– Здравствуй, мама! – раздался в холле звенящий от радости голос профессора.
Страшно ни капли не было. Какой бы мегерой ни была эта «госпожа Лина», вряд ли она хуже моей тетки. И как бы она сейчас себя ни повела, ее немного оправдывает забота о сыне.
– Это правда? – вместо приветствия строго спросила гостья. – Правда, что ты бессердечно бросил Лелью?
– Да.
До кухни долетел полный сочувствия вздох.
– Алмазные россыпи! Бедная девочка…
– Она мне изменяла, – попытался оправдаться Веоран.
– Дорогой, – я так и представила, как профессора снисходительно похлопали по щеке, – в твоем возрасте пора бы знать, что верность в браке – понятие откуда-то из сказки, но уж никак не из реальной жизни.
Хуже всего то, что эта госпожа Лина правда так думала. По голосу чувствовалось.
– Ты сам менял женщин как перчатки, – припомнила она.
– У нас бы все равно ничего не вышло, – осторожно выговорил маг. – Лелья избалованная, капризная скандалистка. Она делала мою жизнь невыносимой.
Тем временем гренки остывали. Вместе с чаем. А мы с Ритой сидели за столом, вдыхали вкуснющие ароматы и не решались начать есть. Ждали, дойдет ли катастрофа до нас или ограничится одним сыном.
– А та, другая девушка? Она существует?
Надежда издала предсмертный всхлип. Кажется, и по мою душу придут.
– Разумеется, – радостно подтвердил маг.
– Я хочу ее видеть, – непререкаемо заявила его мать. – Сейчас!
– Идем на кухню. Мы как раз собирались завтракать. Присоединишься?
Шаги…
Отложив вилку, которую до того нервно вертела в руке, я встала. В конце концов, это просто работа. Мне только и нужно, что сохранять холодную голову и быть вежливой. И вообще, ни в одном договоре нет пункта о том, что я должна понравиться его маме!
– Ни за что. – Это они про завтрак. – Я еще в холле почувствовала запах какой-то вредной гадости. Эта бестолочь так ничему и не научилась. Не понимаю, зачем надо было брать ее обратно? Ты что, с ней спишь? Алмазные россыпи, я могла бы прислать десяток гораздо более красивых девушек, которые будут готовить тебе полезную еду, а не всякую дрянь.
– Я люблю гренки, – беззаботно отозвался Веоран. – А Рита просто приготовила то, что я попросил. Оставь уже ее в покое.
– Точно ты с ней спишь, – неодобрительно.
– Не сплю!
– Значит, собираешься.
В конце они тихо-тихо шипели. Видимо, эта особа считала, что неприлично отчитывать сына перед слугами. Но все равно было слышно.
Наконец они вошли.
– Мам, познакомься, это моя невеста, Ассони Деркволд, – маг указал на меня. – Как тебе, наверное, доложили, мы обручены.
– Здравствуйте, госпожа Лина. – В этом месте следовало изобразить поклон, реверанс или что-то вроде, но у гномов это не принято, так что я ничего такого не умела.
Оплошность, кажется, не заметили. Или притворились, что не заметили, и потом еще припомнят.
По мне скользнул изучающий взгляд.
– Пожалуй, я даже могу понять, почему ты наделал глупостей из-за нее, – пробормотала будущая свекровь. Какое счастье, что не моя!
Натянутая улыбка превратилась в почти искреннюю. Было приятно, что такая элегантная дама, настоящая аристократка, посчитала меня достойной всяческих глупостей.
– Мама… – попытался ее одернуть маг.
Как всегда, безуспешно.
– Деркволд… Где же я могла слышать эту фамилию? – задумчиво пробормотала госпожа Лина. И так и не сумела вспомнить. – А, не важно! Конечно же, она бедна как храмовая мышь?
Вопрос прозвучал как утверждение. Даже как оскорбление.
Больно закусив губу, я в очередной раз напомнила себе, что это всего-навсего работа. Ну, вроде подавальщицы в таверне. Там тоже некоторые пытаются оценивать тебя в монетах, притом не всегда в золотых, а попадаются такие, кому просто отдых для души – гадость сказать.
– Соня – единственная дочь одного весьма состоятельного гнома, – пояснил тем временем Веоран. – Правда, они в паршивых отношениях.
Маска извечного недовольства все же немного отклеилась, и у аристократки изумленно округлились глаза. Надо же, оказывается, у нее очень живая мимика!
– Полукровка от гнома?! – Госпожа почти свекровь была в шоке. – Ни за что бы не подумала…
На что ее сын весело улыбнулся и обнял родительницу за плечи.
– Мам, это все вообще не важно, – сияя глазами, будто даже и не врет, заявил он. – Я люблю эту девушку и собираюсь на ней жениться. И пусть весь остальной мир катится к демонам, если, конечно, они существуют!
Госпожа Лина удрученно вздохнула.
– Ты хотя бы представляешь, в какой ярости будут твой дед и глава вида? Про отца бедняжки Лельи я уж вообще молчу!
– Я не представляю, а предвкушаю, – широко ухмыльнулся маг.
Потянуло закатить глаза. Еле сдержалась!
Мать этого балбеса титулованного с любовью посмотрела на сына, немного неприязненно – на меня и в конце концов кивнула каким-то своим мыслям.
