Я не считаю годы
Я не считаю годы, молодая!
Душа всегда полна энергией любви!
Проблемы есть, но их не замечаю,
Ведь все плохое будет позади!
И жизнь свою в уныние не прячу,
Открыта миру, позитиву, красоте,
Живу сейчас и здесь, а это значит,
Что не противлюсь собственной судьбе!
Пусть многого на свете не увижу,
Далеких стран не снится красота,
Я радуюсь улыбкам ближних —
И счастлива, поет моя душа!
И пусть не вечна в этом мире бренном,
Господь дает мне вечную любовь,
И свет любви, как дар бесценный,
В глазах детей моих я вижу вновь!
Летний зной
О, этот летний зной,
О, радость теплоты и света!
И хочется раскинуть руки и лететь
Навстречу солнцу, небу и рассвету!
Скорей, тебя ждет новый, чистый день,
Где доброта живет и добродетель!
Ничто не омрачит его теперь,
Если здоровы близкие и дети!
Живи сейчас, с любовью ко всему,
Как птица в небе, улетай к свободе!
Ты молода, печали ни к чему,
Реальна твоя жизнь и воля!
Божественная воля и любовь
И красота в твоей душе и счастье!
А значит, просыпаясь вновь и вновь,
С улыбкой скажешь Миру: «Здравствуй!»
Маме
Много слов написано о маме,
Взглядом расскажу – как дорога она,
Посмотрю – и сердце замирает,
Ты со мной еще – любимая моя!
Ты со мной, а годы мимо
Пролетают быстрой чередой,
Все такая же – красива и ранима,
Будь как прежде – сердцем молодой!
Будь светла – как ранние рассветы,
Будь спокойна – словно гладь воды,
Нет дороже мне Тебя на Свете,
Бог, Любовь и рядом с ними – Ты!
Моя судьба
Судьба моя, не торопи
И не зови пока ты осень золотую!
Еще полна душа любви,
Еще я радугу рисую
В листве, пахнувшей холодком…
Еще на утренней заре
Я от лучей любви сияю!
Я этот мир люблю
И, вдохновляясь, вдохновляю
Своим негаснущим теплом…
Судьба моя, ты погоди
Меня дождями заливать!
Как хочется успеть друзей собрать,
Кого не видела годами,
И рассказать, что счастье жизни выше тьмы!
Оно со мною, здесь, сейчас —
Трепещет бабочкой в стекло…
Оно незримо среди нас,
Словно дыхание – легко!
Оторвано от суеты
И не боится приближения Зимы…
Моя Россия сильная
Опять полыхает Земля!
Весь мир в обмане погряз!
Спокойно жить не хотят,
Разрухой и смертью грозят!
Моя Россия сильная,
Народами единая,
Под небесами синими
Богом хранимая!
Россия за мир на Земле,
Россия – это свет и добро,
Наш Дух не сломить вовек!
За правое дело идем!
Моя Россия сильная,
Народами единая,
Под небесами синими
Богом хранимая!
Верой Россия жива —
Любовь, справедливость и честь!
Россия, ты не одна,
Стотысячный ИВАН уже здесь!
Моя Россия сильная,
Ты непобедимая!
Под небесами синими
Богом хранимая!
Россия!
О Новосибирске
Новосибирск, судьба тебя хранит!
Душа России, кровь ее и совесть,
Науки свет, алмазы и гранит
И золото хлебов, лесов раздолье!
Новосибирск – два берега-крыла!
Ты будущее наше и надежда.
Хранят нас голубые купола
Собора Вознесенского, как прежде!
Новосибирск, высок ты и широк!
Но иногда друг друга мы встречаем,
Столкнувшись неожиданно в метро.
«Мир тесен!» – улыбаясь, повторяем.
Новосибирск – два берега-крыла,
И твоя песня вечностью не спета!
Святого Николая купола
Горят, как сердце Красного проспекта!
Основан был ты в центре всех дорог,
На перекрестке времени и судеб.
Москва – Новосибирск – Владивосток,
Маршрут известный был, всегда и будет!
Новосибирск – два берега-крыла
Парят над Обью птицей белоснежной!
Собора Невского звучат колокола
С любовью, верой и надеждой!
Апрельское чудо
Как приятны лучи
апрельского теплого солнца!
Текут по дорогам ручьи,
и тает, казалось, нетающий снег…
И с ним навсегда утекают
проблемы, тревоги, болезни,
И снова живешь ты надеждой
на лучшее и на успех!
И снова мгновенья любви
важнее спокойствия будней,
Как первый наполненный вдох
напомнит, что ты на Земле!
