Валет пожал плечами:
– Было вкусно.
– И она испекла их сама, верно? – сказала Алиса, вспоминая стишок:
Пирогов напекла Королева Червей, Денёк был будь здоров.
Вот только Валет Червей их украл и с ними был таков.
– И как у неё хватает времени на стряпню со всеми её войнами, убийствами и казнями, – подивился Додо, цокая языком. – Но неудивительно, что ты сбежал. Она бы насадила твою голову на пику, непременно.
– Нет... его бы победил король, – сказала Алиса. – Вот и всё, и он бы их вернул. Во всяком случае, так говорится в стишке.
– Алиса, король вот уже две недели как мёртв, сидит в тюрьме или выведен из игры иным образом... Неужели ты не заметила? – раздражённо спросил Шляпник.
– Ну, как бы то ни было, пироги уже не вернуть, не так ли? – заметил Валет, вздыхая. – Додо прав: королева отрубила бы мне голову, а затем украсила бы ей свой бастион. С моей стороны было глупо убегать в лес Забытья. Я всё забыл и съел их.
– Мог бы приберечь хотя бы один, – сказала Алиса с досадой. – С его помощью я бы проверила, удастся ли мне вырасти снова.
– О! И как же себя чувствует малышка Алиса? – спросил Шляпник, пританцовывая. – Новой и свежей? Готовой начать с чистого листа? Уже всё рас- помнила? Сможешь уменьшаться и увеличиваться, как того требует момент?
– Прошу не называть меня маленькой. Во всяком случае, пока не уменьшусь. Мы с тобой примерно одного размера, – заметила Алиса. – И я теперь совсем бо... гм, взрослая. Прямо как ты. Никакая я вам не малышка.
– Ба, похоже, она не забыла свою арифметику и всякое такое, – сказал Додо. – Неудача!
– Ну, этого мы не узнаем, пока не найдём какое-нибудь угощение. К тому же с равным успехом можно предположить, что жизненный опыт и знания, приобретённые мной за последние одиннадцать лет, научили меня увеличиваться и уменьшаться даже лучше, чем мне удавалось прежде.
– И, однако же, ты не растёшь и не уменьшаешься, – заметил Шляпник. – Что и требовалось доказать.
– Мы зря теряем время. Почему бы нам просто не пойти к М... – начал было Грифон, но Шляпник снял цилиндр и ударил его.
– Куда направляетесь? – спросил Валет, мгновенно учуяв, что у них есть секрет.
– Не твоё дело, лакей королевы, – надменно произнёс Додо.
– Говорю же, я теперь ей не гожусь, – сказал Валет, протягивая руки в мольбе. – Я ходячий мертвец, если появлюсь рядом с замком. Так почему бы вам не взять меня с собой? Возможно, я вам даже пригожусь, если вы... ну, знаете, что-то задумали.
– Ты хорошо владеешь мечом? – спросил Шляпник.
– А обувным шнурком? – добавил Додо.
– Обоими, и они оба будут посвящены... делу, – сказал Валет, кланяясь. – Ну или хотя бы вашей леди.
– Ладно, но тогда ты понесёшь Билла, – сказал Додо, отставляя крыло, чтобы маленький ящер в кепи перелез с него на пышный рукав карты. Нарисованное лицо Валета будто на мгновение расплылось в отвращении, но тут же разгладилось. Алиса не могла его в этом винить. Она не была уверена, так ли уж ей понравилось бы, поползи вдруг по её коже незнакомая рептилия.
«Может, если бы нас как следует представили и мы бы успели пообщаться какое-то время, всё про-шло бы неплохо», – подумала она про себя.
Компания двинулась в направлении, выбранном после непродолжительных пререканий. В воздухе чувствовался закат. Вот только солнце запаздывало и висело высоко в небе, не спеша ложиться спать. Луна дулась на востоке, отвернувшись от своего брата, который, казалось, вечно перетягивал внимание на себя.
В таком свете травянистая равнина быстро превратилась в уютный пейзаж из спутанных кустарников, старых яблонь и заброшенного орешника. Древесные жители последнего предпочитали отпускать новые побеги спиралями, растрёпанными и непослушными, словно волосы девчушки, – такие непросто собрать. Тем не менее зеркальным птицам нравилось на них гнездиться. Алиса то и дело останавливалась поглядеться, любуясь каждый раз новой рамкой, которой могла похвастаться очередная птаха. Некоторые отражения даже меняли цвет её волос, губ и кожи! Алисины друзья шли впереди, общаясь между собой и слушая, пожалуй, чересчур увлечённо, истории королевского двора, охваченного кровожадными настроениями, из уст Валета.
У одной из зеркальных птиц Алиса задержалась подольше. В её лице-отражении у Алисы были веснушки. Английская мода, само собой, рекомендовала сводить загар и прочие воздействия солнца к минимуму, по крайней мере девушкам благородного происхождения, при помощи пудры или солнечных шляпок. Однако Алисе пришёлся по вкусу здоровый, дружелюбный вид, который конопушки придали её прежде чистому лицу.
– Вижу, Алиса играет с собой в пятнашки, – произнёс задумчивый голос у неё за спиной. Поскольку Алиса знала, кому он принадлежал, то не повернулась сию же секунду, предпочтя в последний раз сморщить нос перед зеркалом и проверить, похожа ли она с веснушками на ведьмочку.
Чеширский Кот – конечно же, это был он – развалился на спиралевидной ветке позади неё, разложившись кружками: голова и туловище всё вертелись и вертелись на ветке-кольце, глаза, казалось, слегка выпрыгивали из орбит, словно подчёркивая причудливый образ.
