Родилась 22.02.1942 г. в г. Тирасполе МССР. В 1965 году окончила Тираспольский педагогический институт. Кандидат сельскохозяйственных наук. Имеет отраслевые и государственные награды.
Член СП ПМР с 2011 г., член Союза писателей России с 2014 г. (Тираспольское отделение в Приднестровской Молдавской республике), член ЛИТО «Взаимность» г. Тирасполя с 2011 г.
Прозаик, писать начала с 2009 года. Печаталась в России в авторском проекте «Новая волна», литературно-общественном журнале «Голос эпохи», в литературно-публицистическом журнале «Тирасполь – Москва», в альманахе «Литературное Приднестровье», литературном альманахе «Взаимность», общественно-литературном альманахе «В круге чтения» (г. Тирасполь), в газетах «Днестровская правда» и «Приднестровье». Многократный победитель конкурсов на сайте «Проза. ру».
Я подарю тебе счастье
Каждый вечер маленький Эрос убегал от родителей по своим тайным делам. Он спускался с Олимпа на землю, тихо бродил по улицам и переулкам, заглядывал в освещённые окна домов и напоследок обязательно приходил в вечерние парки.
Его привлекала их строгая тишина днём и разгульное веселье по вечерам. Грохочущая весёлая музыка танцевальных площадок, шум ветерка в невидимых кронах парковых старожилов, шепотки на скамеечках, скрытых кустами жасмина и сирени, всегда притягивали малыша Эроса. Но больше всего он любил наблюдать за посетителями парков.
Присев на скамеечку за каким-нибудь кустом, он вслушивался в говор людей, беззвучно смеялся и плакал вместе с ними.
Эрос был добрым мальчиком. Не мог равнодушно смотреть на плачущих, расстроенных и обиженных. Лёгким дуновением ветерка дотрагивался он до плеча обиженного, и тот оживал для радости; он касался плачущей девушки, и она, пока ничего не понимая, начинала улыбаться; лёгкое прикосновение – и хмурый мужчина с безнадёжно опущенными плечами, идущий за катафалком, вдруг останавливался, нежно прижимал к себе плачущих детей и в его угасших глазах появлялась вера.
Вот и сейчас, сидя в развилке громадного клёна, уловил тихие всхлипывания, доносившиеся с соседней скамейки, почти полностью скрытой навесом из вьющихся роз.
– Не плачь, девушка! Я подарю тебе счастье! – неслышным голосом шепнул ей Эрос и дотронулся до плеча проходившего мимо молодого человека. Что-то кольнуло его в сердце, и парень присел на скамейку.
Девушка, тихо сидевшая в тишине, привлекла его внимание. Она подняла на него глаза, и он утонул в них.
– Будьте счастливы! – пожелал им Эрос, пробегая мимо. Но они не услышали пожелания. Огонь любви разгорался в их сердцах. Дрожащие пальцы сплетались в венок верности.
Возле танцевальной площадки раздались крики, похожие на рык зверей, и громкий плач, и просьбы помириться. Рука Эроса невесомо легла на плечо драчуна, но злое сердце разлетелось вдребезги, поранив руку и лицо маленького волшебника.
– Как жаль, что я ошибся. Не заметил в темноте, что сердце это уже не способно нежно любить и прощать.
Израненный Эрос полетел на Олимп, к милой матушке, на очередную перевязку. Её ясный лик сверкал на ночном небосводе в сонме едва видимых звёзд, вызывая в груди сына чувство радости. Ближе к Олимпу от грозного гласа ревнивого отца-Громовержца облака вспыхивали молниями и просыпали льдинки материнских слёз на землю. Летел и счастливо смеялся Эрос. Он не боялся отца. В грозном голосе Громовержца слышал Эрос лишь нотки гордости и ласки. Перевязав сына, Великая мать, потрепав его светлые кудри и поцеловав в макушку, спросила:
– С кем на сей раз ты сражался, мой ласковый мальчик?
– Я не сражался, я дарил людям счастье! – выскальзывая из рук матери, ответил Эрос. – Там, на земле, так много плачущих, обиженных и одиноких. Нет, нет, мамочка! Они не обижают меня. Осколки чёрствых сердец больно ранят только тело, когда от моего прикосновения разлетаются, как хрусталь от удара. Мои раны – это мои ошибки. В мёртвое сердце любовь не может войти, она разбивает его на осколки.
