ые ощущения, возникающие в таких местах, можно признать их удобными для безопасного ночлега. Звери там стараются не появляться, маги не могут просмотреть с расстояния. Однако все равно откуда-то есть твердая уверенность — заснув в таком месте, можно запросто не проснуться.
С большим сожалением отметил, что, с одной стороны, использование силы мне дается все легче и легче, но с другой — к привалу я подошел уже изрядно утомленным, «смотреть» вдаль становилось все труднее. Возможно, с практикой возможностей будет хватать на целые сутки, но тут почти весь ресурс магии оказался выработан за несколько часов. Хотя до того состояния, как вчера после работы с огнем, еще далеко, но до такого вообще лучше никогда не доводить. Проверив, какой образ формирует обманный амулет, скомандовал двухчасовой отдых. Стоило немного восстановить силы, ибо идти дальше без знания, кто нас ждет впереди, очень не хотелось. Если раньше ничего подобного я не умел в принципе и оставался вполне доволен собой, то теперь, едва получив новые возможности, уже совершенно не представляю, как можно обходиться без них. Уж очень удобно с ними избегать опасностей, поджидающих впереди.
Едва мы перекусили, Марина накинулась на меня с большой кучей вопросов. Пока шли по лесу, просил меня не отвлекать, и мы шли молча. А теперь, когда встали на привал и удовлетворили потребности в пище, пришла пора резко обострившейся любознательности. Еще вкратце пересказав ей свои представления о здешней магии, во многом повторил, что уже говорил раньше, и предложил попрактиковаться. Тут имелся свой резон. Говорить с Мариной при свидетелях по-русски было крайне нежелательно. Как я уже успел убедиться, наша речь вызывает у аборигенов сильное неприятие из-за использования некоторых звуков, отсутствующих в их речи. Возможным выходом из сложившейся ситуации стало бы освоение нами мысленного общения при использовании силы. Но о том, как это делается, я пока даже отдаленных намеков не имел, разве свой небольшой опыт общения с деревьями и животными. Мы сели спина к спине, коснувшись друг друга головами.
— Полностью расслабься и вытесни все лишнее из головы, — вслух сказал девушке и мысленно, добавляя толику силы, спросил: — Как меня слышно, красавица?
В ответ вместо слов или связных мыслей получил бурю эмоций, удивления, восторга, восхищения и просто ласкового обожания. Марина испытывала по отношению ко мне сложную гамму чувств, которую и передала при первом установлении прямого контакта. Не успев удивиться и захлопнуться от этого потока, чуть не утонув в нем, я опять с трудом сохранил свой изрядно побитый рассудок. И когда смог вновь взять себя в руки, почувствовал некоторую неловкость от того, что не испытываю по отношению к девушке чего-то подобного, лишь общую расположенность и желание защитить. Немного напрягало непонимание, откуда у нее ко мне все эти чувства, ибо в «любовь с первого взгляда» я никогда не верил. Еще одной не самой приятной мыслью вкралось понимание — влюбленные редко полностью адекватны, а тут от этого напрямую зависит жизнь. Теперь нагрузки на меня существенно добавится, одно дело — заботиться только о себе, и совсем другое — о ком-то еще, кто не всегда сможет трезво оценить возможную опасность. Как раз среди пришедших от девушки чувств имелось и то самое «оказаться как за каменной стеной» по отношению ко мне. То есть я — это и есть та самая «стена», а она спряталась за нее от любых опасностей и невзгод, и теперь все станет хорошо. После вчерашней наглядной демонстрации у Марины сформировалось такое не совсем верное представление. Я-то прекрасно вижу пределы и списываю последние успехи куда больше на везение, чем на свои возможности. Но объяснять ей такое положение дел сейчас совершенно бесполезно, совсем не подходящее эмоциональное состояние. Вместо этого мысленно погладил ее по голове, запуская свою виртуальную пятерню в огненные волосы. От ответных чувств пришел в еще большое смущение, но сдержался и постарался передать что-то типа «не сейчас», чем вызвал явное недовольство.
— Попробуй что-то мысленно сказать словами, направляя их напрямую ко мне, — отправил к девушке очередную мысль.
— Это и есть телепатия? — наконец-то пришел от нее осмысленный ответ, а не одни чувства.
— Точно не могу сказать, но скорее всего, так и есть, — с радостными чувствами от пока еще небольшого успеха передал ей свою мысль. — Нам нужно потренироваться говорить так, не касаясь друг друга, тогда и получится сказать что-то определенное.
С общением на расстоянии возникли сложности. Если при непосредственном контакте тел все проходило на ура, то уже на расстоянии метра друг от друга связь полностью обрывалась. Дабы передать свою связанную словами мысль, требовалось детально представлять сам процесс говорения, а для того чтобы услышать — процесс слушания. Как бы пропускать свой голос через голосовые связки или слышать слова ушами, добавляя к мысленному представлению немного силы и постоянно удерживая образ того, с кем общаешься. Крайне неудобно, но можно постепенно привыкнуть. И устанавливать мысленную связь так просто не получалось. После множества проб и ошибок мы совместными усилиями пришли к относительно пригодной технологии. Для начала общения требовалось как можно точнее представить своего партнера и передать в его направлении какое-либо простое чувство. Оно улавливалось им как сигнал вызова, и он представлял, что «мысленно слушает». Тогда уже можно начинать «говорить», мысленные слова передавались на весьма приличное расстояние. Сказав мысленную фразу, требовалось перестраиваться на «прием», и так в итоге получался почти нормальный диалог. Эта «телепатия» сильно походила на пользование радиостанцией без дуплекса, с постоянным переключением кнопки «передача/прием» и подстройкой уплывающего канала. Наверняка можно научиться представлять «говорение» и «слушание» одновременно, но ни у меня, ни у Марины так сразу не получалось. Кстати, первой устанавливать контакт со мной девушке удавалось куда легче, чем мне с ней, — явно помогала та самая влюбленность. Теперь мне стали понятны разговоры о сложности дистанционной связи в этом мире. Освоить ее могли только опытные маги, с хорошо развитым внутренним моделированием естественных процессов. Почему для такого сложного дела тут никто не придумал специального амулета — до сих пор оставалось загадкой.
