– Мое единственное желание… не знаю, как к вам обратиться, – начал Алексей, – чтобы настроить звездный компьютер Солнечной системы на безопасную обстановку вокруг планеты Земля. Мы живем в постоянном страхе за свое будущее по причине вероятного уничтожения жизни на Земле большим космическим телом. Только что мы были на Марсе. Там последствия от попадания в него двух космических тел просто катастрофические.
– Знаю, что вы были на Марсе. По моей воле вы, земляне, допущены и до меня. Я понял твое желание. Этот ответ меня полностью устраивает. А то, что произошло на Марсе, тоже сделано по моей воле. Нужно было наказать марсиан за неспособность организовать разумную жизнь на их планете. Развитие их эволюции зашло в тупик.
– Я поддерживаю Алексея, – подал голос и Пётр. – На сколько земных лет вперед просчитывает путь Солнца звездный компьютер?
– На один оборот Солнечной системы вокруг центра Галактики.
– Так я хочу, чтобы наша Солнечная система благополучно преодолела этот круг в полном составе и в процветании нашей планеты Земля, – закончил Пётр.
– Мне понятно твое желание, Пётр. А что скажет Валерий?
– Мне бы хотелось, чтобы биологическая жизнь на Земле продолжалась успешно в соответствии с вашими замыслами. Хотелось бы, чтобы впредь на Земле не было ледникового периода. Климат был более или менее ровный. Я поддерживаю и Алексея, и Петра, – резюмировал Валерий.
– Принимаю и твое желание, – отвечало Эхо. – Вы справились с моим заданием, для вас главнее – жизнь всего человечества, а не личное благополучие. Я и не сомневался в этом, наблюдая за вами с самого вашего рождения. С этого момента вы мои сыны, посланники в Солнечную систему. Но вы не сможете стать такими, какими были прежде, – простыми земными людьми. Вы будете наблюдать за жизнью планеты Земля и докладывать мне о ее неполадках. Ваша жизнь со мной вечная!
– Мы принимаем, Отец, твои условия. Пусть экран подтвердит нам благополучный путь Солнечной системы за оборот вокруг Галактики!
– Смотрите! Двести пятьдесят миллионов лет, спокойных для жизни и благополучия Земли, перед вами. Я выполнил ваши просьбы и желания!
Как в ускоренной ленте промчалось изображение звездной системы по кольцевому маршруту. Все так, как и пожелали друзья, сделал Бог. Это был Он.
– Теперь мне понятна нескончаемость числа л, оно равно трем целым, а десятичная погрешность – это искривление Вселенной, направление, поле кротовых каналов! Возвращаемся на Землю! Домой! Ура! – слышится голос Валеры.
Евгений Миронов
Родился 21 октября 1951 года.
Окончил лесотехническую академию. Сейчас на заслуженном отдыхе.
Является автором книг «Прощайте, Наркотики!», «Командировка», «СКАЗКИ» и др.
Российским союзом писателей награжден за прозу медалью «Георгиевская лента», за поэзию – медалью им. Бунина и звездой «Наследие».
Бессметный полк
Бессметный полк воюет в мае,
Победу празднует народ,
Отдавших жизнь он вспоминает
В войне. И так из года в год.
Мы можем вспомнить тех, кто пали,
Когда деревни полыхали,
Когда станицы вырезали,
Когда людей живьем сжигали,
В ГУЛАГе, при голодоморе
Кого убили без суда,
Кого топили просто в море,
Давайте вспомним иногда.
Прошел второй бы полк бессмертный
И память, душу б осветил,
Чтоб вспомнили период смертный,
Чтоб Божий ангел помирил.
Анна Мочалова
Литературный псевдоним – Кролевец. Родилась в г. Новосибирске 5 июня 1997 года. Живет в Новосибирске. Образование среднее профессиональное (банковское дело). Получает высшее образование в Новосибирском государственном институте экономики и управления «НИНХ» (1 курс). Работает копирайтером.
Пишет стихи, статьи. Публикуется на своей странице «Вконтакте», на сайтах Stihi.ru и Avtor.net.
Участвовала в конкурсах (имеет сертификаты). Издала два коллективных сборника «Современный дух поэзии». Есть публикации на сайте NOVLIT.ru.
Ветер
С севера дует ветер,
настала прохладная ночь.
Качаясь, колышется клевер
давно в минувшую полночь.
Наступила ранняя весна,
грачи, жаворонки прилетели.
Солнце раскалилось докрасна,
спящие существа улетели.
В сомнениях и агонии не быть.
Жить нужно просто так,
от тумана рождается дым,
от чудесного образа – вода!