– Попроси у отца волшебный лук и стрелы, – шепнула мать вдогонку убегающему Эросу. – Стрелы уберегут тебя от осколков и волшебством своим наделят счастьем всех, кого коснутся. Только помни: счастье их будет соразмерно красоте их души, желаниям и поступкам.
– Отец, подари мне лук и стрелы! – обняв отца за шею, попросил Эрос.
– Зачем тебе? Ты ещё мал, а это грозное оружие! – ответил родитель на просьбу любимого сына.
– Мне нужен лук и стрелы не для игр. Я буду людям счастье приносить на кончике стрелы.
– Ну что ж, возьми, но помни: только в светлых душах прикосновение стрелы будет рождать любовь, привязанность и приносить счастье. В сердцах жестоких и неукротимых, слабых и лживых укол стрелы умножит страсть наслаждения бренным телом без любви, зависть и жестокость, жажду золота и бесконечной власти.
Много времени прошло с тех пор. Покинули боги Олимп. А мир земной всё так же жаждет счастья. И получает его каждый, кого коснётся стрела Эроса. Счастье, соразмерное его поступкам, счастье, которого жаждет его разум и душа. И лишь в сердце, мёртвое для добрых дел, оно не может войти никогда.
Татьяна Павлова
.
Имеет высшее медицинское образование, профессор, завкафедрой патологии НИУ БелГУ, член Европейского общества патологов и других научных и медицинских обществ и организаций. Ею создана научная школа, написано восемь монографий.
Опубликованы романы под псевдонимом Т. Зубкова: «Адам и Ева после ада» («Звонница», Москва, 2016), The city with name of Wind (Интернациональный Союз писателей, Москва, 2018). Выходит трилогия «Панакея», а также ряд рассказов.
Является профессиональным художником.
Предание о принцессе королевства АюттхайяИз цикла «Сказки для Виктории»
Когда в Космосе разразилась очередная битва, побеждённый богом Индрадемон Вритра выронил золотой топор, который упал на территорию между странами, ныне называемыми Китаем и Индией. В этом месте, на земле, которая в современной истории называется Таиландом, появились озёра, реки, леса. Действие же нашей саги происходило лет семьсот тому назад. Тогда наряду с такими, как мы, тётками жили полуженщины-полульвы апонси – их скульптурное изображение до сих пор можно увидеть в храме Ват Пхра Кео в Бангкоке, а также каннаси, ходившие топлес и имевшие птичий хвост, а возможно, и мозги (сейчас сохранились только их потомки без оперения). Помимо них медленно ползали, замирая, змееподобные существа наги – долгожители, которые помнили, как они защищали Будду, и ставили себя чуть ли не выше его, а также морские чудовища, являющиеся генетической помесью крокодила, слона и дельфина. А в лесах ещё водились якши, оберегая их: может, в связи с этим деревьев было так много! Ванары, существа с лицом обезьяны и туловищем человека, покрытым красно-коричневой шерстью, храбрые и активные, не прятались по пещерам, как в наше время, а служили в армии и даже были военачальниками, о чём свидетельствуют фрески в храме Изумрудного Будды.
В те времена в своём роскошном доме умирал от рака гортани пхрая. Если бы он жил в то время в Европе, то его бы называли маркизом. Редкая гадость эта онкология, а если опухоль растёт ещё в таком месте… При этом сначала человек теряет голос, затем сдавливает пищевод и становится невозможно есть, а впоследствии и дышать. Но от данной болезни, несмотря на сказки о ней, умирали всегда! Так как он уже лежал несколько лет, постепенно слабея и уходя в иной мир, то его ещё не старая жена – принцесса; не хватает же на всех особей для брака с титулом королей и принцев, а уж красоткам из касты кхон покати, простых людей, и надеяться было нечего! Правда видим мы иные сейчас примеры: но – другое время, нравы, и – часть света!
Дао, что значит звезда, было чуть за сорок. Она была красива благодаря восточной наследственности, близости к морскому бризу, поеданию свежайших морепродуктов, дуриана, манго, папайи, тайскому массажу (который впитал в себя индийскую йогу, точечный массаж от китайцев, целебные свойства Тибета), отсутствию постоянных хлопот и поиска денег. А ещё – наличию какого-то волшебства, сохранившегося у таек до сих пор, дающего возможность околдовать любого: и романтичного немца, и прагматичного американца, и бесшабашного русского.
