– Как ты мог?
– Никуда не денешься, – прорычал Рейцо. – Ты нам задолжала.
– Ничего я вам не должна, – процедила Алиана.
Мачеха ухватила ее за широкий рукав и дернула к себе.
– Некуда тебе идти. После всех моих забот, после того, как я тебя кормила…
Алиана вырвала из ее жадных пальцев рукав блузки.
– Нет! Это вы придумали, а не я. Мне здесь нет места. Вы меня ни на минуту не удержите.
– Останешься! – провизжала мачеха.
И, хитро, коварно прищурившись, погладила пальцами свои звякающие эмалевые браслеты.
– Бездомную, не имеющую опекуна девчонку королевский советник никогда не пригласит на Бал селян.
– Я на это и не рассчитываю, – огрызнулась Алиана, хотя правда этих слов больно ее уколола. Мачехе она нужна только как даровая работница, чтобы все деньги тратить на роскошь и украшения. – До следующего бала целый год. Я успею найти другого опекуна…
– Никакой работы ты не найдешь, – прорычала мачеха. – Ты не понимаешь моей доброты – я тебя кормила, заботилась о тебе. Ты жалкая, испорченная врунья. Что за глупость – вообразить, что поднимешься выше своего места, не выплатив долга! Мести тебе пыль до конца твоих дней! Уж я об этом позабочусь.
Ее злобные слова обжигали огнем, сминали и ломали дух, как всегда бывало в ее жизни, раз за разом. Напоминали, что Алиана ничего не стоит, что у нее нет другого дома, что она всем обязана единственной женщине, которая столько лет о ней заботилась.
Только все это ложь!
У Алианы есть Нела – вот она стоит рядом с пылающим от ярости лицом, ее волшебная палочка разбрасывает искры, на любого готова навести чары, стоит Алиане только попросить. У нее есть Исао с Хироши – они проделали дальний путь, чтобы найти ведьму. У нее есть Кабо, ради нее сразившийся с большим и страшным ночным драконом.
– Может, я и мету пыль, – вытолкнула сквозь горящее горло Алиана, – но вы еще узнаете, что это не все. – «Я не так одинока, как вы думаете. Вы еще меня не знаете, и я отправлюсь в путь, сколько бы вы ни запрещали!» – подумала она и продолжила: – Вы и сами прямотой не отличаетесь: перед гостями заискиваете, а стоит им отвернуться, злословите насчет их неопрятности и происхождения.
Мачеха так и задохнулась:
– Я не… я…
– Правда, – решительно кивнула Рейна. – Так и есть: ты только вчера жаловалась, какой мастер Лео скучный, а при нем делаешь вид, будто лучше его и не бывает.
Алиана подняла брови, обращаясь к не находящей слов мачехе:
– Так?
– Ты мне должна. Ты никто, жалкая сирота. Я о тебе заботилась…
– Это называется «заботилась»? – Алиана подняла руки, показала дыры в одежде. И накрыла живот ладонью. – А почему у меня вечно бурчит в животе от каши, в которой больше воды, чем риса? Это такая забота?
Нела, огорченная до глубины души, жалобно простонала:
– Что же ты мне раньше не сказала!
– Прекрати врать!
Мачеха бросилась на Алиану, но Нела махнула палочкой. Стекла прозрачней, ярче зари, от злобы стеной нас отгороди!
Прозрачная стена отгородила Алиану от неродной семьи. Рейцо с воем ударился о нее:
– Это что такое?!
– Это я позаботилась, чтобы вы больше никогда не причинили ей зла, – твердо ответила Нела.
Мачеха, рыча, заметалась у хрустальной стены.
– Хорошо же, слушай тогда правду, Алиана. Ты жадина. Знаю, ты всегда меня обворовывала. Тянула все украдкой, так что поменьше еды на обед – честная расплата за мои потери.
– Да, и тот рогалик ты украла! – рявкнул Рейцо. – Я насчитал тринадцать, а не успел оглянуться, их уже двенадцать. Я сказал ма…
– Вкусный был хлеб, – усмехнулась Нела. – Он попал в добрые руки.
– Ты! – вскричала мачеха. – Я направлю жалобу королевскому советнику. Это тебе запишут в строку! И гильдию волшебства я тоже извещу!
– Попробуйте, – дерзко ответила Нела. – Только вам и за мою волшебную метлу придется ответить.
– Как будто вы меня не обкрадывали! – не веря своим ушам, возмутилась Алиана. – Набор для шитья пропал, и обед – сколько раз, и горсть медяков, которую я сумела накопить, пропала из-под матраса.
– Это все не твое и было! – завопила мачеха. – Ты мне должна за все мои заботы.
– А как вы долги насчитали? – откликнулась Алиана. – Вы мне шесть лет назад поставили в долг плату старателям за поиски отца. А я писала всем постояльцам, записанным в нашу гостевую книгу за тот месяц. Никто из них ничего от вас не получал.
– Не может быть! – захлебнулась слюной мачеха.
– Что-то тут нечисто, – заключила Алиана. – И правда выйдет наружу.
– Я попросила королевского советника поднять дело о смерти Алианиного отца, – добавила Нела.
Алиана круглыми глазами взглянула на подругу.
– Собственно, я сейчас как раз от него, и следом за мной скоро явится королевская стража.
У Алианы гулко забилось сердце.
– Вы когда-то работали в лавке, мачеха. Вы знали, как попасть в кладовые. В то утро отец купил веревку и отправился прямо в пропасть.
Мачеха побледнела.
– А уже спустившись на первую платформу, он получил записку, так?
