…Которая наконец и появилась почти час спустя, когда Фассин уже начал было впадать в отчаяние, но тут он увидел ее – безупречную, спокойную и, как всегда, прекрасную без вульгарности, хотя снова совсем иную, чем раньше: белокурые волосы раскачиваются на ходу, как чистейшее золото, вокруг ее почти треугольного лица; подбородок такой, что невозможно не прикоснуться, клубничные губы словно созданы, чтобы целоваться, крохотный носик – чтобы прижаться к кому-нибудь, щеки – чтобы их гладить, глаза – чтобы заглядывать в них (глубина, ах какая глубина!), брови – чтобы облизать их, лоб – тоже чтобы облизать, высушить от проступивших после любовных игр капелек пота; ах-ах-ах, какой это нелегкий труд!
Аун Лисс.
Единственная настоящая любовь всей его жизни, резидентурная его страсть.
Еще немного постарела, но не настолько, как должна бы по годам. Выглядит по-другому, живет по-другому, чувствует себя по-другому, зовется по-другому. Теперь ее зовут Ко (и больше ничего), никакая не Аун Лисс, но для него она всегда будет Аун Лисс. Нет нужды произносить ее настоящее имя. Многое из того, что случилось между ними, так и не было сказано вслух. Одета как обычная работница. Ничего особенного, откровенного, вызывающего.
И все же.
Она протянула руку.
Даже на стоявшего поблизости Сала (причем в окружении – а фактически стиснутого со всех сторон – высшего воплощения человеческой женственности и супервозбуждающей гиперпрелестной привлекательности) она произвела впечатление.
– Фасс, сукин ты сын!
Аун Лисс так и стояла с вытянутой рукой.
Снова во флаере Сала. Сал спереди, постанывает, порочные близняшки Сегретт вовсю занимаются им.
Фассин и Аун на заднем сиденье абсолютно счастливы своим консерватизмом. Они долго целовались, потом (оглянувшись и пожав плечами при виде вывертов на переднем сиденье – флаер в это время на самом деле никуда не двигался, а кружил на месте в холостом режиме; в режиме соития, как пошутила Аун Лисс) она поднялась и оседлала его; Фассин забрался руками под ее легкое платье, пальцы его ласкали ее спину… и не перестали ласкать, когда все впятером оказались в идиотском доме Кегаров, насаженном на водяной столб точно так же, как, по выражению Аун, она была насажена на столб Фассина. (Это было сказано вслух, чтобы шутка не пропала даром. Оба рассмеялись. Фассин надеялся, что не слишком громко.) Она не снимала с себя платья даже в самый разгар любовной схватки, когда его пальцы гладили, ласкали, трогали ее выгнутую спину, оставляя на ней чуть отдававшиеся болью углубления, и разделась, только когда они легли вместе под тонкую простыню, – скинула с себя платье, и он прижался к ней.
И вот что за эти несколько часов сказали их пальцы, вырисовывая, выстукивая фразы на совершенно не поддающемся расшифровке алфавите, которым они пользовались уже несколько сотен лет с того времени, когда она стала его агентом, его каналом.
ТЫ ВСЕ ЕЩЕ МОЯ СВЯЗН?
Они находились в отдельной кабинке где-то в глубинах «Наркатерии», целовались. Она запустила руки между его курткой и рубашкой, отстучала.
ДА. ШТО У ТЕБЯ ДЛ МН?
ВО1-Х, Я ТПРЬ МАЙОР ОКУЛЫ. ВРМННО ОТКМАНДРВАН.
ТЫ?
ПТМУШТО Я НШЕЛ ШТО-ТО В ТОЙ ЗНАМНТ КСПДЦ. О НСЛНЧСКМ СПСКЕ. ТЫ О НЕМ СЛШАЛА?
ВОБЩХ ЧРТХ.