– Как оригинально с твоей стороны, – произнесла Алиса сухо. – Но, к счастью для тебя, я по-прежнему люблю кошек, как бы сильно они ни шалили. И котят, и шелудивых старых полосатиков. – Она почесала ему под подбородком, чтобы смягчить грубость.
– Ммм... – Кот провернул туловище и принялся топтаться лапами, явно наслаждаясь лаской. Голова, однако, осталась в том же положении, что, само собой, было невероятно.
– Почему бы тебе не пойти с нами? Может, уже хватит возникать из ниоткуда то тут, то там? – предложила Алиса. – Я была бы очень рада такой компании. К тому же ты наверняка поможешь Шляпнику набраться чуток бессмыслицы. Садись ко мне на плечи, если хочешь, или давай я тебя понесу.
– О-о-о, чтобы Великая и Ужасная Алиса всю дорогу меня гладила? – произнёс Чеширский Кот игриво. Он повернулся таким образом, чтобы Алисе было проще дотянуться до его живота, но голова выскочила на мгновение, чтобы ей подмигнуть. – Возможно. Во всяком случае, пока не найдём Мэри Энн.
Алиса прекратила гладить Чеширского Кота и посмотрела на него сердито.
– Ладно, хорошо, я тихо откланяюсь, когда передам вас в её руки, – пробурчала она. – Я не лидер и не обучена способам восстания и гражданского неповиновения. Я могу дать вам не так много. Однако испытаю облегчение, увидев, как Королеву Червей свергнут с трона и накажут за её злодеяния и все чудостранцы вернутся к нормальной... гм, нелепой... и безопасной жизни. Так что, вместо того чтобы шутить, пойдём-ка лучше с нами! Ты можешь оказаться полезен.
Чеширский Кот посмотрел на неё непроницаемым взглядом. Затем изобразил усталость.
– Я и так полезен... Ты не представляешь, насколько тяжело сохранять ясность мысли в месте вроде этого.
Его тело вдруг превратилось в набор острых граней и квадратов, от прямоугольных ушей до длинного изогнутого хвоста. Последний теперь представлял собой спираль из углов, острее девяноста градусов. Чеширский Кот выделялся на фоне вьющихся крон живых деревьев резким оранжево-фиолетовым пятном.
– Время убегает от тебя. Он даже не оплатил свою часть счёта. – Затем Чеширский Кот встал и изобразил треугольник, подняв лапы над головой, после чего его голова принялась стекать вниз, словно песок в песочных часах. – Остерегайся того, что у церквей, мастей и тюрем есть общего.
– Очередная загадка? – спросила Алиса. – Может... о, исчез.
Разумеется, кот скрылся из виду. Последними пропали глаза, закатившиеся в ставшую невидимой голову. Затем они подпрыгнули и покатились по веткам-спиралям, будто крошечные мячики для крокета.
– Ну до чего неожиданно появляются и уходят здешние обитатели! – Алиса разрешила себе хмыкнуть всего разок и топнула ногой лишь единожды, словно семилетка, которой когда-то была, а затем побежала к друзьям. Они обсуждали какую-то чепуху, даже не заметив, что она отлучилась. Загадка кота напомнила Алисе ещё одну, услышанную ею в Стране чудес давным-давно.
– Шляпник! Шляпник! Помнишь ту старую загадку? Которую рассказал мне, когда я была здесь в прошлый раз?
– Нет у меня никаких загадок, – ответил он, выворачивая карманы, чтобы показать Алисе, что в них пусто. На землю посыпались иголки с булавками. Швейные принадлежности поспешили прочь с тропинки, чтобы на них не наступили. – Как-то я одолжил одну... но не думаю, что Мартовский Заяц сможет когда-то затребовать её назад.
Алиса глубоко вдохнула.
– Чем ворон похож на письменный стол? – подсказала она.
– Не знаю. Чем? – спросил Шляпник оживлённо.
– Нет... это ты меня спросил, в прошлый раз. Сама я так и не нашла ответа, но спрашивала у каждого, когда проснулась... эм, вернулась в Англию, и даже прочитала немало книг с ребусами и головоломками, чтобы прийти к решению. Так что теперь у меня есть несколько вариантов. Скажешь мне, какой правильный! – Она принялась считать на пальцах: – Первый: перья и того и другого обмакнули в чернила. – Слушатели лишь посмотрели на неё угрюмо. Алиса поспешила перейти к следующему: – Второй: американский автор Эдгар Аллан По писал на одном о втором. – Додо и Грифон переглянулись и беспомощно пожали плечами. – И третий, его придумал мой друг Чарльз, – оба поднимаются с хлопаньем!
Она качнулась на каблуках, весьма довольная собой, и подождала реакции.
Шляпник осторожно взял её за руку:
– Эм... ответа нет, милая. В этом суть загадок.
– Суть загадок не в этом! – почти взвизгнула Алиса.
– Думаю, она перегрелась, – шепнул Додо Грифону обеспокоенно.
– Но я только что дала три ответа!
– Что ж, лучше забери-ка их назад, где-нибудь от них будет больше пользы. Вот держи, – сказал Шляпник великодушно.
Алиса молча смотрела на друзей какое-то время.
– Помнится, в прошлый раз было так же, – произнесла она наконец. – В Стране чудес старания никогда не приводят к результату. Ты всё время думаешь, что говоришь правильные слова, совершаешь правильные действия и находишь решение сложной задачки, и каждый раз ошибаешься! Каждый раз! Ключ слишком далеко. Ты слишком мала. Требования этикета вывернуты наизнанку. Правила игры в крокет безумны. Это как наипрекраснейший и в то же время наиужаснейший сон, где всё постоянно переворачивается с ног на голову, а ведь могло быть красивым и идеальным, но вместо этого доводит тебя до белого каления!