В холл спускалась весёлая компания.
Женщина узнала всех.
Джеймс Роулей держал за руку Агнесу Гарфилдстоун. В глаза ударил золотой блеск широкого то ли помолвочного, то ли обручального кольца на пальце девушки. Такое же кольцо Ольга заметила на руке её спутника.
Саманта висла на согнутой в локте руке Стэнли и радостно улыбалась ему. А он с нескрываемым любопытством рассматривал посетительницу.
— У нас гостья? — спросил он, бережно снимая ладонь леди со своего предплечья.
Ольга отметила, что на руках виконта и Саманты нет обручальных колец. Не сомневалась, что скоро они появятся. Мисс Роулей уже почти добилась своего.
Как ни странно, здесь все добиваются своего: Стэнли, Мартин, Венона, Барт. Хотя барону Спарроу не повезло. А вот Саманта идёт к цели с завидным упорством.
Ольга усмехнулась, испытывая невероятное желание посмотреть на выражение лица Стэнли, когда он узнает, что стал отцом. Как при этом поведёт себя Саманта?
Он прошёл к гостье и церемонно представился:
— Виконт Стэнли Элгард Хардинг, — не спускал глаз с загадочной улыбки гостьи, с очаровательных, едва приметных ямочек на её щеках. Яркая синь радужки напомнила ему взор Шэйлы.
Его сиятельство поспешил вмешаться:
— Мадам Ле Бретон разыскивает свою давнишнюю подругу. Она прибыла из Франции.
— Подругу? У вас? — подошла Агнеса к зеркалу, кокетливо поправляя украшенный жемчугом гребень в высокой причёске. Исподтишка разглядывала незнакомку.
Стэнли уставился на лицо гостьи и беспечно спросил:
— О ком идёт речь? — изучал её траурный наряд, возвращаясь то и дело к её глазам. — Я не мог видеть вас раньше?
— Не могли, — ответила Ольга, переключая внимание на графа, открывшего дверь. Улыбнулась ему: — Merci.
Ей показалось или Мартин спешит выпроводить её за порог особняка? Она заметила, как он изменился в лице, стоило Стэнли коснуться разговора о Шэйле. Кажется, мужчинам неприятно вспоминать бывшую родственницу.
— Мсьё граф мне уже рассказал, где я могу найти Шэйлу… эмм… баронессу Спарроу.
С удивительным спокойствием Ольга подметила, как виконт поджал губы. Его скулы порозовели, льдистые глаза стали колкими.
Саманта взяла возлюбленного под руку, давая понять незнакомке об их тесных отношениях.
Он коснулся её ладони лёгким успокаивающим поглаживанием.
Притворщик, — смерила его Ольга уничижительным взором. На ровном месте разыграл трагедию, обвинив виконтессу в измене, и лишился не только жены, но и ребёнка. Стало обидно за Шэйлу. На её голову свалилось столько всего, что женщине впору впасть в депрессию. Ольга не удивится, если найдёт её в плачевном состоянии.
Она покраснела, вспомнив недолгую вынужденную связь с её мужем.
Воскресила в памяти свои сомнения, смирение, надежду.
Она не забыла их размолвку, затаившуюся обиду на желание мужчины оставить всё как есть.
В наступившей тишине стало слышно тиканье часов на стене. Только что царившее на лицах компании радостное оживление сменилось озабоченностью.
Своим неожиданным появлением гостья испортила настроение леди и джентльменам. Всем без исключения! Чувство небывалого удовлетворения охватило Ольгу.
Саманта громко вздохнула и обратилась к его сиятельству:
— Это же портрет этой женщины вы как-то привозили к нам в поместье и спрашивали, знаем ли мы её?
Ольга окатила леди неприязненным взглядом.
— Моё имя Авелин Ле Бретон, если вы успели забыть, — сказала она назидательно, наслаждаясь замешательством Саманты. Терялась в догадках, откуда у господ может быть её портрет?
— Вспомнил, — вскинул подбородок Стэнли. — Я видел вас на том портрете, поэтому ваше лицо показалось мне знакомым.
Заметив недоумение гостьи, граф подсказал:
— Шэйла вас рисовала.
Ольга закивала:
— Oui, оui… она великолепная художница, — вспомнила, как неосмотрительно изобразила себя вместе с Мартином и Стэнли. Ничего в том страшного нет. Лишь подтвердилось давнее знакомство двух женщин, что сыграло Ольге на руку. — Рardonnez-moi, мне пора, — качнула она головой в знак прощания.
— Вы уже уходите? — спросил Стэнли.
— Мы с мадам Ле Бретон всё прояснили, — распахнул граф дверь перед гостьей. — Завтра она навестит баронессу.
— Вы надолго прибыли в Лондон? — не унимался виконт.
Ольга вздохнула:
— Это будет зависеть от многого, мсьё Хардинг. Мне предстоит разобраться в очень непростом деле, — стрельнула она глазами в Мартина.
Джеймс во время разговора не проронил ни звука. С безучастным видом он смотрел то на одного говорившего, то на другого. Помалкивала и Агнеса.
Глава 25 ◙
Закрыв за собой дверцу экипажа, Ольга пошатнулась и села на жёсткое сиденье. От внезапно навалившейся слабости подогнулись ноги. Встреча и беседа с Мартином не произвела на неё такого сильного впечатления, как короткий, ничего не значащий разговор со Стэнли.