ТЕРИЯ 2РОГО КОРАБЛЯ, отстучал он. ТАЙНАЯ СТЬ ХДОВ.
ПОСТОЙ, отстучала она. СЕТЬ ХДОВ ГВРШЬ?
ДА. СКРТАЯ СТЬ.
Последовала пауза. Она впилась в него губами. Ее пальцы отстучали:
ТЫ С УМА СШЛ.
Потом они шли в флаер, обнимая друг друга поверх курток.
ЭТО ИЗА ТОГО ШТО Я НШЛ. ОТЪЕДН-5 НЧНАЕТ ВТРЖНИЕ В СРОКИ ОТ 6 МСЦВ ДО ОДНГО ГДА. ОНИ СЧТЮТ ЗПРДЛЦЫ ТЖЕ УЧСТВЮТ. ВЕРНО?
ТМ СЛЖНЕЕ. ОДНИ ДА, ДРГИЕ НТ.
ЧРЗВЧН ПЛЖН ОБЪВЛНО ИЗА ЭТГО.
ЭТО ТЫ ВНВАТ?
ДА. ЗВНИ. БЪДИНЕНЫЙ ФЛТ НА ПДХОДЕ. НАМНГО ОПРЖАЕТ ТЕХКРБЛЬ. БДТ ЗДСЬ ГДА ЧРЗ 2. ИСПЛЬЗВЛИ ИР ДЛЯ ПРДЧИ С БЪДИНЕНГО ФЛТА ЧТБЫ РСКЗАТЬ НАМ Б ЭТМ.
ИР?
ДА.
ЛЦМРЫ.
И потом во флаере.
И ШТО ТЫ ТПРЬ?
СКРО НВАЯ КСПДИЦИЯ. С ГЛВНЫМ СМТРТЛЕМ КЛНА ГНСРЛМ, ИРИЛТКЙ ПЛКВНКМ ОКУЛЫ И СМТРТЛЕМ ПГСМ ЮРНВЧЕМ. ПСТРСЯ ПРЖДЕ ВСГО УЗНТЬ ОСТЛЬНЕ ИЗ ТГО ШТО Я НШЕЛ.
Всадник и скакун могли и дальше вести разговор.
– Как ты? – прошептала она.
– Прекрасно. А ты?
– Как и ты.
И ЧТО ТЫ НАШЛ?
ТЧНО НЕ ЗНАЮ. В ТО ВРМЯ Я НЕ ПНЛ. ВСЕ ПРОЯВЛОСЬ ГРЗДО ПОЖЕ КГДА ДЖЕЛТК ПРВЕЛ АНАЛИЗ. ЧТ-ТО Б ЭТМ ВТРМ КРБЛЕ И ШТКВНЕ КТРЯ НЗВТСЯ ПРЕОБРЗВН. С ЕЕ ПМЩЬЮ МЖНО ПРДТЬ КАКОЙ-ТО СМСЛ НСЛНЧСКМУ СПСКУ. ДЖЛТК ОТПРВЛ ФЛТ ЧТБЫ ПОПТАТЬСЯ ВЫСНТЬ. НЧГО НЕ НШЛ. ФЛТ ПГБ.
Она почувствовала, что он остановился, напрягся, и отстучала:
ШТО?
ПРДПЛЖТЛЬНО ПРТЛ УНЧТЖЛИ ТВОИ ЗПРДЛЦЫ. ТАК?
Я НЧГО НЕ ЗНЛА. Я ТЛЬКО ДВШКА НА СВЯЗИ. Она помедлила. ЗНЧТ ТЫ ГВРИШЬ ШТО ТЫ ИНЦРВАЛ НЕ ТЛЬКО ЭТО ЧРЗВЧНОЕ ПЛЖНИЕ НО И ПРДУЩЕЕ А К ТМУ ЖЕ И ПРТЛ УНИЧТЖЛ?
ДА. САМ ТОГО НЕ ВЕДАЯ.