У неё было две дочери. О появляющихся внуках не принято заботиться на Востоке: они только приходили кланяться ей, как божеству. Она уже стала забывать тело мужа, да и при жизни он достался ей уже не молоденьким, а ничто так не истощает энергию женщины, как секс с пожилым мужчиной. Помимо этого, по существующему стандарту, он был окружён сонмом сексуальных рабынь. Да и домашние стали предавать забвению его голос, запах, силу. А если кто-то что-то запамятовал, то можно считать, что этого и нет совсем! Он уже даже не мог поднять руку, чтобы показать на плод на блюде, естественно, из золота. Комнату заполнял запах тлена, который не могли заглушить ни благовония, ни громадные букеты в напольных вазах из орхидей всех цветов радуги и даже больше! Остались только его глаза, и они были спокойны.
Любимая сиамка лежалавозленашего больного, стараясь забрать у него болезнь. Времена Ноева ковчега прошли совсем недавно, полигамия в мире людей и зверей – это сказка. Когда всем в замкнутом пространстве, темноте, страхе стало совсем невмоготу, многое там возникло, что вырезано из Ветхого Завета, но доподлинно известно: во время затянувшегося плавания самец обезьяны положил глаз на львицу – и она не отказала! То ли ещё делается от скуки! Нам ли, людям, этого не знать! А через определённый срок, не знаю уж, какой срок у хищной киски, носящей от орангутанга, у неё родился сиамский котёнок, девочка, чудный зверёк с повадками обезьяны и отвагой льва. В Сиаме люди давно заметили, что кошка способна чувствовать приближение болезни и смерти живущих в доме. На полке в комнате стояли древние трактаты. В справочнике «Тамра Мэу» («Трактат о кошках») было написано, что, когда умирает какой-нибудь вельможа, одну из домашних любимиц, живших в покоях, выбирают для того, чтобы поселить в её душу умершего. Малюсенькой он выбрал её и назвал Лунным Бриллиантом. Тогда, два года назад, он уже знал, что месяцы его сочтены. Не помог ни опытный лекарь и его травы, ни массаж у тайки, родоначальницы целой школы, ни длительная медитация в подземных святилищах. Завтра кошку отправят в храм, где до конца своих дней она будет жить в сытости и неге. Будет ходить, смотреть на громадное золотое изваяние Будды, на бутоны лотоса в большом серебряном кубке, вдыхать запах благовоний, суживать зрачки на пламя огня. А затем её душа уйдёт, чтобы, куда-то перемещаясь из одного мира в другой, опять вернуться на землю. Из мира живых – в мир мёртвых и обратно.
Прошло несколько месяцев после того, как был проведён обряд «Гнан Соп», при котором забальзамированный и отпетый монахами в оранжевых одеждах труп пролежал семь дней в доме и был кремирован. В духоте тропической ночи вдова маялась без сна на шёлковых покрывалах. За окном пролетела Гаруда. Принцесса думала: «Я уже соблюла все приличия, пока он был жив. Я была вдовой уже при живом муже. Сколько же ещё я могу ублажать сама себя! Я – принцесса по происхождению, а живу хуже последней крестьянки, у которой есть и муж, который её содержит, и кто-то ещё для утех! Довольно! Завтра я решу эту проблему! И мне всё равно, кто он будет: разносчик фруктов или принц!»
Утром она сладко потянулась и посмотрела на своё ещё не утратившее упругость тело. Позвала опытную массажистку и приказала растереть себя с маслом жасмина. Служанка достала дорогую шёлковую одежду коричневого цвета – надо всё же соблюдать приличия! Принцесса побрызгалась аромами, привезёнными из Индии, и в комнате запахло вожделением. Немного подкрасила лицо. Её любимая кошка потёрлась одобрительно о её ноги. Дао сказала себе: «Охота! Я выхожу на охоту! Счастливой тебе охоты, дорогая!»
Принцесса сделала обход по дому. Многочисленные слуги складывали перед ней молитвенно руки, даже взглядом не показывая, что она изменилась. И вскоре она нашла то, что искала, ведь мы всегда обнаруживаем то, что по-настоящему надо!
