Однако всему, даже самому хорошему, когда-то должен наступить конец. Дзёро посмотрела на часы:
– Ой, уже так поздно! Мне, пожалуй, пора.
Акихиро, не ожидавший этого, был не готов расстаться с ней так скоро:
– Позволь, я тебя провожу.
Вместо ответа она коротко кивнула, и они вышли из бара. Время близилось к полуночи, и они отправились искать такси.
– Где ты живёшь?
– Район Янака.
– Ого, всегда хотел побывать в этом районе, но как-то не пришлось. Устроишь мне экскурсию?
– Сейчас? – девушка удивлённо изогнула бровь.
– А почему бы и нет? – засмеялся в ответ Акихиро.
Такси в Токио было не менее распространённым видом транспорта, чем общественный, поэтому никаких проблем у пары не возникло. Во время поездки каждый был погружён в свои мысли. Внезапно Акихиро занервничал. В голове начали проноситься мысли о том, что будет дальше. Сегодняшняя встреча с Дзёро будет иметь продолжение? А если да, то каким бы хотел его видеть сам Акихиро? Хочет ли он отношений с ней или пока что не готов ни к чему серьёзному? А если и готов, то сможет ли он уделять ей больше внимания, чтобы в результате всё не закончилось как с Кумико?
В раздумьях дорога пролетела как один миг. Они вышли из такси, и Дзёро повела его по спокойным извилистым старинным улочкам района Янака. Несмотря на тёмное время суток, Акихиро всё равно был заворожён и даже не мог себе представить, насколько здесь всё пропитано атмосферой старого города. В свете фонарей всё выглядело так, будто снова заработавшая машина времени перенесла их в эпоху, когда Токио сплошь состоял из таких вот невысоких домиков. Так, неспешно прогуливаясь, они дошли до дома, в котором жила Дзёро. Он был под стать району – старинный, двухэтажный, с небольшим балкончиком на втором этаже. Даже входная дверь была стилизована под сёдзи[5]. Дом стоял около пруда, немножко в отдалении от других, но тем не менее гармонично вписывался в окружение.
Подойдя ко входу в дом, Акихиро почувствовал, как сердце сжалось. Им предстояло проститься, и он не знал, когда им в следующий раз суждено увидеться. И суждено ли вообще.
– Что ж… – начал было мужчина, но Дзёро перебила его:
– Я понимаю, уже поздно, но, может быть, хочешь зайти? Попьём чай, поговорим, а потом, когда надоест, поедешь? Так не хочется заканчивать такой чудесный вечер.
Приглашение застало Акихиро врасплох. Посещение чужого дома было очень интимным, и даже давние друзья не приглашали к себе в гости почти никогда. Однако мужчина упорно не желал прощаться с Дзёро. Это была самая необычная женщина из всех, кого он встречал: неординарная, чарующая, смелая и очень красивая. Именно такую девушку всегда и воображал себе Акихиро. Кумико ей даже в подмётки не годилась.
Мужчина улыбнулся и коротко кивнул, принимая приглашение. Дзёро обрадовалась его решению, и на секунду Акихиро показалось, что в её глазах запрыгали весёлые чёртики. Женщина открыла дверь, и они вошли внутрь. Она включила свет, разулась.
– Чувствуй себя как дома! – бросила она ему и прошла вглубь дома.
Акихиро проследовал за ней в гостиную. Убранство было простое и аккуратное, из мебели – диван, небольшой столик и парочка стеллажей с книгами. Дзёро ушла на кухню готовить им чай. Мужчина, пока ждал её, разглядывал книги на полках. Превалировала классика, как японская, так и зарубежная, но изредка попадалась и современная литература.
Дзёро вернулась в гостиную и поставила поднос с чашками, чаем и чайником на столик. Засыпав чай в чашку, она долила немного кипятка и принялась размешивать содержимое бамбуковой мешалкой. После появления пенки она добавила ещё воды и с лёгким поклоном протянула чашку Акихиро. Он принял её, также слегка поклонившись, и, восхищённый столь изящной чайной церемонией, сделал небольшой глоток и вернул чашку Дзёро. Женщина улыбнулась и, приняв чашку, тоже сделала глоток. Затем она отставила её в сторону и принялась готовить напиток для себя. Закончив, она расслабленно откинулась на спинку дивана, наслаждаясь чаем.
– Восхитительный чай. Где ты научилась чайной церемонии? Сейчас это редкость, – произнёс удивлённый Акихиро.
Дзёро, хитро улыбнувшись, ответила:
– У меня много талантов.
– Каких ещё, например?
Словно ожидая этого вопроса, она встала и достала с одной из полок биву и плёктр[6]. Подсев с инструментом поближе к Акихиро, Дзёро принялась играть, создавая поистине чарующую мелодию, вводя мужчину в состояние, близкое к трансу. Он никогда не слышал столь прекрасной игры, да и что тут говорить, биву ему доводилось слушать редко. Ему хотелось, чтобы музыка лилась бесконечно, наполняя всё его существо своим звучанием.
Когда Дзёро закончила и отложила музыкальный инструмент, их глаза встретились. Акихиро придвинулся совсем близко к женщине, и она, решив больше не медлить, наклонилась к нему и легонько коснулась его губ своими. Мужчину словно пробил электрический разряд, дошедший до самого сердца. Переходя к более решительным действиям и впиваясь в её уста жадным, ненасытным поцелуем, он почувствовал во рту лёгкую горечь, но не стал прерываться. От переизбытка чувств его бросило в жар, закружилась голова, но он продолжал целовать её, одержимый страстью. Затем границы реальности стёрлись, и Акихиро погрузился во тьму.
