Но на этот вопрос так и не успел я ответить. На утреннем обходе привычно осмотрел больного, отдал необходимые распоряжения по перевязке и ушел смотреть больных в поликлинике. Не прошло и получаса, как прибегает палатная медсестра и просит, чтобы я вернулся в отделение: «Больному плохо!»
Буквально на глазах наш больной стал загружаться, стремительно стало падать давление, ослабевал пульс, и не прошло и двадцати минут, как он умер. В это время с нашим больным находился на дежурстве его отец. Тот тоже был в отчаянии:
– Он же только хорошо позавтракал… Шутил, смеялся. Я уже прикидывал, когда его выпишут. А тут раз… и умер!..
Отвезли мы тело нашего больного в судмедэкспертизу, в город Шадринск. Там только и выдали заключение, что анастомоз состоятелен и вины хирурга нет, а в приватной беседе удивлялись, как он только смог столько времени с травмой, несовместимой с жизнью, продержаться.
Вот так и закончился печально последний суицидальный случай в моей хирургической практике. Лучше таких больных не иметь никогда. Это для меня была первая резекция кишечника и, как оказалась, последняя. Оставшиеся жить и как бы случайно ранившие себя больше не возобновляют попыток покончить жизнь самоубийством. Есть только одна группа людей, психически нездоровых, которые, если только помешали случайно свести счеты с жизнью, обязательно их сведут. Никто не сможет удержать.
Валерий Тытенко
Родился в пос. Промышленное Кемеровской области – Кузбасс. В прошлом кадровый офицер, ныне полковник в отставке. Проживает в Чите.
Член РСП и ИСП. Руководитель ЛТО «Забайкальский литературный клуб». Председатель ЛИТО военных писателей в Чите.
Автор издательских проектов: литературный альманах «ВМЕСТЕ» и приложения к нему. Издал несколько своих прозаических книг: «Телок», «Генеральский роман», «Купидон с автоматом», «Избранное», «Русский характер», а также сборник стихов – «Стихи и я». Лауреат литературных конкурсов «Спасибо тебе, солдат» (2010), «Ялос» (2016) и премии-медали им. Якова Надсона, «Новое имя в фантастике» (2019), «Твои, Россия, сыновья» в номинации «Проза» (2020), в номинации «Поэзия» (2021).
В краю родном
Мой край родной, где росные долины
И запах трав. Волнуется душа…
Туман наполнил влажные низины.
Иду я к ним по тропке не спеша.
Хочу набрать грибов. И спозаранку,
Напившись чаю, я иду туда,
Растут где в ряд красивые поганки.
Я их не рву. Мне по душе всегда
Гриб боровик. Возьму и сыроежку.
Масленок мне сгодится накрайняк.
Для старика прекрасная пробежка,
После чего я снова здоровяк.
Вернусь домой я легкий, посвежевший,
Грибов корзину женке принесу.
И день пройдет спокойный и неспешный,
А вечер летний приведет грозу…
И застучат по шиферу капели,
Ударит в гонг небесный гулкий гром.
Свежо… А вот и ставни заскрипели.
Пора в постель. Я падаю пластом…
Алексей Часов
Детский писатель, поэт, бард-шестидесятник. Родился в 1948 году в г. Иванове. Автор более 50 книг, преимущественно детских. 11 из них изданы в столичных издательствах «Эксмо», «ИД РиС», «Перо», «Де'Либри», Strelbooks, в издательствах Интернационального Союза писателей, Общенациональной ассоциации писателей, Союза писателей. Член ряда творческих союзов и объединений: Союз журналистов РФ, Интернациональный Союз писателей, ТО ДАР, «Волшебная скрижаль», Союз детских и юношеских писателей. Номинант нескольких литературных премий от Общенациональной ассоциации писателей и Интернационального Союза писателей. Награжден медалью Первой общенациональной литературной премии им. А. С. Пушкина.
Памяти Игната
Борода у Игната —
Во всю грудь борода,
А душа у Игната
Велика и щедра.
И за что он ни брался —
Был во всем спор и лих:
Петь умел он, и драться,
И пахать за троих.
Только годы нещадно
Все же брали свое,
Силу взяли Игнатову,
Да и веру в нее.
И однажды, работая
По привычке один,
Он почувствовал: что-то
Надломилось в груди,
Защемило и с болью
Пошатнуло назад…
На помещичьем поле
Помирал дед Игнат,
Помирал, бородатый,
С превеликим трудом,
Будто трое Игнатов
Помирало в одном.
Полевое раздолье
И небес светлота,
Солнце пахарем вольным
Бороздит облака,
Пропахало и скрылось,
Ничего не видать.
Знать, до вольности было
Не рукою подать.
