Завод, где работал Анатолий, располагался в городской черте, ближе к центру, и если везли иностранцев на экскурсию, то окольными путями объезжали этот секретный объект. Никто даже из советских людей не знал, что здесь находится секретное предприятие. Никакой вывески, ни объявления не висело на дверях. Стоит четырёхэтажное здание, а кто там работает и что они там делают, никто и не догадывался. Да и иностранные специалисты особо не интересовались всеми этими объектами. Им выделили определённую территорию, по которой они могли свободно передвигаться, но если кто-то нарушал границы, его сразу же останавливали и возвращали на место, ехал ли он в такси, автобусе или троллейбусе. Объясняли, что это только в интересах их собственной безопасности.
Вот и в ресторане Анатолий заметил несколько человек, явно не работающих на его заводе. Они как-то незаметно сливались с окружающей средой, со стенами и особо не выделялись, а были в общей массе людей.
Для каждой семейной пары были строго отведённые места. Анатолию достались места неподалёку от директора, прямо во главе стола. Остальные рассаживались согласно повешенным на стульях табличкам. Катерина, заметил Анатолий, сразу же загордилась, радостно заулыбалась, когда увидела, где их решили посадить за общим столом. Всё-таки небольшая, но честь.
Когда все уже расселись, слово взял директор, ему услужливо налил из его бутылки официант. «Опять коньяк какой-то заморский, – подумал Анатолий, разглядывая этикетку на бутылке. – Ведь ничего он не пьёт с общего стола, всегда с собой приносит, вернее, ему шофёр постоянно ставит на стол. Так это же особа секретной важности, наш директор, – вдруг осенило Анатолия, – к нему же специально приставлена охрана. Вон даже минеральную воду ему особую поставили. Как я раньше до этого не додумался? А всё объясняли, что у него заболевание желудка и ему доктора прописали пить только эту минеральную воду, “Ессентуки ”», – рассуждал Анатолий и пытался прочитать полностью название на бутылке с минеральной водой.
Директор поднял фужер с коньяком и встал. За столом сразу же воцарилась тишина.
– Друзья, товарищи, коллеги, – начал он свой тост, – мы собрались сегодня здесь, чтобы отметить очередную победу нашего завода. Мы с блеском выполнили государственный заказ, и нас похвалили на самом верху, – сказал он и многозначительно посмотрел вверх. – Я считаю и твёрдо уверен, что нашему коллективу по плечу и не такие задачи. Нам выделены огромные ассигнования на постройку новых лабораторий, отделов, на приобретение нового оборудования. Партия и правительство заботятся о нас. Приказом министра награждены почётными грамотами, ценными подарками и денежными премиями целый ряд товарищей. Я сейчас зачитаю весь список. Все, кто принимал активное участие в разработке нового… – тут Анатолий заметил, как напряглись сотрудники недремлющего органа и внимательно смотрели на директора, но тот, понимая, что не все тайны надо раскрывать за праздничным столом, продолжил, – изделия, нашего продукта, имеющего огромное значение для обор… для нашей страны, – не закончив предыдущее слово, завершил свой тост директор. Потом он глазами поискал председателя местного комитета. Тот спохватился, обменялся взглядами с партийным лидером, и они оба засеменили к столу директора.
– Позвольте зачитать весь список награждённых товарищей, – директор взял лист бумаги и стал читать. Вначале среди награждённых шли заведующие отделами и главные конструкторы, а вот когда перешли к рядовым членам, то первой была фамилия Анатолия.
– Мочалов Анатолий, – громко произнёс директор, – награждается почётной грамотой министра, денежной премией в размере двухмесячного оклада и полуавтоматической стиральной машиной. Вы же все прекрасно знаете, что у него родилась дочь и много приходится стирать пелёнок, так что стиральная машина их семье будет в самый раз. Да, и самое главное забыл. С этого дня Мочалов возглавит новый технический отдел и ему присваивается должность ведущего конструктора, со всеми вытекающими отсюда окладами, премиальными и т. д., и т. п.
Дальше Анатолий ничего и не слышал. Взял из рук директора грамоту, паспорт и инструкцию стиральной машины и пухлый конверт с деньгами. «Неужели и вправду меня назначили на такую высокую должность?!» Жена Катя сидела довольная за столом и явно гордилась мужем.
За первым тостом последовал второй. Взял слово партийный лидер и также вручил почётные грамоты от обкома партии. Отдельно он всех оповестил, что им на завод дали большую разнарядку на вступление молодых специалистов в члены КПСС, и заверил, что это большая честь «для всего нашего большого коллектива». Потом взял слово профсоюзный лидер и также вручал почётные грамоты и ценные подарки от местного комитета. Комсорг завода заверил всех, что комсомольцы завода всегда будут гордиться делами своих отцов и будут брать с них пример. Также вручил почётные грамоты.
К концу всех этих речей у Анатолия скопились четыре почётные грамоты, электрическая бритва и небольшой букетик цветов. Он не был обделён ни одной из общественных организаций. Директор постоянно смотрел на него и одобрительно аплодировал, когда ему вручали очередную награду.
Катерину было не узнать. Она с довольным лицом оглядывала вокруг себя других жён, и её вид говорил: «Вон смотрите, какой у меня муж, все его награждают, любят, а ваших мужей отметили всего один раз или от силы два!»
