Но Бог, сотворивший всю тварь,
Пречудно святых сохранял.
Вот облачный столп озарил
И славу с Небес им явил.
Владыка великим перстом
Их взял на Небесный престол.
О дивные веры столпы!
В веках Православие вы
Всегда утверждали собой,
Как Ноев ковчег золотой.
Нетленные ваши тела
Без слов прославляют Творца
И дивную славу поют,
Честной вдохновляюще люд!
Думы у портрета Николая II
Портрет исполнен серой краской,
Предивно, просто и любя,
Великий Царь с отцовской лаской
Взирает, зритель, на тебя.
Мундир военный, аксельбанты,
Награды чести – ордена.
О нем слагали гимны, канты —
Златые были времена.
Но вмиг, как смерч, в толпе народной
Взыгрался гордый пыл ума,
И сын святой, как раб безродный,
Грехом упился без ума.
Присяга попрана на верность,
Лукавство, трусость и обман
Явили смерть, разруху, бедность —
Окутал прелести дурман.
Гудит толпа, грозится строго,
Мечтой безумною горя,
Желают жить они без Бога
И без Державного Царя.
Парят ораторы с толпою,
Игривой ложью манят души:
«Идем свободною стопою!» —
Стихами басен моют уши.
Ликует враг: «Конец, святии».
В набат кричит: «Пленил я род!
Царя – сердечко всей России,
Умрет, и с ним его народ!»
И чья-то дерзкая десница,
Железной мышцей смерть нажав,
Желая крови всласть напиться
И жажду крови вновь стяжав.
А Царь просил: «Не мстите, други.
До дна допью смертельну чашу.
Ищу пред Богом лишь заслуги —
Венцом главу свою украшу!»
Молился слезными очами:
«Прости обманутых людей,
Прельщенных сладкими речами,
Прости “премудрых” их вождей».
Монарх народ и Мать-Россию
Любил пристрастнее себя —
О них молил Христа-Мессию,
Страданий горечь пил, любя.
Писанье знал, Христово слово:
«Коль семя в землю упадет,
Умрет оно – воскреснет снова,
Премного зерен возрастет»[3].
Заколосится русско поле
По роду семени сего,
Взыграет гладью, будто море,
Без плевел золотом оно.
Без плевел все же невозможно,
Как в слове, притче у Христа:
«Оставил поле непреложно
На время жатвы, до Суда»[4].
Уж век минул, и дивно поле,
Зарделись храмов купола,
Народ идет, да с крестным ходом,
И славит Русского Царя,
Портрет меняя на икону,
Молитвы красные поя,
Все по пророчеству святому,
С ним славится его семья!
И те, кто вслед за Государем —
На смерть, за истину стоя,
Сложились в землю дивным даром,
В веках бессмертьем просияв.
Предолгий путь победы этой,
Казалось, должен как заря,
Как знамя быть для всей планеты,
Как истина для всех одна.
Но видим странные вдруг вещи:
Портреты злобных палачей
Висят с почетом в красном месте
Да в кабинетах у властей.
И в каждом городе и веси
Великий гений и злодей
Со статуй смотрит, кепку свесив,
Всех зазывая в Мавзолей.
Урок истории не понят.
Но все же рдеется заря.
Наступит время – Бога вспомнят,
Помянут Русского Царя.
Без плевел все же невозможно,
Как в слове, притче у Христа:
«Оставим поле непреложно
На время жатвы, до Суда».
Что спасет мир?!
Мы очень часто рассуждаем:
«Что может этот мир спасти?»
Абстрактно, умно утверждаем:
«Чтоб красотою зло снести,
Любовь, возможно, мир спасает».
Но что имеем мы в виду?
Любовь плотскую мир венчает,
Ей упиваясь на беду,
Забыв о Том, Кто мир сей создал
И Чьи законы в нем снуют.
И люди с сердцем темным, косным
В страстях, утехах в нем живут.
Но, несмотря на все на это,
Господь жалеет всех людей,
Желает всем души рассвета
И измениться поскорей.
Прогоним слепоту и негу,
От сна забвенного восстанем,
Внимая истине и Небу,
И точки все над «і» расставим!