На ночлег мы остановились в том же месте, где на меня напали охотники за магами. Лучшего места в ближайшей округе не нашлось. Возникла идея дойти сразу до города, но каждый раз, когда она появлялась в моей голове, параллельно приходило ощущение, что не стоит торопиться. Ибо около него нас обязательно кто-то ждет с далеко не добрыми намерениями. Будь я один — можно попытаться проскочить, но вдвоем уже никак. Относительно старого места мысли тоже разделились на «за» и «против». «Против» говорили преимущественно о том, что место конкретно засвечено и все, кому надо, уже хорошо знают, где стоит искать. Но тех, которые «за», набралось больше — уж больно удобно место для отражения внезапной атаки. Расстрелять нас из арбалетов с большого расстояния при всем желании не получится, учитывая наличие у меня автомата, а у Марины лука древних, который не даст ей промахнуться даже издалека, причем не высовываясь из высокой травы. Да и путей возможного отхода тут несколько, сложно перекрыть сразу все.
Тела убитых и даже их останки не обнаружились, что меня несказанно обрадовало. То ли их звери к лесу утащили, то ли подошедшие с отрядом воины унесли и похоронили. Примятая трава успела подняться, окончательно скрывая все следы происшедшего недавно боя.
Рассказал девушке о тех событиях, показав кое-что из трофеев. Особенно впечатлила ее ловчая сеть. Ради проверки попробовал завернуться в нее и обнаружил, что она действительно отсекает возможность захватить силу из воздуха, формируя совершенно непроницаемую для нее тонкую пленку. В общем, маг, запутавшийся в этой сети, становится самым обычным «простаком», способным использовать только тепло своего тела. Проверка моих возможностей в таком состоянии совершенно не обрадовала. Ни мысленного взгляда, ни телепатии — ничего не выходило. Разве только активировать амулет, но и от него никакого толку, кроме сильной головной боли. Зато когда накрыл сетью Марину и посмотрел в то место взором силы — наткнулся на какие-то странные шумы. Сознание хотело само заполнить это «шумное место» тем, что видело рядом, то есть обычной травой. Проверяя эффект, пробежался подальше в лес. Чем дальше — тем меньше ощущается неправильность шума и быстрее и незаметнее достраивается иллюзорная картинка. Использовать данный артефакт можно и не по прямому назначению, а как своеобразную маскировочную сеть, просто накрывшись ею сверху. Единственный недостаток при этом — чувство какого-то дискомфорта, как будто приток свежего воздуха перекрыли. Жалко, уснуть под ней в нормальном состоянии, скорее всего, не смогу. Лучше уж использовать браслет-обманщик.
Плотно поужинав, мы улеглись спать, хотя до заката опять оставалось несколько часов, дабы к тому времени, когда нас кто-то соберется потревожить, уже достаточно отдохнуть. Марина категорически не хотела ложиться отдельно и опять пристроилась сбоку, используя мое плечо как подушку.
Ночь на дворе, а сна ни в одном глазу. Хочется вскочить, бегать и прыгать, зажимая в руке синюю железку. И не только у меня одного сейчас возникло подобное желание. Огненная Ведьма тоже вскочила и сжимает в руке свой лук, выбирая из колчана подходящую стрелу. Но вокруг нас сплошные ловушки, тут спокойно порезвиться получится только у меня благодаря искательскому медальону. Схватив девушку за руку, бегом бросился к дороге, таща ее за собой по безопасному маршруту. Здесь мы разделились и отбежали друг от друга на сотню метров. Она стала выпускать в меня одну стрелу за другой, чуть ли не как из пулемета, а я ловил их левой рукой или отбивал мечом в сторону, даже не поражаясь своей ловкости и реакции. Стремительно бросившись к Марине, выделывая по ходу сложные кульбиты, сбивая ей прицел, а также перехватывая летящие в мою сторону острые снаряды, сумел добежать, когда ее первый колчан со стрелами уже опустел. И тут мы закрутили парный танец. Кто кого сумеет захватить и повалить на землю. Но ни у меня, ни у нее ничего не получалось, мы то бросались друг на друга, то, уходя с линии атаки, пытались зайти за спину и произвести захват, потом отходили на большое расстояние, чтобы броситься вновь. Скорость бросков и ответная реакция вошли в паритет, и никто из нас не имел какого-либо заметного преимущества. Мы прыгали на дороге, смещались в поле, возвращались обратно, но добиться успеха никому было не дано. Против всех моих хитрых приемов Марина использовала лучшую скорость реакции и настоящую гибкость кошки. Ее броски тоже не доходили до цели, будучи перехвачены или отбиты мной. По розовой полоске на горизонте, предвещавшей скорый рассвет, удалось определить, что прошло слишком много времени с начала нашего безумства.