Потом тосты пошли один за другим. Все изрядно выпили. Директор каким-то неуловимым образом ушёл с банкета, так что, когда его хватились, чтобы от имени всего коллектива поблагодарить за заботу, его уже не было. Тут как будто все сбросили с себя оцепенение. Начались танцы. Вокально-инструментальный ансамбль отыгрывал свои песни, но ему не давали отдохнуть. Шли заказы на исполнение того или иного шлягера. Анатолий тоже заказал песню для своей жены Катерины и пустился с ней в пляс. Всё смешалось в этом ресторанном разгуле. Коллеги подходили к Анатолию и поздравляли с новым назначением. Ведь сейчас у него в подчинении будет не меньше двадцати человек, а вдруг он захочет взять в свой новый отдел его, так что надо вовремя подсуетиться. Ведь все знали, что оклады в новых отделах всегда выше обычной ставки. Это уже была заводская традиция, и никто её никогда не нарушал.
– Ну что, начальник, – подошёл к нему его друг Виталик, – возьмёшь меня работать к себе?
– Конечно, возьму, дружище, – ответил Анатолий, – ты у меня самый первый кандидат. Как работали вместе, так и будем продолжать. Я думаю, что и директор согласится с моей просьбой о тебе.
– Спасибо, друг, – поблагодарил Виталик, – других слов я от тебя и не ожидал услышать.
Многие сотрудники тоже подходили с аналогичной просьбой, но Анатолий никому больше ничего не обещал, ссылаясь на то, что эти вопросы решает директор и он, конечно же, передаст ему эту просьбу. А вот каково будет решение, он не знал.
Подошла секретарша Аллочка, как всегда, в эффектном одеянии, и пригласила его на белый танец. Катерина лишь сверкнула глазами, но ничего не сказала. Секретарша быстро увела Анатолия танцевать.
– Что же ты, дружок, больше ко мне не заходишь? Тебе надо особое приглашение?
– Да как-то я и не подумал, можно или нет, – стал оправдываться Анатолий.
– Ко мне всегда можно. Вот сейчас ты чаще будешь приходить к директору, для ежедневного отчёта. Я уж постараюсь выделить тебе несколько минут. Ты не возражаешь?
– Не возражаю, – невольно покраснел Анатолий, – скажи только, когда, – и он внезапно вспомнил те жаркие мимолётные объятия, тот грех, совершённый в самый день рождения дочери. Но ему почему-то не было стыдно за свои действия, а хотелось ещё всё это повторить.
– У меня директор почти всегда отсутствует, то в обкоме партии, то в командировке, – сказала Алла и стала смотреть куда-то в сторону, за плечо Анатолия. – Вон опять нажрался, – нахмурилась она.
– Кто? – спросил он и попытался оглянуться назад.
– Да муженёк мой, – скривилась Алла, – только до рюмки доберётся, свинья свиньёй становится. А так вполне нормальный мужик.
– Так ты замужем? – удивился Мочалов. – Вот уж никогда не подумал бы.
– Замужем, да ещё двое детей. Живу уже с этим обалдуем почти десять лет. Если бы не я, то он совсем бы спился. Но приходится терпеть. Я же порядочная женщина.
«Всем по порядку», – подумал Анатолий, но вслух произнёс:
– Так вы, Алла, замужем? – с восхищением оглядел он её стройную фигуру, невольно сравнивая её со своей Катериной, совсем расплывшейся в последнее время.
– Следить надо за собой, – намекнула она на его жену. – Ладно, хватит танцевать, мы уже второй танец с тобой, Анатолий, обнимаемся. Вот твоя жена не находит себе места. До встречи.
С этими словами она выскользнула из танцевальных объятий партнёра и пошла к своему месту. Её муж уже вовсю клевал носом и только что не спал в тарелке с салатом. Анатолий видел, как она стала тормошить его и приподнимать со стула. Тот слабо сопротивлялся, но при этом пытался опрокинуть ещё одну рюмку водки. Мочалов подошёл к своему столу и увидел, что Катерина вся на взводе и еле сдерживает свой гнев.
– Только не надо истерик! – обратился он к ней. – Это секретарша директора, я не мог ей отказать потанцевать.
– Ты, может, ей и в другом не сможешь отказать?!
– Не говори ерунды, если я ей не откажу, то меня директор в два счёта с завода выгонит!
– А что, она его любовница? – удивилась Катя.
– Любовница или не любовница, а вот то, что он ей оказывает особые знаки внимания, известно всем. Я у них свечку не держал, и мало ли что на заводе говорят.
– Ну, тогда другое дело, – протянула жена, понимая, что ни один из сотрудников на заводе не польстится на секретаршу, если она является любовницей директора. Себе будет дороже.
– Вот то-то и оно! – как будто прочитал её мысли Анатолий. – Да, кстати, она здесь с мужем. Думать надо.
Катерина задумалась, но из её головы не выходила мысль, что уж больно эта секретарша вольготно себя чувствует со своими коллегами. Вон опять кокетничает с каким-то молодым человеком, а на своего мужа она почти и внимания не обращает. Так, для виду изображают из себя семейную пару.