– Не понимаю, о чем ты говоришь, – отрезала мачеха.
Алиана вытащила из кармана бумажный листок и прочла вслух:
– «Алиана выбралась из гостиницы. Мастер Лео видел маленькую фигурку на третьей платформе. Боюсь, что она отправилась за тобой в пропасть. Фусако». Папа, получив такую записку, конечно, сразу бросился вниз, никого не оставив проследить за веревкой, – сказала Алиана. Она знала, что так и было: отец любил ее всем сердцем, он ради нее передвинул бы и горы Сакуя. – Он так волновался, так боялся за меня, что не проверил только что купленную веревку.
Рейцо с Рейной уставились на свою мать, словно в первый раз ее увидели.
– Она врет! – выкрикнула мачеха. – Небывалая наглость! А ты, ведьма, как смеешь ставить свои стены в моем собственном доме?!
Голос Алианы резал, как кинжал:
– Как вы посмели послать моего отца на смерть?
Мачеха онемела, но Рейцо презрительно бросил:
– Какая же ты глупая девчонка!
– Еще раз назовешь Алиану – у нее есть имя! – глупой, и я превращу тебя в глупую жабу, – отчеканила Нела и повертела палочкой. – В душе ты жаба и есть.
– Жаба! – отозвалась Рейна. – Мне было бы стыдно перед всеми жабами – самая вонючая жаба куда приятнее его!
– Я читал правила вашей гильдии, – огрызнулся Рейцо, и Нела удивленно округлила глаза. Как видно, он не зря тратил время, готовясь к встрече с королевским советником. – Вам, ведьмам и волшебникам, воспрещается наводить на человека заклятия без его согласия. А я и не подумаю давать такой ведьме случая меня проклясть.
Нела с тревогой оглянулась на Алиану – ее уловка не сработала.
Но Алиана теперь чувствовала в себе силу. С такими друзьями, как Исао, Нела, Кабо, она никогда не будет одинокой, все равно, стоят они рядом или поддерживают ее издалека.
Алиана вскинула голову, царственно, как сама королева Нацуми:
– Может, я и копошусь в пыли, только это не все. Запомните: кроме пыли, я дружу с драконами. И ни минуты больше не позволю так со мной обращаться.
– Драконья подружка? – громко выкрикнул Рейцо. – Что, драконы тоже сделаны из пыли?
– Эй, милый братец, – дернула его за рукав Рейна. – Вон те тени в облаках…
– Я никогда не прощу того, как вы со мной обходились, – продолжала Алиана. – И не дам об этом забыть.
С этими словами она шагнула назад, за пролом в стене. И должна была бы свалиться – выпасть прямо в пустоту…
Она много лет падала на колени, мозолила руки, отмывая гостиницу. Она много лет падала, разбивалась, ломала спину…
Но не сломалась. Воспоминания об этих годах – тяжких, трудных, без единого дня отдыха, разожгли в ее душе ровный жаркий огонь, и она сражалась, сражалась день за днем, пока сердце ее не стало крепче и светлей хрусталя.
И вот она шагнула назад, в пустое небо, потянув за собой Нелу, и мачеха невольно охнула…
И Кабо взмыл в высоту, расправив широкие изумрудные крылья, и взревел, унося на спине Алиану и стоящую рядом с ней Нелу.
– Рейцо! Рейна! – завизжала мачеха. – Сюда! Спасите!
Но Рейцо уже вылетел на лестницу, не слыша призывов матери.
– О-о-о… ночной дракон! – У Рейны восхищенно блестели глаза. – Но… откуда?
Алиана хитро улыбнулась сводной сестре:
– Бабушка Мари не раз повторяла, что хрустальные голуби – посланцы судьбы. Особенно когда превращаются в ночных драконов.
Рейна придвинулась к окну и, кажется, готова была вылезти наружу.
– Можно его погладить?
– Назад! – взвыла мачеха и, схватив дочку за ворот, поволокла к лестнице. А оттуда ткнула пальцем прямо в Алиану. – Ты у меня в долгу за все годы заботы…
– Ничего я вам не должна, – ровным и уверенным голосом ответила Алиана.
В ней разрасталась столько лет таившаяся внутри твердость. Она больше мачехе не служанка. Она больше не привязана к гостинице: родителей здесь давно нет и бабушки Мари тоже. И Алиана не сомневалась, что старая женщина того для нее и хотела.
Алиана взглянула мачехе прямо в глаза и произнесла слова, кипевшие в крови и звеневшие, как хрусталь:
– Вы, когда я уйду отсюда, можете умыть руки, но я не забуду. Запомните мои слова: я ни с кем во всем королевстве не позволю так обращаться. Придет время, когда ни один сирота не будет голодать, а таких, как вы, накажут за ваши дела. Запомните мои слова.
Мачеха надменно вздернула голову:
– Сомневаюсь…
«А я – нет!»
Кабо разинул пасть и заревел. Клубы пламени устремились к мачехе.
– Вода, кругом огонь удержи, пока не раскается, не туши! – крикнула Нела, очертив круг палочкой.
Ее бронзовая магия засветилась в небе и окружила огонь.
Мачеха, прикованная к месту заклинанием, заметалась в огненных стенах.
– Ой, у меня палочка сорвалась. Но я вас не околдовывала, не подумайте, – ехидно усмехнулась ведьма. – Через минуту-другую этот огонь окружит гостиницу со всех сторон. Боюсь, вам отсюда не выйти, пока за вами не прибудет королевская стража. Поучите пока добрые слова. Может, стоит начать с «простите меня».