И сколько бы ни было лет,
ты будешь во сне молодой и красивый!
Заряжен энергией жизни,
свободы и новых побед!
И точка отсчета – весна,
как предчувствие нового счастья,
Белой птицей на небе
все сомненья и страхи крушит!
И ты любишь опять
и надеешься, искренне веришь
В бесконечность и вечность
своей чистой, бессмертной души!
Сергей Попов
Врач-стоматолог по образованию, кандидат медицинских наук. Занимается литературной деятельностью на протяжении последних двадцати лет. Опубликовал в печати более сорока книг. Является автором более 300 рассказов на различные темы. Постоянно публикует свои печатные труды на медицинских форумах «МирВрача» и «Доктор на работе».
Суицид
Однажды в нашу районную больницу привезли ближе к полуночи молодого парня двадцати лет с огнестрельным ранением правой подвздошной области. Стрелял в сердце, а почему попал в правый бок, одному богу известно. Видно, в последний миг рука дрогнула – и полетел весь дробовой заряд в живот вместо сердца.
Привезли больного на скорой помощи сразу же к хирургическому отделению и уже на носилках занесли в приемный покой. Я был по району ургентным хирургом, другой хирург был где-то на учебе, а третий лежал в областной больнице с обострением язвенной болезни. Поэтому, кроме меня, оперировать было и некому.
Когда я увидел больного, то вначале и не мог представить, что я могу в его состоянии сделать. Картина была жуткой. Прямо на носилках лежал парень, а из правого бока, ближе к позвоночнику, вывалились петли кишечника. Входное раневое отверстие находилось в правой подвздошной области, а выходное – где-то в области печени, со стороны позвоночника. Больной был в сознании, в состоянии болевого шока, но и так было ясно, что травма очень тяжелая. Уже привезли всю хирургическую бригаду, анестезиолога и операционную сестру. Надо было готовиться в экстренном порядке к операции. Спросили больного, сможет ли он самостоятельно перелезть на каталку. Парень молча перенес свое тело на каталку, а почти весь кишечник остался на носилках. Двумя руками подхватил все эти окровавленные петли кишечника и перетащил их сам на каталку. С одной из медсестер от такой страшной картины стало плохо. Да и мне не доставляло особой радости смотреть на это ужасное зрелище.
– Доктор, я буду жить? – с надеждой в голосе спросил он вдруг у меня.
– Конечно, будешь (а что мне оставалось сказать в ответ?), вот сейчас тебе зашьем живот, обработаем рану и через две недели выпишем домой. Ты бы лучше ответил, зачем так себя искалечил?
– После операции все расскажу, – пообещал больной, – а сейчас трудно говорить. Давайте быстрее делайте операцию. Что-то мне плохо…
Было и так понятно, что больной скоро начнет «загружаться», и, если не дать ему наркоз и не вывести из болевого шока, он может и не дожить до операции.
Сама операция продолжалась около четырех часов. Пришлось убрать около двух метров тонкого кишечника, полностью раздробленного и размозженного. Кое-как остановили кровотечение из печени. По возможности попытались очистить всю брюшную полость от дроби, пыжей и грязи. Сняли живого со стола. И стали ждать. Обычно в первые три дня развивается перитонит. Но здесь этот период прошел спокойно. Через семь дней можно было ожидать несостоятельности анастомоза, места сшивания петель кишечника при резекции. Но и здесь, как говорится, пронесло.
Никакого ухудшения не произошло. Мы уже в хирургии облегченно вздохнули: «Больной-то выкарабкивается!» У постели нашего пациента постоянно дежурили родственники. Ежедневно ему делали перевязки. Каких только лекарств ему не влили, и все говорило о том, что больной идет на поправку. Осталось ждать двенадцатого дня после операции. Если тяжелооперируемый больной проходит этот своеобразный экватор лечения, то остается жить. Да и сам он повеселел. Стал много разговаривать, шутить, садиться в койке. От него я узнал причину его суицида – поруганная любовь. Ему девица дала и других не забывала. Такая вот легкомысленная особа. Она даже в больницу ни разу к нему не пришла.
– Так меня обидела моя Наташа, – сожалел наш больной, – я уже думал, что она только мне будет верна, а тут узнаю, что она с другими шашни крутит. И такая злость на меня накатила! Уже и не помню, где я ружье взял. Все было как в тумане. Сейчас и не могу точно вспомнить. Стрельнул… Сейчас вот у вас. Вы меня, доктор, скоро выпишете из больницы?