Открыв глаза, мужчина не мог сфокусировать взгляд. Всё, что его окружало, вертелось, словно в водовороте, отчего его тут же вырвало. Он не понимал, где пол, где потолок и где находится он сам. Голова, словно хрупкое зеркало после удара, раскалывалась на миллион осколков. Он чувствовал себя слабым, подавленным, разбитым, его бросало то в жар, то в холод, ему очень хотелось пить. Жажда была настолько сильной, что ему казалось, словно внутри у него всё пересохло. Акихиро то проваливался в пустоту, то всплывал из неё, однако самочувствие его не менялось. Он не мог ни о чём думать, мысли путались, становясь непослушным клубком. Иногда он чувствовал невыносимое жжение в разных частях тела, кричал от боли и извивался в агонии. Мужчина, потерявшись в пространстве и времени, никак не мог найти дорогу обратно.
Полумрак. Уютный и заботливый. Он не резал глаза вновь пришедшему в себя Акихиро, которому на этот раз было немного лучше. Мужчина до сих пор не знал, ни где находится, ни что с ним случилось. Он попытался пошевелиться, но что-то прочно удерживало его, не давая это сделать. Перед глазами всё по-прежнему расплывалось. Акихиро, закрыв их, лишь молился, чтобы к нему, хотя бы частично, вернулось зрение. Открыв их в следующий раз, он понял, что видит немного лучше, и принялся осматривать себя. Что за чёрт? Он висел в метре над полом, удерживаемый гигантской паутиной. Его охватила паника. Что было сил, он принялся дёргаться, пытаясь вырваться из этих липких объятий, но всё было тщетно. Словно стальными тросами, паутина крепко держала его, а чем больше он пытался освободиться, тем больше сковывала его движения. Довольно быстро Акихиро выбился из сил. Он тяжело дышал, словно пробежав не одну сотню метров, и принялся лихорадочно искать выход из сложившейся ситуации. В голове царил бардак. Она была тяжёлой и ватной, а мысли – сонными, вялыми. Мужчина снова закрыл глаза. Ему казалось, что так он сможет что-нибудь придумать. Однако его размышления были прерваны.
Он почувствовал чьё-то дыхание на своём лице. Он ощутил, как в его душу начал прокрадываться страх. У Акихиро перехватило дыхание. Он собрал остатки мужества и решился взглянуть в лицо неизвестности. Мужчина открыл глаза.
Всё вокруг погрузилось во тьму, из которой прямо на Акихиро смотрели четыре горящих глаза. Мужчина в ужасе закричал. Глаза исчезли, а в ответ на его крик раздался нечеловеческий злобный смех, от которого внутри у Акихиро всё сжалось от страха. Существо, которое минуту назад смотрело на мужчину, всё ещё находилось здесь. Он слышал его. Оно перемещалось, становясь то ближе, то дальше, то левее, то правее. Паника захлёстывала Акихиро волнами. Неизвестность пугала его. Что там сокрыто, в темноте? Нападёт ли оно? Что будет дальше? Мужчина чувствовал себя абсолютно беспомощным, ведь, удерживаемый паутиной, он не мог дать отпор.
Внезапно он услышал щелчок, и всё озарилось яркой вспышкой, ударив по глазам. Поморгав и привыкнув к свету, Акихиро наконец увидел, где находился всё это время. Вся комната была выстроена из человеческих костей, опутанных паутиной. Рядом с мужчиной и на полу отчётливо виднелись обглоданные полуразложившиеся останки человеческой плоти. Вдруг он почувствовал, как что-то ощупывает его голову, и в ужасе принялся барахтаться и дёргаться, истошно вопя.
– Тише. Тебя всё равно никто не услышит, – проговорил рядом с ним знакомый голос.
– Дзёро?..
Она висела под потолком, смотря на него своими горящими глазами. У неё было чёрно-золотое тело паука, торс Дзёро, а изо рта виднелись жуткие жвала. Она улыбнулась ему устрашающей плотоядной улыбкой.
– Моё полное имя – Дзёрогумо, а ты – моя пища. Надо заметить, что ты довольно вкусный. Настолько, что я не могла устоять и уже съела часть тебя. Бедный, под воздействием моего яда ты даже не заметил, как лишился ног. – Она расхохоталась. – Но ничего, ты мне понравился, поэтому я буду смаковать тебя долго. Поглощать кусочек за кусочком, пока от тебя не останется лишь скелет, который станет достойным украшением для моего жилища. А теперь тебе пора спать.
Она спустилась, вплотную приблизила своё лицо к Акихиро и снова поцеловала, впрыснув в него новую порцию яда. Мужчина задёргался, изо рта у него пошла пена, а сознание померкло под дьявольский хохот паукообразного чудовища.
Мотель
Дальнобойщик Алексей клял себя на чём свет стоит: «Трижды разнесижды! Какой я кретин! На черта было ехать сутки без сна?! Уже за полночь! Я того и гляди рухну сейчас! И, как назло, ни одного мотеля!»
Спустя час молитвы Алексея были услышаны – на горизонте засверкала долгожданная вывеска.