«Сломанная судьба поэта…»
Сломанная судьба поэта,
Вымышленный персонаж стиха.
Утратит солнце силу века,
Забыв, что вечность есть игра.
Не так сложно поверить в красоту,
Сияние дышит, смотрит в пустоту.
Прочие фрагменты долгих событий
Оставляют на память нить открытий.
Имманентность в очертаниях глаз,
Заживает на теле от прошлого рубец.
Хороший повод рассказать сейчас,
Свести на нет отчаяние сердец,
Творческие порывы любви,
Переплавив чувство в стальной прут.
Остались неухоженные сады,
Исправит недостаток плуг.
Сломанная судьба поэта,
Вымышленный персонаж стиха.
Утратит солнце силу века,
Забыв, что вечность есть игра.
Дмитрий Мурзин
Родился в г. Кемерово 28 апреля 1971 года. Окончил математический факультет Кемеровского госуниверситета (1993) и Литературный институт им. М. Горького – семинар И. Л. Волгина (2003). Ответственный секретарь журнала «Огни Кузбасса». Лауреат Всесибирской премии им. Л. Мерзликина (2015).
Печатался в журналах «Петровский мост», «Дети Ра», «День и ночь», «Наш современник», «Москва», «Октябрь», «Огни Кузбасса», «Сибирские огни», «Байкал», «Балтика» и ДР-
Автор восьми книг стихов. Член Союза писателей России. Член Русского ПЭН-центра. Живет в Кемерово.
«Снимается наш Афоня на фоне Левиафана…»
Снимается наш Афоня на фоне Левиафана
То трезвый, то в шлемофоне, то, извините, пьяный.
Снимается наш Афоня, да там этих снимков – с горкой,
В Берлине и на Афоне да в Пальма-де-блин-Мальорке.
Афоня дерзит – но в меру, Афоня наш меру знает,
Терпеть не может премьера, но Путина – уважает.
Афоня такой спокойный, Афоня такой понятный,
Откроет окно Овертона, потом закроет обратно.
Афоня будильник вертит, ему на работу рано…
Пройдут и Левиафаны, Афоня и не заметит.
«Сергеев-Мценский. Новиков-Припой…»
Сергеев-Мценский. Новиков-Припой.
Как странен нынче путь в макулатуру…
Найти между страницами купюру
Страны иной.
И прошлое вскипающей волной,
Пощечиной и бешеным аллюром,
Забытым поцелуем, пулей-дурой,
Беспомощностью, счастьем и виной
Нахлынет неотвязно, как икота…
Откуда здесь зеленая банкнота,
Прекрасен ли, ужасен наш Союз
Советский – и поди не разбери.
Аптека, ночь, канал и фонари…
Над трешкою слезами обольюсь.
«У меня большая нога…»
У меня большая нога.
Неудобно.
Сорок шестой – сорок седьмой размер.
С юности я ношу не то, что нравится,
а то, что не сильно жмет.
Раньше это были боты «прощай, молодость»,
сейчас какие-нибудь китайские кроссовки.
Невидимая рука рынка
не помогла
моей видимой,
заметной,
большой
ноге.
Однажды
на чердаке отцовского дома
я нашел свои старые боты.
Удобные боты «прощай, молодость».
Примерил.
Оказались впору.
Молодость меня простила.
«Все смешалось в миксере Облонских…»
Все смешалось в миксере Облонских
Перед тем, как вырубили свет
И спустили прошлое в клозет.
Нам казалось рынок – это просто.
Но еще в начале девяностых
Человечек-горемыковед
Прикупил себе абонемент
На кончину круглой или плоской.
И, пробившись кое-как в партер,
Морщась от литавр и от софитов,
Он считает раненых, убитых…
Кто-то ему сунул револьвер…
Нежно пахнет кровью дольче вита.
Человечьей кровью, ясен хер.
«Мы брали – ну и перебрали…»
Мы брали – ну и перебрали,
Затих наш умный разговор…
О чем играет на рояле
Непросыхающий тапер?
Как у него выходит гладко,
Слащаво, все да об одном…
Играет он о чем-то гадком,
О чем-то мерзком, неродном…
О чем-то гадком, чем-то мерзком,
Неторопливо, не спеша,
Так не по-русски, не по-детски,
Что аж кукожится душа.
Я морщусь, а сосед икает,
И нужно что-то предпринять…
Пока в тапера не стреляют —
Он не научится играть.
«Разберите на запчасти…»
Игорю Дронову
Разберите на запчасти
Молодого дон-кихота.
Человек рожден для счастья,
Словно рыба для полета.
Сердце разорви на части,