НИ ХЕРА СЕБЕ.
– Как я рад снова видеть тебя.
– Повтори.
– Мы должны делать это чаще.
– Вот уж точно. А теперь помолчи.
НО ЕСЛИ ТАК ОНО И ЕСТЬ И ЭТО ИЗВСТНО ПЧМУ Я ТЕБЯ РНШЕ НЕ ПРОСЛА ОТПРАВТЬСЯ В КСПДЦИЮ И НАЙТИ НВУЮ НФРМЦИЮ ДЛЯ ХРШХ РЕБЯТ?
ПНТИЯ НЕ ИМЕЮ.
ВСЕ ЭТО ЧУШЬ НО ОНИ ХТЯТ ШТБЫ Я ПРВРЛА.
ПРВРЬ.
И ШТО ТЫ ИМЕЕШЬ В ВДУ КГДА ГВРШЬ ШТО ОДНИ ЗПРДЛЦЫ ЗА ОТЪЕДНЕНИЕ Э-5, А ДРГИЕ НЕТ?
РЗНГЛС.
РАЗНОГЛАСИЯ? ТЫ МНЕ ЛЕПИШЬ ЭТУ ХЕРНЮ ПРО КАКИЕ-ТО РАЗНОГЛАСИЯ? ШТО НЧГО ЛУЧШЕ У ТЕБЯ НТ? НЕ СБВЛЯЙ СТРСТИ. ПКРВАЛО СОСКЛЬЗВАЕТ.
Он принялся производить страстные движения, издавать страстные звуки.
В кровати его руки лежали на ее затылке.
Я ОТПРВЛЮСЬ НА ЛНУ ТРТЬЯ ЯРСТЬ ЧРЗ ТРИ ДНЯ.
…ОЙ
ШТО ОЙ?
ВРДЕ СЛХИ КАКИЕ. ЭТА ИНФРМЦИЯ ДЖЕ НЕ МНЕ ПРДНЗНЧЛСЬ. ВЗМЖНО АТКА НА ЛУНЫ НСКРНА.
ЛУНЫ НСКРНА? НЕ ГЛНТН?
НТ. МЛКИЕ ЛУНЫ.
МЖЕШЬ УЗНТЬ БЫЛА ЛИ АТКА НА ЛНУ ТРТЬЯ ЯРСТЬ? БЫЛИ ЛИ АТКИ НА НБЛДТЛЕЙ?
ПСТРЮСЬ.
ПСТРСЯ ПЛЧШЕ.
ОБЩЮ.
ХРШО. ЕСЛИ Я ШТО-НБДЬ НЙДУ НА НСКРНЕ, СООБЩУ ТЕБЕ А НЕ МРКТРИИ.
ХРШО. ДГВРЛИСЬ. КАК?
УСТАНВИТЕ МКРСПТНИК ПСРДИНЕ МЖДУ НШМИ СТЦНРНЫМИ EК4 И EК5. Я ОТПРВЛЮ ТУДА РДГРМУ. МОЙ СТРЫЙ КОД И ЧСТОТА ОСТАЮТСЯ, ИДЕТ?
ПОЖАЛУЙ. НЕ СПШИ ШТОБЫ ВСЕ КАК НАДО.
НА ЭТО МЖТ УЙТИ НЕ ОДН МСЦ. МЖТ ТАМ И ИСКТЬ-ТО НЧГО. НЖНО ЧТБЫ МКРСПТНК РБТЛ И НА ПРИЕМ СНЗУ НА ТОТ СЛЧАЙ ЕСЛИ Я БДУ НА НСКРНЕ.
ПЕРЕДАМ.
Немного спустя.
Я ТБЯ ЛБЛЮ.
ТЫ С УМА СШЛ.
ПРВДА.
БЛЬШЕ СТРСТИ.
Он натянул простыню на свою запредельскую девушку.