Он был преподавателем танцев. В следующую ночь принцесса была уже не одна в своей спальне. Ночами они ходили купаться. А за ними под луной к океану важно вышагивали две сиамские кошки: одна светло-коричневая, другая чуть с серебристым отливом, белая, но со стального цвета головой. И обе – синеглазые. Принцесса снимала свои кольца с изумрудами и сапфирами и вешала их на хвосты кошкам. И они гордо загибали свои кончики хвостов, чтобы не растерять драгоценности. Дао сбрасывала шёлковую одежду, оставалась в одной рубашке и входила в воду, а за ней бежал юноша. Кошки же величественно сидели, и в свете луны флюоресцировали их очи и играли сапфиры, рубины, изумруды. Но глаза у принцессы и юноши сверкали ещё ярче!
Однажды Дао в воде укусила змея, которую она потревожила. Юноша вынес принцессу на берег и долго отсасывал яд из большого пальца на ноге. То ли это помогло, то ли змея была неядовитой, но Дао не пострадала. Когда они возвращались, кошки гордо шли за ними, но уже без колец – они были у женщины на пальцах.
Часто животные оставались в домике духов, охранявшем покой целого дома. Они обвивали стоящие там золотые драгоценные вазы и кубки и зло косили глазами, если кто приближался к ним.
Принцесса была уже далеко не девочкой. Всё женское у неё уже закончилось. Всё, кроме желаний, оргазма, страсти и красоты. Сексуальность и опытность нации с веками никуда не уходят. По словам женщин, побывавших в постели тайцев, это стоило потраченных, кстати не больших, денег. Русские мужчины гордо говорят что-то типа: «Гусары за любовь не платят!» Какие уж там гусары!
Дао познала наслаждение, которым её одаряли сполна. Любит он её или не любит – она вообще не мучилась этими европейскими понятиями «фаранг», то есть чужаков. Роман у принцессы с исполнителем танцев рам длился уже несколько месяцев. И вдруг в одно туманное, как и большинство дней в той части света, утро она осознала, что в её животе зашевелился ребёнок. Ей и раньше уже казалось, что с ней что-то происходит: у неё несколько округлилась талия, стало подташнивать, менялось настроение, но принцессе позволительно капризничать. Теперь Дао точно поняла: она беременна и ребёнок должен быть законным! Первое, что она сделала – удалила мальчика. Дала ему денег и рекомендации в семью в другой части полуострова и настояла, что всё должно быть сделано незамедлительно. Огорчился ли юноша? Скорее всего, да. Он с восхищением смотрел на принцессу, гордясь, что она выбрала его, и жил без забот. Но не только ослушаться, но и вступать в какие-то переговоры было невозможно. Через неделю принцесса объявила всем, что чудо произошло и перед смертью муж сделал ей последний подарок: сына! Как она узнала, что именно сына? А женщина всегда знает, кого она носит и от кого.
Новорожденный унаследовал титул и состояние. Как это часто бывает, мать в нём души не чаяла. Постепенно ей самой уже стало казаться, что сын – плод законного брака. Он вырос необыкновенно красивым, но ленивым, с дурным характером, презирающим женщин и умеющим их использовать, что касалось и его матери. Когда принцу исполнилось восемнадцать, на берегу океана его увидела на берегу великанша, хозяйка соседнего острова.
Она была двоюродной сестрой двух великанов Якшас Вата: Чен и Пхо, живших по две стороны реки. Жили они дружно, пока не заключили сделку и поссорились из-за денег, как водится не только в России, подрались. В пылу разрушили всё вокруг и в наказание были превращены богом Пхра Исуана – кстати индуистским, ведь в этой стране все религии смешаны – в каменные статуи.
Наша крупненькая девушка влюбилась, но, чтобы не испугать принца, превратилась в хрупкую, нежную особу: существует же мнение, что мужчины любят именно таких! Но когда ей приходилось заниматься делами на острове, а их было много, тем более что муж к работе приучен не был, она вынуждена была принимать прежний облик и использовать грозный голос! Принц увидел её в образе великанши и стал плевать на неё. Мужчины часто презирают работающих женщин! В это время в него влюбилась прекрасная Ундина – всегда ведь подвернётся какая-то рыбка, пока вы на работе, – которая и перенесла его на берег, к радости принцессы, взявшей на себя пальму первенства по ухаживанию за сыном.
К этому времени Дао уже значительно постарела и поселила в доме свою сиамку, которая поможет осуществить переход её душе. Её крупненький внук остался на острове, к большому утешению его владелицы, где катался на единорогах и предавался безделью. А кошки всё продолжают ходить между мирами…