«Барашек»
Я этот факт не приукрашу,
Нужды, как говорится, нет.
Он звался попросту «Барашек»,
Базар послевоенных лет.
Ах, как бежали мы, как мчали,
Шальные сорванцы-юнцы,
На тот базар, где нас встречали
Своими песнями слепцы.
Они так пели и смотрели
В даль, видимую им одним,
Как будто с песнею летели
Туда за зрением своим.
Да только долететь до зрения,
Как видно, не хватало слов.
И им была вознаграждением
Лишь только горстка медяков.
И я причастным был к той горсти
Пятикопеечных монет,
И мне казалось, будто взрослым
Я становился в тот момент.
Зейским гидростроителям
Бури снежные на Амуре,
А на Зее – намного злее.
И в мороз плохо греет курево,
Разве что лишь работа греет.
Эти бури – еще не бури,
Будет буря большого света.
Только б не подкачали буры,
Шевелящие грудь планеты.
Как бетонщики нынче рады!
Пусть усталые ноги стонут —
Все же справились парни с громадой
Многотонного их бетона.
Злы морозы. И тот, кто трусит,
Пусть со стройки совсем уходит,
Но поднимется гидроузел,
Словно памятник всем, кто строит:
Старым кадровикам всесильным,
Молодежи. И ГЭС вольется
Неотъемлемой частью в солнце
Многогэсовое России.
«Хлеба повыспевшие сжали…»
Хлеба повыспевшие сжали,
Зерно укрыли в закромах,
В деревне – праздник Урожая:
С утра веселие в домах.
Но день не мог остаться вечным,
Как ни хотелось бы ему,
И вот звездноволосый вечер
Принес в деревню тишину.
И мы тогда прошли вдоль грядок
К некрутенькому бережку
И, захмелевшие изрядно,
Ныряли с хохотом в реку.
А днем здесь увидали сваи,
Чуть прикрывала их вода…
Судьба ли? Не судьба? Не знаю.
Но что хранило нас тогда?..
«В роднике вода…»
В роднике вода
Холоднее льда.
Нет вкусней воды —
Если рядом ты.
Ну а вдруг тебя
Не увижу я,
А потом пойму:
Встречи – ни к чему?
Все равно приду
К роднику тому,
Чтоб воды испить
И тебя забыть.
Знаю, не напьюсь,
Лишь узнаю вкус,
Как горька вода —
Что полынь-трава.
Стройка
Пускай на жарком юге дальнем
Экзотика чарует глаз.
А нам-то что до чужедальней?
Своя экзотика у нас.
Мы на постройке дома нового,
Бульдозер буйволом ревет,
Лианой-тросом застропованная
Плита по воздуху плывет,
И крановщица Сонька Сафина,
Что очень хрупкая на вид,
Как на оседланном жирафе —
На кране башенном сидит.
Зима
Доброю-предоброю лебедушкой
Прибыла желанная зима,
Разбросала белы снеги-перышки
И укрыла землю добела.
Множество узоров на оконцах,
И возможно видеть иногда,
Как незамерзающее солнце
Резвой тройкой мчится по снегам.
А на пустыре, где две березы —
Словно в белотравье на лугу,
Русские веселые морозы
С хохотом купаются в снегу.
И влекут к себе,
И ты хмелеешь,
И отбиться не хватает сил.
Только на Руси такое встретишь,
На моей возлюбленной Руси.
Олег Штельман
Родился в 1970 году и вырос в Белоруссии. Служил в рядах Советской армии на космодроме Байконур. В 1991 году переехал жить в Литву. С 1992 года стал священнослужителем в сане дьякона, с 2000 года – священником. Некоторые стихи положил на музыку и исполняет духовные песни под гитару. Обладатель премий II и III степени литературного конкурса им. Сергея Есенина «Русь моя» в номинации «Проза», а также Гран-при Первого международного фестиваля им. А. С. Пушкина в честь 220-летия поэта в номинации «Детская литература». Лауреат Российской литературной премии журнала «Российский колокол», Международного конкурса «Новый сказ» им. П. П. Бажова в номинации «Проза», Лондонской литературной премии «Малая проза» в категории «Звезды» и премии «РосКон-2020» – «Рыцарь фантастики».
Где Бог?!
Люди часто говорят:
«Бога нет!» И зло творят.
«Покажите нам Его —
И поверим мы во все».
Отчего не видят Бога?!
Поврежденно сердца око.
Алчность, гордость, суета
Застилают всем глаза.
Как нашел и знаю Бога?
Где лежит к Нему дорога?
Попытаюсь в двух словах
Рассказать о сих вещах.
Бога вижу я в заре,
Слышу ясно в тишине,
Он во мне и вездесущ,