Виконт ничуть не изменился. Такой же идеально-роскошный, безукоризненно-вежливый и… холодный. И пахнет от него по-прежнему: пряной гвоздикой, мускатным шалфеем и корицей.
Чёрт! — вскрикнула Ольга невольно, с силой потирая озябшие ладони. Она забыла перчатки в особняке графа Малгри! Этого не случилось бы, если бы Мартин дал ей подойти к зеркалу, а не так усердно оттеснял её к входной двери. От нежеланной гостьи спешили избавиться — встреча с ней оказалась неприятна всем.
Вернуться? — спросила она себя и тут же отказалась от импульсивного порыва. Бог с ними, с перчатками — купит другие. Повторный спектакль с участием настроенных против неё мужчин она не выдержит.
Женщина взволнованно вздохнула. Вспыхнувшая неприязнь к бывшему мужу Шэйлы поглотила её полностью. В то время как та мучается в попытке восстановить в памяти потерянных полгода, изменивших её жизнь до неузнаваемости, он развлекается в кругу друзей! Ольга уверена, что баронесса мучается от неизвестности! Не подозревает, от кого ждёт ребёнка. Став вдовой Спарроу, думает, что зачала от него.
Ольга сопоставила дату венчания Шэйлы с бароном и день рождения девочки — шесть с половиной месяцев. Вот и причина поспешного венчания — любовная связь с отцом ребёнка и незапланированная беременность.
Стэнли и Мартин тоже умеют считать — супружеская неверность виконтессы налицо. Анонимка появилась вовремя, а приезд Барта в поместье Малгри-Хаус — с насильно подписанным признанием Шэйлы в измене мужу — и разговор с виконтом подтвердили её виновность.
Может быть, она ошибается, и женщина в образе вдовы чувствует себя великолепно? Что такого уж плохого она знает о Барте? Он был хорошим хозяином и пользовался у прислуги и арендаторов заслуженным уважением. Он любил её, ухаживал за ней, просил у маркиза её руки и никогда не терял надежды воссоединиться с ней.
Венона тоже не преминёт воспользоваться беспамятным состоянием дочери. Наконец-то получив желаемое, она сделает всё, чтобы в глазах Шэйлы покойный барон выглядел любящим и заботливым мужем. Вот, позаботился о своевременном венчании.
Граф Малгри прав — ребёнок родится в законном браке.
От невыносимых мыслей Ольгу передёрнуло. Это она узнала о нём много нелицеприятного и, в конце концов, столкнула с лестницы. Он мёртв, Шэйла — баронесса Спарроу, чего уже не изменить.
Она с трудом подавила в себе желание тотчас поехать в поместье Фалметт, увидеться с Шэйлой и лично убедиться в своих догадках.
От неожиданного стука в дверцу экипажа Ольга подпрыгнула. Кучер сообщил, что они прибыли к универсальному магазину.
Она потратила на покупки значительно больше времени, чем рассчитывала. Большие залы двухэтажного универсама, яркие витрины, внимательные обходительные продавцы превратили рутинный процесс в развлечение.
Ольга не волновалась. Совершать покупки в одиночестве здесь считалось вполне благопристойным. Среди множества посетителей по магазину прогуливались подобные ей одинокие дамы.
Некоторое время она не могла сосредоточиться на покупках. Пожалела, что сразу не поехала в универсам, а поддалась порыву заехать в особняк графа Малгри. Визит оставил неприятный осадок. Раз за разом она прокручивала пятиминутное пребывание в холле особняка в обществе людей, встречи с которыми желала меньше всего. Ещё долго мысленно возвращалась то к Мартину, то к Стэнли, то к Саманте. С каждым из них вела мысленный обличительный разговор, из которого выходила безусловным победителем.
Пришлось вернуться в отдел для рукоделия. Следовало заранее написать список необходимых приобретений, тогда бы она, купив набор для рукоделия*, шатлен* и маникюрный набор* в комплекте с зубной щёткой, не прошла мимо витрины с карманными зеркалами* в этом же отделе.
Положение вдовы ограничило Ольгу в выборе фасона и цвета ридикюля*. К её накидке и траурному платью как нельзя лучше подошла богатая и строгая вышивка тонкой серебряной нитью по чёрному бархату вместительной «сумочки».
Духи. Она перебрала не менее двух дюжин флаконов* с различными запахами. Всё казалось не тем: грубым, душным, вульгарным. Решила купить пробник с едва уловимым ароматом ночной фиалки. Умеренно сладкий и непревзойдённо нежный, он оставил после себя ощущение изысканного шика. Каплевидный хрустальный пузырёк в серебряной сетке из филиграни крепился к шатлену цепочкой. Ольга тут же пристегнула его к новенькому аксессуару, заменившему женскую сумочку и занявшему подобающее место на поясе её платья.
Женщина надолго застряла в отделе детской одежды не в силах отвести глаза от наборов для новорожденных.
Завтра Шэйла родит девочку, — с улыбкой подумала она. Выбирала один из них для Леовы. Глаза цеплялись за батистовые сорочки с тончайшим кружевом, чепчики, носочки, пелёнки, детскую одёжку и бельё, серебряные погремушки и ложечки.
Однако делать подобные покупки заранее — плохая примета. У Ольги ещё будет время вернуться в универсам и выбрать подарок для малышки.
Она благоразумно обошла стороной отдел с кроватками, колясками, детской мебелью и игрушками. Рано!