ОПТЬ ПКРВАЛО СОСКЛЬЗВАЕТ?
НЕТ ПРОСТО МНЕ НЖНО БОЛЬШЕ СТРСТИ…
3Возвращение невозможно
Дядюшка Словиус посадил его к себе на плечи. Они шли смотреть, как будут убивать плохую машину. Он ухватил дядюшку Словиуса за лоб, отчего тот стал морщиться, а морщины такие смешные под пальцами, и он принялся корчиться, извиваться и хохотать, и дядюшке Словиусу пришлось покрепче взять его за колени, чтобы он не упал.
– Фасс, прекрати ты извиваться.
– Я в поряде, честно.
Он уже знал, что нужно говорить: «Я не упаду» или «Я в порядке», но сказать, например, «Я в поряде» было лучше, потому что взрослые от этого улыбались и хлопали по плечу. Иногда они клали руку тебе на голову и ерошили волосы, но это ничего.
Они прошли через парадную дверь. Стояла весна, и потому они жили в весеннем доме. Это был большой дом. Он уже успел пожить во всех домах, кроме летнего. В летний должны были переехать после этого. И тогда он уже во всех поживет. А потом все начнется сначала. Так устроен мир. Дядюшка Словиус пригнулся, когда они проходили через дверь, чтобы он не ударился головой о косяк.
– Эй, смотри головой не стукнись, – услышал он голос отца где-то сзади.
Мать вздохнула:
– Перестань суетиться, дорогой.
Он не видел ни отца, ни матери – те шли сзади него и дядюшки Словиуса, но он их слышал.
– Слушай, я не суетился. Я просто…
– Нет, ты…
У него в пузе начинало бурчать, когда ма и па говорили вот так между собой.
– Еще об истории! Еще об истории! – Когда они шли к самолету.
Дядюшка Словиус рассмеялся. Плечи дядюшки затряслись – он почувствовал это попой.
– Ух ты, какие мы любознательные.
– Сказала бы я на этот счет кое-что, – проговорила мама.
– Да брось ты, – сказал папа. – Мальчик просто интересуется.
– О да, ты прав, – сказала мама. Было слышно, как она дышит. – Моя ошибка. Извини, что выразила свое мнение.
– Да послушай ты, я вовсе не хотел…
– Еще о воэринах!
– Воэнах, – сказал дядюшка Словиус.
– А у меня есть воэрин! Он у меня такой большой и умеет говорить, лазать, плавать, прыгать и даже ходить под водой. У него есть ружье, которое стреляет в другие игрушки. И еще у меня много маленьких, которые просто двигаются. У них тоже есть ружья, но такие маленькие, что их и не видно, но они могут ронять друг друга. У меня их почти сто штук. Я все время смотрю «Штурмовой взвод воэринов»! Мой самый любимый – капитан Чунс, потому что он умный. А еще я люблю коммодора Саптпанура и капрала Кумпа, потому что он смешной. А Джун и Йозе больше всего любят коммодора Саптпанура. Они мои друзья. А вы, дядя Словиус, смотрите «Штурмовой взвод воэринов»?
– Не уверен, что хоть раз поймал его, Фасс.
Фассин нахмурился, задумавшись. Он решил, что эти слова, вероятно, означают «нет». Почему взрослые просто не говорят «нет», когда имеют в виду «нет»?
Они сели в самолет. Фассин сполз с плеч дядюшки Словиуса, но остался сидеть рядом с ним впереди. Ему даже не нужно было больше говорить, что если он сядет назад, то его будет тошнить. С другой стороны от него сел слуга. Двоюродный дедушка Фимендер с двумя старыми дамами, его подружками, сели сзади. Он смеялся, и они тоже. Еще дальше сзади сидели его мама и папа – тихо о чем-то разговаривали. Его мама и папа были старенькие, но дядюшка Словиус был еще старее, а двоюродный дедушка Фимендер тот вообще был старым-старым.