Как мать печется о младенце,
Так Бог заботится о всех:
И кормит, поит, одевает,
Рукою крепкой держит век.
Но удивится кто-то, скажет:
«Я сам себя всегда кормлю,
И если утром я не встану,
Кто принесет тогда еду?!»
Конечно, правильно, разумно,
Но оглянись скорей вокруг —
На мир сей, созданный премудро,
Отсюда все берем, мой друг.
Каким ты Бога представляешь?!
Во что бы верить ты хотел:
Сам возлегаешь на диване,
А Он в прислуги прилетел?
Бокал вина?! А может, пиво?!
Жаркое, лобстеров принес,
А ты жуешь и пьешь лениво
И указанья раздаешь.
И все по телику болеешь,
Возьмем к примеру, за «Спартак»,
И глазом свой гарем лелеешь,
И возглашаешь: «Верю так!»
Увы, ленивых Бог не любит,
И даже праотец Адам,
Живя в раю, был трудолюбец,
И Бог Отец трудился Сам.
В Святом Писании читаем:
Шесть дней трудился наш Творец,
Весь мир прекрасный создавая,
В седьмой почил от дел Отец.
Скажи-ка, разве ведь не чудо,
Что утром солнышко встает?
Признайся, наша ль тут заслуга?!
Конечно, Бог дары дает.
Но разве вечером не славно —
На небе месяц иль луна
И звезды россыпью хрустальной
Так украшают небеса?!
Земля растит для нас пшеницу,
Свеклы, капусты урожай,
Напоит дождик нам землицу,
Наполнит реки, океан…
А там полно различной рыбы,
Дары морские – чудеса!
А раскопать земные глыбы —
Металлы в ней и бирюза,
Алмазы, нефть – дары от Бога,
И газ, и мрамор, и цемент…
Живи, люби, трудись немного
И помни вечности завет.
Но не живется нам спокойно,
И мира страсти не дают,
Не жить с гордынею свободно,
Покуда цепи не спадут.
Отсюда ненависть и злоба,
Отсюда зависть, клевета,
И ненасытная утроба
Все алчет с ночи до утра,
Рождая войны, смерть, разруху
И вдовьи слезы, как река.
Но их не слышат толстосумы,
Чужая им легка беда.
Вот потому и рассуждаю,
К чему клоню и говорю:
Христос лишь мир спасет, я знаю,
Его лишь в гимнах воспою.
Я убежден, что все воспрянет,
Коль мир услышит зов Христа
И жить по заповедям станет —
Повсюду кончится беда.
Но спросят: «Как это случится?
Как это вдруг произойдет?»
Давайте в Бозе жить учиться:
С любовью все произрастет.
Отец семьи блудить не станет
И будет муж одной жены,
Не пить, не драться, не тиранить —
Хранитель мира и семьи.
А мама – кроткой голубицей,
Живя для мужа и детей,
Взирая острою зеницей
С любовью мудрою своей.
И люди с добротой простою
Друг другу станут вдруг служить.
Не станет в мире места горю,
Все страны тихо смогут жить.
Конец войне, конец разбоям —
Завет любви, завет Христа
Для всех Божественным Законом
Предстанет сразу на века.
Сады начнут цвести на радость
И простакам, и мудрецам,
Вернуться может рая сладость,
То, что завещано отцам.
Услышьте, люди, голос вечный
Вы Сына Божьего Христа,
Примите зов Его бессмертный —
И в Нем воскреснет все тогда.
Жить с добром
Спешите жить – не торопясь,
Момент сегодняшний цените.
Жизнь коротка, и, помолясь,
Лишь вере, Истине служите.
Любить спешите – не пьянясь,
Корабль о рифы не сгубите,
С улыбкой ближних, не скупясь,
С любовью словом одарите.
И не жалея лишь себя,
Не отдаваясь в рабство телу,
Но лишь для ближнего живя,
Служа с добром святому делу.
Добро вернется с большей силой,
Примчится, словно бумеранг,
Одарит золотою жилой,
Оно – бесценный бриллиант.
Душа дороже всех сокровищ,
Важнее меди у могил.
При жизни сделать бы на совесть
Все то, чему Господь учил.
И с легким сердцем мир покинуть,
Когда наступит наш черед,