– Ладно. Раз уж даже магия приняла ваш союз… Я попробую с ними все уладить.
На завтрак она не осталась, сразу ушла, потому что была слишком взволнованна, чтобы оттягивать разговор с главными мужчинами семьи. И с чего так нервничать? Родственники же, да и она дама не простая… Разберутся.
– Неужели она согласилась?! – ахнула Рита, как только за важной гостьей закрылась дверь.
– Мое счастье для нее превыше всего. – Веоран совсем не был удивлен.
Он наконец уселся за стол и тоскливо обозрел гору холодных гренок.
– Сейчас я все разогрею. – Рита до увольнения работала у него несколько месяцев и уже научилась понимать желания хозяина без слов.
Опять зашипела сковорода.
Меня же прямо сейчас еда интересовала меньше всего.
– Обманывать маму плохо. – Я осуждающе посмотрела на мага. – Тем более такую, которая на все готова ради тебя.
– Плохо – что чай тоже остыл, а никто не торопится исправить это безобразие. – Веоран ни капли не усовестился. – С остальным я разберусь, не суй туда свой очаровательный носик. Кстати, я придумал, что хочу за приют для плюща…
Греть чай выпало все той же Рите, потому что я была слишком зла, чтобы обхаживать противного мага. И вообще что-то мне подсказывало, что отправить весь плющ к домику служанки выйдет дешевле, чем заключать очередную договоренность с этим расчетливым типом.
– И?.. – спросила из чистого любопытства.
– Постарайся понравиться моей матери. – Прямо скажем, требование оказалось несколько неожиданным. – Когда узнаешь ее лучше, ты поймешь, что она замечательная. Ей и так много пришлось пережить из-за меня, не хочу, чтобы она расстраивалась.
Ладно, совесть у него все-таки есть. Но какая-то кривобокая.
Портить отношения с госпожой чьей-то будущей свекровью я и так не собиралась, так что послушно кивнула.
Внутренний голос же тихонечко шепнул, что у паутины, которую потихонечку плетет этот паук лощеный, несколько ярусов, и пока я вижу лишь самый верхний. Но чувство такое, что Веоран сводит с кем-то счеты и намеренно мотает нервы родственникам. Но не матери. Тогда кому?
Как после всех бурных событий мы умудрились не опоздать на занятия, оставалось загадкой. Но факт есть факт: даже при том, что плелись как черепахи, в запасе имелось еще полчаса. Скорость передвижения целиком и полностью ложилась на мою совесть. Новые туфли, такие мягкие в комнате, на первом же десятке шагов по улице натерли ногу. И ходить даже на удобных каблуках оказалось в сто раз труднее, чем можно было себе представить.
Рука мага, на которую я опиралась, и то, что он послушно подстраивался под мой шаг, даже замечания ни единого не отпустил, хорошего настроения не добавляли.
Его ухмылка нервировала.
А этот интриган вышагивал рядом, радовался жизни и даже что-то там себе насвистывал под нос.
Тяжела доля ассистентки!
Все время хочется убить своего профессора! И чем дальше, тем сильнее!
– Ассони? – Мы как раз подходили к главному входу в зал.
– Больше ни на какую авантюру не подпишусь, даже не рассчитывай! – прошипела, выразительно блестя на него глазами.
Маг самодовольно усмехнулся:
– Я всего лишь хотел попросить тебя повесить вот это объявление в холле главного замка. – И протянул мне свернутый трубочкой лист. – Я над ним немного поколдовал, так что просто расправишь и приложишь к стене, должно держаться.
Ясно. Видимо, там есть специально отведенное место для важной информации. Когда войду, сориентируюсь.
И наконец увижу главный замок изнутри!
Сердце совершило радостный кувырок.
– А что там? – Во мне даже любопытство проснулось.
– Во второй половине дня я веду практикум у адамасов, – пояснил Веоран. – Их декан опять в отъезде.
И адамасов увижу!
Аккуратно, чтобы не помять, я взяла объявление и заковыляла к замку. Краем глаза успела заметить, как к Веорану подошла одна из преподавательниц. Но это меня сейчас не волновало, все мысли были уже внутри легендарного строения. Как бы еще потом заставить себя выйти оттуда, а не стоять битый час, глазея по сторонам. А то все подумают, что я какая-то чокнутая.
Но восторг угас, стоило позади с грохотом захлопнуться массивной двери.
Полутемный холл слабо подсвечивался. И в этом фигурном свечении ощущалось что-то неправильное…
Я не сразу узнала пентаграмму.
Еще позже заметила парящее в воздухе, прямо в центре шестиконечной звезды, тело, покрытое белой простыней. Из-за нее видно ничего толком не было… но на пол часто капала кровь.
Предположительно кровь. Проверять мне не захотелось.
Быстро развернувшись, я всем весом налегла на дверь. И мгновение спустя жадно глотнула чистого, напоенного запахами десятков разных растений воздуха. В голове немного просветлело, а вот колени задрожали куда сильнее.
На подгибающихся ногах, прижимая к груди безнадежно смятое объявление, я заковыляла к профессору.
– Веоран, вы просто мой герой! – чирикала тем временем преподавательница.
Она не только никуда не делась, но и раскраснелась как девчонка и просто облизывала мага взглядом.