрывала.
Пусть задвижка на двери служила сомнительным препятствием для весьма накаченного мужчины, но дверь надо было еще выломать. Я ничего подобного не слышала. А ведь даже в моем состоянии должна была обратить внимание на соответствующий звук. Не мог же он все проделать бесшумно?
— Переставай дурить, — мужчина выключил воду, а затем наклонился и поднял меня на руки.
— Нет.
Никогда прежде мне не приходилось испытывать адскую боль от неудовлетворенного желания. Впрочем, я, вообще, считала, что это скорее миф, придумка для придания более выразительного окраса книжной любовной сцены. Но сейчас, уложенная на простынь и позволившая себя раздеть, готова была застонать в голос, чтобы унять адскую агонию.
Лукрецкий не позволил мне самой хоть как-то успокоить дикое возбуждение, сцепил запястья и завел за голову.
— Что же ты такая упрямая? — в голосе мужчины послышались нотки досады, он легонько приласкал грудь кончиками пальцев и спустился ниже, а я выгнулась дугой, устремляясь вслед за пальцами. Пытаясь сделать прикосновение более существенным. — Скажи мне: «Да!», Влада, — прошептал он и, склонившись, провел языком по шее.
— Нет.
— Зачем ты себя мучаешь? — он пробежался пальцами по бедру, я в очередной раз обматерила его. Но когда палец наполовину погрузился внутрь меня, подняла бедра вверх. — Влада, скажи: «Да!». Это ведь так просто, хорошая моя.
— Нет.
Теперь Лукрецкий действовал жестко, если не сказать, жестоко. Он делал все, чтобы довести меня до оргазма и оставить балансировать на самом крае. Чуть успокоить легкими поглаживаниями и невесомыми поцелуями и опять начать сначала…